Средства и цели (часть2)⁠⁠

Агитки Фонаря, через одну, рассказывали о замечательных клубных комнатах в каждом жилом здании. Обставленные всем необходимым для проведения досуга и отдыха, они были доступны ученикам круглые сутки. Тренажеры, настольные игры, аудио и видео техника - все лучшее новому поколению. Клубные комнаты действительно были в каждом доме. И в них когда-то имелось почти все это богатство. Так же, об этом нигде не писалось, но у Фонаря имелись традиции, передаваемые из поколения в поколение еще со времен первых учеников. Среди прочих была одна, самая уважаемая, особенно если речь шла о школьном, читай ничейном имуществе. Она гласила - все, что может быть превращено в калории должно быть превращено в калории. Старшие по дому традиции чтили. А чтобы освободившееся помещения не простаивали зря, там организовывали курилки, вечеринки, играли в азартные игры.

Роб полулежал, поглощенный набивкой мягкого кресла. Закрыв глаза, он сыто улыбался. В его животе переваривалась добрая половина нормы десерта, а в пальцах дымилась сигарета. Он достал последнее, что берег на самый крайний случай. Этот самый крайний случай уже никогда не наступит, тут сомнений нет. Вскрыты все тайники и нычки. Он ни о чем не жалел. Это был первый в его жизни десерт, он впервые курит самые дорогие и крепкие сигареты. Впервые попробовал алкоголь. Роб приподнялся, открыл один глаз, собрался и сделал последнюю затяжку. Упавший окурок подхватил шустрый малютка-робопылесос, а Роба подхватило кресло. Облако дыма, извиваясь, поднялось к потолку и исчезло в черной дыре вентиляции. Впервые ему было абсолютно хорошо. Казалась, что он в космосе. Не телом, но сознанием. Абсолютная пустота. Отсутствие всего, осязания, запахов, веса, направления, времени. Даже больше - отсутствие отсутствия. Он как воздух, его нет, и он есть везде.

Гулкий рев сытой отрыжки прокатился по клубной комнате. Роб не сразу понял, что это поет его желудок. Как же это здорово, жрать сколько можешь. В его комнате осталась еще половина. Сколько же можно было всего съесть. Не каждый день, не каждую неделю, ну хоть раз в месяц можно было устраивать что-то подобное. Можно, но тогда бы он не успел скопить. А он успел. Можно сказать, в последний момент. Так или иначе, но через неделю его выставят за пределы Фонаря, в большой мир. Роб улыбнулся, в конце обучения он еще раз нагнет систему, дополнив статистику несчастных случаев. Эта мысль всегда поднимала ему настроение, при том, что он никогда не думал о себе, как о противнике системы. Он вообще о ней не думал. Так обычно говорили о себе Зеленые, это была их дежурная шутка. Сухари это побочное, на самом деле они борцы с системой, разлагают ее изнутри. Интересно, сколько было потрачено ресурсов на помощь тем беднягам, кому Роб толкал контрабанду. Он покупал, и продавал, и снова покупал, и продавал. Год за годом продавал и откладывал, копил чтобы потратить все в один миг.

В кармане заворочался ЭД, принимая новое сообщение. Роб знал что в нем, но все же заставил себя сесть. Закрыв один глаз, чтобы лучше сфокусироваться на разбегающихся буквах, он прочел, шевеля губами, «Учись хорошо. Соблюдай чистоту. Перед плаванием разминка пятнадцать минут. Перед плаванием разминка пятнадцать минут». Нехитрый шифр из мотивационных лозунгов означал, что посылка получена и примерно через полчаса ее доставит взломанный бот уборщик.

Роб поднялся, и будто по дну бассейна, прошел к окну. Маячить в окне, и тем более сидеть на подоконнике, было строжайше запрещено. Усевшись на прохладный пластик, он прижался щекой к окну, уставившись на парк. Он представил, как на склад зеленых въезжает уборщик. Его взломанные датчики видят несуществующий мусор, который необходимо убрать. Замерев на месте, он впустую перебирает манипуляторами, пока на него вешают контейнер. Погрузка закончена, и он, продолжая загребать пустоту, уезжает. Фантомный мусор ведет его в заданную точку, где он скинет груз. Тогда наваждение исчезнет, и, следуя протоколу, он отправится на базу для диагностики. Хорошая, но очень дорогая схема доставки. Останется всего лишь затащить контейнер домой на четвертый этаж.

Начинало темнеть. Заканчивалось время, рекомендованное для внеклассных занятий. Игнорируя тропинки и топча свежий стриженный газон, появлялись торопливые одиночки, спешащие в развлекательный центр, чтобы занять лучшие места. Роб думал про время, оставшееся у него, про свой последний день. Сегодня он долго, как никогда, спал. Гулял без четкой цели и не торопился. Наелся до отвала. Лучший день, когда он кончится? Когда придут за его мечтой и за ним? Неизвестно, как там все у Зеленых устроено. Но скорей всего, завтра утром кто-то заметит большую выручку и проверит вчерашние операции. Роб старался, не считая калорий, растянуть цепочку посредников. Кто-то потратит время, но в конце концов поймет, что Зеленые протащили на территорию комплекса и кому. Немного времени уйдет на сомнения и поиск сообщников. Зеленые заботятся о своей репутации, и очень не любят предателей. Еще немного времени уйдет на выбор банды, которой будет слита инфа, и на торги. А дальше все зависит от того, кому будет слита инфа. А может все будет гораздо проще. Прямо сейчас его сливает тот, который вешал на робота контейнер. И тогда времени не хватит даже на то, чтобы затащить ящик в квартиру. Нет, таких Зеленые показательно отправляют в Колодец. У них это называется методом ботинка и сухаря. Так кому же сольют инфу? Золотым? Этим слишком сытно живется в первой линии. Банально, в лоб не станут нарушать правила и тем более рисковать членством в школьном совете. Клыканы? Эти “победители” в генной лотерее, наверно, сорвутся с цепи, даже не дослушав предложение до конца. Веты? Такие, помешанные на собственной крутости, ушлепки не упустят шанса стать еще круче, и конечно накрутить хвоста Клыканам.  Безбашенные? Толпа обдолбанных психов. Этих интересует только жратва и кайф. Щитни? Они вроде как самые адекватные, но в стороне точно не останутся. Остальные, бедные либо тихие, не в счет. Да и какая разница, кто, когда, как. Ничем хорошим это кончиться не может. Здесь пропадали и за куда меньшее.