Заголовок⁠⁠

С восторгом, переходящим в опасения за чужую жизнь, наблюдаем, как наша подруга, назовем ее Д., учится готовить. Ради большой любви, разумеется.

Надо отметить, что до этого момента вершиной кулинарного мастерства Д. можно было считать замоченный в дошираке сырок «Дружба». Д. вряд ли умеет отличить лук от чеснока, а кастрюлю — от сковородки. Но вчера она пришла к нам с запросом, как пожарить стейк из форели и с чем его подать.

— Бэби-картофель надо чистить? — спрашивает Д. на полном серьезе.

— НЕТ! — орем мы, представляя, что останется от бэби-картофеля, если снять с него кожицу. — Только помыть! БЕЗ ФЭЙРИ!!!

— Блин, спасибо, что предупредили, — отвечает Д.

— Еще булгур подойдет на гарнир, — зачем-то говорю я.

— Булгур… — замыкает Д. — Булгур — это у нас что?

— Ну, представь, как будто перловка вышла замуж за пшенку, и у них родился ребенок, — пытаюсь исправить ситуацию я.

— Нахрен булгур, — резюмирует Д., — девочки, а специи? Соль подойдет?

— Адыгейская есть? Она не будет перебивать вкус рыбы, — зачем-то говорит другая подруга, не спохватившись вовремя, с кем имеет дело.

— Я умру, — хрипит Д.

— Или закажешь доставку! — совершенно не поддерживающе орем мы.

Главное, чтобы кухню не спалила. А то мне потом эти новости писать: москвичка сожгла спальный район, пытаясь приготовить бэби-картофель.