Свет Магии, Рассказ для конкурса "Нейро-вдохновение 2.0" Часть 2⁠⁠

Ссылка на первую часть

"Свет Магии" Рассказ для конкурса "Нейро-вдохновение 2.0" Часть 1

____________________________________

Я бежал задыхаясь, а за мной хлюпая бежали четыре огромных приземистых ящера, каждый размером с очень широкую собаку. Их рты были наполнены зубами, выглядящими как иглы. Я не понимал, как они могут ими что-то жевать - но может быть они тоже питались магией и кровью, как и голос.

Одной рукой и я рылся по карманам рюкзака, но не мог найти ничего, что могло бы помочь.

“Ты же обладаешь моими знаниями! Но при этом тебе не надо бежать и выбирать дорогу! Придумай, что делать!”

“В левом нижнем кармане, на дне должна быть скалолазная смесь.”
Точно, я вытащил пузырек и разбил его прям между руками - времени на аккуратное нанесение не было. Высмотрев небольшой утес впереди я устремился к нему, и подбежав к нему прыгнул настолько высоко, насколько смог. Я ухватился за него, и сразу обрадовался тому, что скалолазная смесь сработала - руки легко прикрепились к камню. Осколки пузырька больно впились в ладони. Я подтянулся и выдохнул на правую руку - она отклеилась от утеса и я прикрепил ее выше. Повторил этот же маневр несколько раз я поднялся на верх утеса. На вершине утеса я понял, что идти отсюда некуда, с другой стороны был утес, под которым очень далеко было видно синий океан - метров двести высоты.

Я повернулся к ящерам - они смотрели наверх, но залезть не могли, и легли ждать меня. Видимо, они понимали, что раз я не убежал, то когда-нибудь слезу. В их тупой ящериный мозг не входило понятие арбалета. Я попробовал начать заряжать арбалет, но руки болели чудовищно. Я внимательно осмотрел их - множественные порезы осколками стекла. Надо обработать раны, а потом обезболить их - если я, конечно, хочу сегодня этими руками что-либо делать.

Я принялся за дело. Заниматься медициной и алхимией с больными руками было непросто. А ей пришлось заниматься - обезболивающих у меня с собой не было и пришлось делать кустарное из оставшейся скорлупы рицат.

Я зарядил арбалет, долго прицеливался в череп одного из ящеров и выстрелил. Он перестал двигаться, но остальные не убежали, а начали пожирать его труп. Похоже, иглы-зубы все же подходили для разделывания плоти, просто не для жевания. Ящеры резко захлопывали пасти, чтоб воткнуть зубы поглубже - а потом рвали плоть на себя, вырывая из трупа огромные куски, которые потом проглатывали целиком, подняв головы вверх. Я не отвлекался от зрелища, всегда готовый узнать что-нибудь новое о тварях лабиринта, но заряжал новый болт в арбалет.

Еще один ящер повторил судьбу сожранного им же своего собрата. А потом еще один. Я в панике ощупывал чехол на днище арбалета, понимая, что болты кончились, а я ящеры нет. Ядов и других поражающих смесей в рюкзаке тоже не осталось - а лекарств не хватило бы, чтоб отравить огромного ящера даже если бы я кинул ему их в прям в открытый рот.

Мне нужно было действовать быстро - пока ящер не доел. Я крепко взял в руки копье и прицелился ящеру прямо в пасть - он как раз проглатывал кусок мяса. Метать копье не было смысла - листовой копье не предназначено для метания, на него нужно давить всем весом, так как это по сути своей - военная лопата.

Я шагнул с утеса. Как герой, как рыцарь закатного предела прыгающий на череп дракона, я в свисте ветра устремился вниз. С хрустом копье пробило череп ящера. С хрустом подом мной подломилась левая нога.

***

“Осталось совсем чуть-чуть. Я чувствую, что мне нужно совсем немного крови.”

Я хромал, опираясь на копье. Голова и руки ужасно болели и меня явно лихорадило - видимо, воспалились раны на затылке. Плюс последствия ядов и лекарств, которыми я накачал себя или получил от укусов. Нога распухла так сильно, что мне пришлось снять ботинок и повесить его на рюкзак.

Я не знал, зачем я иду дальше вглубь лабиринта. Да, там должны быть другие люди, везде здесь есть исследователи - именно на них зарабатывала вся деревня в которой я жил.

Но я не дойду далеко, озноб усиливался, и даже без ран и инфекций я уже не спал минимум тридцать часов.

Может быть тварь, которая вылупиться из яйца дотащит меня до людей? Я залез в рюкзак и достал яйцо. Оно выглядело как сделанное из полудрагоценного камня, его мутные грани переливались множеством цветов. С удивлением я осознал, что значительная часть этих цветов невидима для обычных человеческих глаз - это все были отблески магии. Яйцо буквально светилось - раньше оно так не делало. Откуда взялось свечение? Из съеденных душ?

Маловероятно, что тварь куда-либо дотащит меня. Яйцо было размером меньше моей головы, и что угодно вылупившееся из него не смогло бы донести куда-либо даже мой рюкзак.

Вдруг я услышал человеческий голос. Слов было не разобрать, но я с возобновленной надеждой устремился к нему. Он доносился из место, выглядящего очень необычно среди пещер - под дырой, сквозь которую просвечивал свет раннего утреннего солнца росла роща деревьев с темно-коричневыми хвойными иглами. Среди ветвей этих деревьев сновали крохотные черные птички с красными хвостами, ковыряясь в их шишках острыми крючковатыми клювами.

Я разглядел сапог и часть штанины, выглядывающий из-за одного из деревьев. И расслышал, что говорил голос.

— Пожалуйста, помогите, кто-нибудь, я не могу двигаться.

Мне хотелось заплакать. Что я сделаю? Приду, и лягу рядом с ним, тоже не смогу двигаться?

“Ты можешь убить его, крови человека мне точно хватит. Я почти вылупился.”

“НЕТ! Я не буду убивать исследователя!”

“Можешь даже не убивать его, мне хватит и часть крови, я совсем близок к жизни.”

“Я не буду забирать у него часть души!”

Я заковылял к роще. Может быть он скажет мне, где его стоянка, расскажет, где его команда? Я смогу еще идти. Наверное. Чуть-чуть.

— Я тут! — крикнул я, — Я вряд ли смогу сильно помочь, но если вы скажете где ваша…

Я заглянул за дерево и в ужасе отшатнулся. Больная нога подкосилась подо мной и я упал в хвою.

За деревом лежал скелет, старый, сухой и обглоданный. В роще не было людей. Откуда-то сверху снова раздался голос.

— Пожалуйста, помогите, кто-нибудь, я не могу двигаться.

Одна из птичек села мне на руку. Она раскрыла свой клюв и ее зоб задрожал. Из клюва раздался мой собственный голос.

—Я тут! Я вряд ли смогу сильно помочь. — произнесла упокойка краснохвостая и клюнула меня в вену на руке.

Рука быстро начала неметь. Я попытался подняться и снова упал, я достал из рюкзака бинты и обмотал руку, попытался пережать вену и не смог. Кровь сочилась сквозь бинты, а рука уже онемела до плеча.

Я огляделся - вокруг меня на земле лежали скелеты, прям под деревьями. Сильный антикоагулянт и парализующий яд - никто не понимал, зачем он упокойкам, ведь они не хищники и у них нет естественных врагов. Но вот мое открытие, как исследователя. Они используют его, чтоб удобрять деревья, шишками которых питаются. Удобрять их кровью. Душами.

Я вытащил яйцо из рюкзака и снял бинты с руки.

— Бери мою кровь. Ты же сказал, что тебе осталось совсем немного. — произнес я вслух.

В глазах начинало темнеть. Яйцо начинало покрываться трещинами. Одна из чешуек отлетела в сторону. Из нее показалась тонкая чешуйчатая лапа. Чешуйки блестели магией, часть как драгоценные камни, часть как металл. Яйцо разлетелось вдребезги, и дракон внутри расправил два широких крыла.

Он резко взмыл в воздух и раскусил упокойку, превратив ее в облако черных и красных перьев, после чего приземлился мне на грудь.

Его голова была размером меньше моего кулака, но оскал из которого сейчас капала птичья кровь, выглядел воистину пугающе, пробуждал какой-то первородный страх. Настоящий дракон.

Он выплюнул кровь упокойки прям мне на лицо, и произнес уже привычным мне голосом.

— Кровь. Магия. Ты не умрешь. Нам предстоит еще немало дел. Ты поделился со мной душой, и я не забуду этого.

Кровь. Магия. Я чувствовал как свет исходящий от души птички проникает прямо в меня. Я чувствовал привкус соленой крови и магии у себя на зубах, у себя на языке. Я чувствовал радость, ощущение свободы. Я удивленно осознал, что эти чувства не мои. Теперь я тоже читал мысли Голоса.

— Ты пока отдыхай, а я поразвлекусь. — дракон взмыл и устремился в кроны деревьев, охотится на птиц. Я закрыл глаза и откинул голову на подушку и хвои и костей.