Трудности перевода с Вятского⁠⁠

10 лет назад я переехал из Кировской области в Санкт-Петербург. Многое после жизни в маленьком городке было для меня в новинку тогда. Сейчас же, уже обжившись, женившись и обипотечившись, вспоминаю некоторые вещи с умилением.
Главное отличие, которое бросалось в глаза на первых парах, это отличие в диалекте. На Вятке, как оказалось, свой провинциальный акцент (по типу пермякских реальных пацанов, но с отличиями), но ты его не замечаешь пока не попадешь в другой город.
По мере общения с окружающими, иногородний говор довольно быстро пропал, но вот некоторые вятские словечки до сих пор порой проскакивают в моём лексиконе.
Первое из таких слов, которое я обнаружил, это "Дековаться".
В Кирове можно услышать, как его используют родители в отношении своего чада. Синонимом можно привести слово "Баловаться". И обычная фраза, когда ребенок шалит, звучи как "Не декуйся!" или "Прекрати дековаться!".
Никогда не задумываешься над смыслом слова, когда все вокруг знают его значение. Но вот когда я ляпнул его Питере, на меня устремились взгляды непонимания. И вот тогда мне и открылась истина, что некоторые вещи в разных регионх нашей необъятной могут иметь альтернативные названия. В то время я осознанно перестраивал свой стиль общения. Исключил специфичные вятские словечки, убрал частицу "то", добавляемую на автомате ко многим выражениям куда следует и неследует. По типу:
"В кино-то пойдём" , "Погода-то хорошая?". Перестал использовать слово "Поди", о существовании которого в моей речи я узнал лишь после переезда. "Поди" это не упрощённая форма глагола "Пойди", как может показаться, нет-нет.
Это слово скорее вопросительное. Например фразы: "Там поди помидоры по акции?" или "Опять поди пил всю ночь?".
Синонимом к нему я бы привел слово "наверное" или "может".
Убрав все это, речь моя, с тех пор, ничем не отличается от обычного среднестатистического россиянина, живущего в Петербурге. И пересекаясь порой со своими земляками, приезжая на маленькую родину, я замечаю все эти особенности в их речи. Когда же возвращаюсь назад, в Питер, жена часто говорит, что я опять говорю по-вятски. Но это проходит само сабой за пару дней. Теперь, познав силу слова Вятского, в кругу друзей и семьи могу в шутку ляпнуть что-нибудь этакое, что создаёт впечатление человека, разбирающегося толи в старославянском, толи в клингонском. Но для меня эти слова остаются чем-то родным, из далёкого детства.