Вспомнилось⁠⁠

Я прошу мои белые ночи!
Я прошу мои белые...
Я прошу мои черные ночи...
Я хочу жить всюду.

Мне нужно мое черное море, мои льдины, мой север и мой город Москва, мои люди, мои клубы, красота моих башен, моих башен двенадцатиэтажных, моих многих людей, моих толп.

И бриллианты проспекта Калинина, и перламутр влажного Невского, и горячий изумруд Дерибасовской. Я пропаду без этого. Я хочу, чтобы люди мои жили и жили, чтоб души их были так же полны, как головы, интересной работой, и жизнью нашей, и музыкой, и зеленью, и морской водой, и дождями весенними, и трепетом к женщине, и любовью к детям ее.
Я хочу ходить по родине. Я хочу, чтобы меня все знали. И разговаривать долго и доверчиво. И не марать глаз неискренностью, рук не портить дрожью.

Я хочу ходить по родине, знать все языки ее, чтоб любить всех ее женщин, стоящих и сидящих у русских печей, у котлов и мангалов...
Я зароюсь в песок южной Кушки немножко. Я прогреюсь. Я накалюсь. И, раскаленный, бегом побегу на север. И – в снег под Архангельском. Ночью в тайге. И пусть плавится подо мной, растекается весной мой снег. И когда я совсем замерзну и когда я окоченею, я бегом побегу на восток в долину туманов, в долину горячего пара, ключей горячих, пахучих и упаду.

И, окоченевший, на ключах полежу, и согреюсь, и посмотрю нерест лосося, и кеты, и крабов поем любимых, и рыбы много увижу, которая течет ртутью; мои ребята в зюйдвестках ловят, вылавливают, рубят ее ножами... И, наевшись рыбы и отогревшись, бегом побегу через всю родину на запад. Через Урал, по соляным местам. По Волге. Задержусь в Челнах на стройке, где интереснее всего.

...

А жить хочется здесь, на людях. На многих людях. Жить и умереть в огромной, огромной с севера на юг, с запада на восток, стране, где шумят поезда, ревут самолеты. И люди ездят и встречаются, чтобы разойтись или остаться вместе навсегда.

М. Жванецкий