Столовка⁠⁠

У нас на завтрак была покупная творожная запеканка. Я поначалу отнёсся к ней с недоверием, но потом втянулся. Индустрия запеканок за годы ушла далеко вперёд, а у меня просто устаревшее представление. Школьное.

Школьная запеканка рождалась и погибала в борьбе. Я ни разу не видел её тёплой, она ничем не пахла и при попытке воткнуть в неё вилку пыталась отпружинить вилку обратно в едока.

Пробовать запеканку даже с голодухи не хотелось. У нас из всего класса запеканку ел только один парень. Но он однажды кусок стакана откусил, поэтому на него, наверное, можно не равняться.

Хуже запеканки был только один специальный вид пирожков с повидлом. Вообще я пирожки с повидлом очень люблю, но тут было какое-то особенное повидло, как будто при готовке случилась производственная травма, но мясорубку решили не останавливать.

Вообще я просто засранец, конечно, избалованный бабушкиной едой. Поэтому мне в столовой больше всего нравились батон и котлетки. Лишних котлеток не перепадало, а вот батона можно было отхватить, особенно если ты дежурный.

Ооо, дежурный по столовке — это человек! Он может вместо урока сидеть в столовой, закинув ноги на скамейку, и какао с батоном пить. И чувствовать свою власть и приятную ответственность.

Одна была страшная процедура — доставать посуду из посудомоечной машины. Столовская посудомоечная машина, если вы не знаете, это такое огромное чудовище. Она похожа на танк, вывернутый гусеницами вовнутрь. Что по звуку, что по размеру.

Из широкого её, пышущего паром нутра, дребезжа и лязгая выезжали раскаленные чашки и тарелки, и их нужно было хватать и складывать, хватать и складывать, не жалея рук.

А ещё в столовой был буфет и он вызывал ужасный ажиотаж. С началом каждой перемены в столовую вкатывался клубок тел, катился к буфету, волной ударял в прилавок и тут же из этого клубка синхронно протягивались к буфетчице десятки рук с зажатыми деньгами.

— Сосиску в тесте! — орали из клубка. — Пиццу! Пиццу! А мне Пез апельсиновый!

Пез — это в смысле Pez, такие твердые прямоугольные конфетки, продающиеся брикетиками по десять. Пез — валюта, пришедшая на смену Кэпсам. Ну, Кэпсы-то вы помните?

Клубок тел тем временем бился, бурлил и накатывал, постепенно смещая тяжеленный прилавок, пока зажатая буфетчица не кричала: «Отошли-и-и!» и не сдвигала могучим движением прилавок обратно. А потом продолжала торговлю.