Яд в телефонной трубке
Яды снова попали в центр международного скандала. Нервно-паралитическим веществом, принадлежащим к группе химических агентов "Новичок", российские спецслужбы якобы отравили перебежчика – бывшего полковника ГРУ Сергея Скрипаля и его дочь. Такие фосфорорганические отравляющие вещества разрабатывали в Советском Союзе в 70-х годах. Но единственный задокументированный случай применения такого яда – это отравление главы Росбизнесбанка Ивана Кивелиди и его секретарши Зары Исмаиловой в 1995 году. Как это выглядело?
1 августа 1995 года стремившийся войти в политику банкир Иван Кивелиди, руководивший влиятельным «Круглым столом бизнеса России», пришел в рабочий кабинет в офисе основанного им Росбизнесбанка на Мытной улице. Внутри его ждал деловой партнер Владимир Хуцишвили, в приемной сидела личный секретарь Зара Исмаилова, на столе, как обычно, стоял телефон. Много позже выяснится, что на его трубку было нанесено небольшое количество субстанции, которая не упоминалась в каталогах официально принятых на вооружение боевых отравляющих веществ.
Ближе к вечеру, когда Хуцишвили уже ушел, банкиру стало плохо, и его увезли в Центральную клиническую больницу – у него часто случались почечные приступы. Симптомы были похожи на привычные и в этот раз. Но в больнице 46-летний Кивелиди впал в кому из-за отказа почек и 4 августа скончался, не приходя в сознание. На следующий день после начальника в другую больницу увезли его 30-летнюю помощницу Исмаилову; она умерла 3 августа, успев сказать, что с ней «произошло то же самое, что с Кивелиди».
Поначалу сообщалось, что давший заключение о наличии яда в печени Кивелиди эксперт Минюста тоже умер, но позже эти данные опровергли. При этом поражение получили сотрудники милиции — до десяти человек, которые осматривали кабинет банкира.
Установив, что трубку телефона на рабочем месте главы Росбизнесбанка обработали ядом, следователи долгое время не могли понять, каким именно. Состав вещества, от которого скончались Кивелиди и Исмаилова, не раскрывается до сих пор, но известно, что это было высокотоксичное фосфорорганическое соединение. К таковым относятся не только бытовые пестициды вроде дихлофоса, но и одни из самых токсичных веществ, когда-либо синтезированных человеком — зарин, зоман, VX. Это яды нервно-паралитического действия, которые, попадая в организм через кожу или дыхательные пути, вызывают быструю смерть из-за нарушения передачи нервных импульсов.
По версии следствия, убийца пришел в кабинет Кивелиди с ампулой и нанес вещество на трубку телефонного аппарата — на ней обнаружили почти незаметное пятно чайного цвета. Для работы с нервно-паралитическим веществом убийца должен был уже в помещении надеть специальные перчатки, вскрыть запечатанную стеклянную ампулу и капнуть на телефонную трубку — все это время он должен был либо не дышать, что маловероятно, либо не снимать противогаз. После этого ампулу, перчатки и противогаз предстояло запечатать и уничтожить.
«Я не имею права назвать обозначение яда, которым убили Кивелиди, — 13 лет спустя говорил в интервью прокурор Москвы Юрий Семин. — Но могу подтвердить, что яд был аналогом боевого отравляющего вещества. Причем до тех пор неизвестного». По его данным, банкира убили «совершенно новым веществом», которое создал «талантливый специалист, работавший в одном НИИ». Прокурор отметил, что в 1990-е годы «зарплаты были мизерные, промышленность пребывала в упадке, так же, как и вся страна», а химик, «можно сказать, от безвыходности предлагал купить свое изобретение».
Когда в 2007 году следствие отчиталось о задержании предполагаемого убийцы, в информагентстве «СарИнформ» вышла новость под патриотичным заголовком «Банкира убили саратовским ядом»: источник «Интерфакса» тогда повторил версию губернатора Саратовской области Дмитрия Аяцкова о том, что «боевое отравляющее средство, которого нет на вооружении российской армии», было изготовлено на военно-химическом заводе в городе Шиханы Саратовской области — военные химики в условиях «хронического безденежья вынуждены приторговывать своей продукцией из-под полы».
Между тем единственным источником информации о разработке и самом существовании семейства фосфорорганических отравляющих веществ нервно-паралитического действия «Новичок» остается Вил Мирзаянов — бывший сотрудник Государственного научно-исследовательского института органической химии и технологии (ГНИИОХТ), который после распада СССР рассказал журналистам о тайной разработке советскими учеными химического оружия. По словам Мирзаянова, полученные в рамках проекта «Фолиант» соединения к началу 1990-х позволили создать несколько вариаций бинарного отравляющего вещества (смешиваемого перед использованием из относительно безопасных прекурсоров), которое оказалось в несколько раз более эффективным, чем зоман и VX. Исследования проводили в том числе в ЗАТО «Шиханы-2» (Вольск-18) в Саратовской области.
Владимир Хуцишвили, который встречался с Кивелиди перед появлением симптомов отравления, был членом совета директоров Росбизнесбанка; кроме того, старые друзья владели компанией «Интерагро», которая занималась оптовыми поставками продуктов. Хуцишвили стал первым подозреваемым по делу уже в ноябре 1995 года, но тогда следователи отпустили его через 30 суток, не найдя против бизнесмена никаких улик. Задержать Хуцишвили удалось только в июне 2006 года, когда он вернулся в Россию, и он стал единственным обвиняемым в убийстве Ивана Кивелиди.
Процесс в Замоскворецком суде Москвы начался почти через год, причем заседания было решено проводить в закрытом режиме: прокурор Мария Семененко просила суд не допустить раскрытия данных о производстве и изготовлении отравляющего вещества. Адвокаты обвиняемого заявляли, что прокуратура пошла на такой шаг по двум причинам: чтобы защита не смогла добиться рассмотрения дела судом присяжных и чтобы скрыть имя человека, продавшего яд.
Имя химика, предположительно связанного с убийством Кивелиди, называл в суде адвокат Сергей Забарин. «Этот яд был изготовлен в одной из спецлабораторий Саратовской области под руководством профессора Игоря Ринка, — рассказывал Забарин. — Этот же профессор и продал яд преступникам, через которых он, как утверждает следствие, оказался у нашего подзащитного. Однако за свои действия ученый был приговорен всего к году условного заключения и до сих пор продолжает работать в спецлаборатории». Год условно Ринк получил из-за лазейки в законодательстве: химик не успел зарегистрировать синтезированное им вещество, и его судили не за незаконную продажу отравляющего вещества, а за превышение служебных полномочий.
24 декабря 2007 года Владимир Хуцишвили был признан виновным и приговорён к девяти годам лишения свободы по статье 103 УК РСФСР (убийство Ивана Кивелиди) и части 1 статьи 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности Заре Исмаиловой). В 2012 году, по словам адвоката, он вышел на свободоу по УДО. Но тайна яда, убившего Ивана Кивелиди, так и остаётся нераскрытой до сих пор.