Советская закалка
Возможно мы с Вами знакомы, но я тот фрезеровщик который все бросил и ушел за завод.
Сегодня я хочу поговорить о советском наследии в машиностроении. То наследие с которым столкнулся я, оно живое. У него даже имя есть, но я вам его не скажу. Это «наследие» мой наставник. Ему 72 года и он уехал в отпуск, чему я очень рад.
А часто вы крутите головой?
В предыдущем посте я касался его роли в моем обучении, но сейчас я не об этом. Сейчас я злой на него очень сильно, а Вам предстоит решить, прав я или нет.
Понадобилось мне, фрезернуть угол в 26,5 градусов. На моем не сделать - голова не крутится. Принято решение - делать это на станке деда.
Подошел и понимаю, станок настолько грязный, что не читаются надписи, кое-как понял где какие кнопки и тумблеры. Нужен СОЖ (это такая жидкость, которая льется на фрезу и охлаждает) - включаю, нет ничего, наливаю и поддон заполняется маслом.
Итак, как все было.
Дед вообще любит на сухую, СОЖем пользуется раз в пятилетку. Каждую пятницу он обильно поливает станину маслом, оно стекает в накопитель, масло легче СОЖ, я долил СОЖ и из накопителя пошло масло.
Сейчас мне предстоит вместо работы, удалять масло и заливать СОЖ.
Закончили ныть, я пишу вот о чем! Я видел разных специалистов, хороших и не хороших, а еще тех кто любит чистоту и не особо. Чистюля может быть не самым хорошим фрезеровщиком (я вот первый пример), но грязнуля никогда хорошим специалистом не станет.
Я вижу советское наследие на заводе в том, что сотрудникам кажется, что им должны и отчасти это так, но рабочее место, станок и стол в комнате приема пищи ты должен оставлять в чистоте. Мы сами формируем мир вокруг себя.
Есть пара сотрудников, которые поддерживают меня в стремлении к чистоте. Даже иногда помогают, а я им.
А что касается деда, приедет и получит от меня воспитательный люлей. А станок я отмою, еще неделю на нем работать.
Передай ему это мудрое послание:
Вот что произошло между ним и девушкой-работницей в период производственной практики юного Ким Чен Ира на заводе. Пусть этот рассказ всего лишь небольшой эпизод, но и в нем проявилась незаурядность Ким Чен Ира.
Проводился день профилактики и проверки оборудования, с этим Ким Чен Ир столкнулся впервые после прихода на завод. С раннего утра рабочие были заняты приведением в порядок оборудования. Ким Чен Ир вместе со всеми приводил в порядок токарный станок № 26, на котором работал. Он осматривал каждую деталь, каждый узел, на что ушло много времени и усилий.
Протирая тряпкой станок, он вдруг заметил, что девушка, обслуживавшая поперечно-строгальный станок, приведя его в порядок, заливала масло. Самая молодая в цехе, она всегда проявляла ловкость в работе и сейчас первой заканчивала наладку.
Ким Чен Ир, закончив осмотр станка, подошел к ней с замасленной тряпкой в руке. Станок блестел как стекло. Улыбаясь, он внимательно оглядывал агрегат. Затем протер тряпкой те места, до которых трудно дотянуться рукой, а затем попробовал повернуть рукоятку.
— А почему вращение рукоятки так затруднено? — Спросил он.
Девушка ответила, что так давно.
— Не может быть. Если она смазана, то должна легко вращаться. Когда заливали масло?
— У этой рукоятки нет точки смазки, — уверенно сказала девушка.
— Нет? А сколько точек смазки у этого станка?
— Двадцать одна.
Ответ девушки был уверенным, как это случается у тех, кто в совершенстве знает свой станок.
— Двадцать одна точка... А это правда? — спросил он еще раз с улыбкой на лице.
Сверкая своими темными глазами, она что-то подсчитывала в уме и снова ответила, что это правда.
— Не может быть! Ну-ка, посмотрим! — И он стал вращать рукоятку, внимательно следя за каждым движением. Затем, указывая на ось, сказал, что здесь обязательно должна быть точка смазки.
Станочница покачала головой. Сколько ни ищи, точки смазки не было видно. Ким Чен Ир достал из инструментального ящика скребок для паза и начал счищать жирную грязь. По мере того, как исчезал слой грязи, постепенно стала появляться точка смазки. Девушка диву давалась, увидя новую точку смазки.
Глядя на станочницу с широкой улыбкой, Ким Чен Ир мягко сказал:
— Все вращающиеся части машин должны быть смазаны. Точно соблюдая это правило, можно улучшить уход за станком.
Девушка покраснела. Она уже несколько лет обслуживала этот станок, но так и не знала точно, сколько точек смазки на нем. Ей было стыдно.
Поглядывая на растерявшуюся девушку, он проговорил:
— Хорошо, что мы нашли точку смазки, пока станок не пришел в негодность.
И сам стал заливать в нее масло. Затем он попросил девушку повращать рукоятку. Она вращалась теперь легко, без приложения особых усилий. Девушка от радости захлопала в ладоши, будто произошло нечто необычное. Он долго со светлой улыбкой смотрел на нее, а затем с серьезным видом тихо сказал:
— Среди других рабочих могут быть такие люди, которые проводят технический уход, не понимая принципов работы станка. А что, если вы покажете пример образцового ухода за станком и выступите инициатором движения «За образцовое обслуживание и содержание станков»? Когда товарищи последуют вашему примеру, в эксплуатации оборудования в цехе произойдет перелом.
Девушка на миг задумалась, а затем взволнованно ответила:
— Да, так и будет сделано. Обязательно.
Но ее охватили сомнения. А вправе ли она выступать инициатором такого массового общественного движения, как борьба «За образцовое обслуживание и содержание станков»? Угадав ее мысли, Ким Чен Ир посоветовал ей смело взяться за дело и пообещал всячески помочь.
Воодушевленная его советом и большим доверием, молодая станочница приложила много усилий, чтобы показать образцы обслуживания станка. Каждый день Ким Чен Ир следил за состоянием ее станка и подсказывал, какие недостатки надо устранить. Когда ему не удавалось это сделать из-за занятости, он обязательно просил одного из студентов-практикантов помочь ей.
Шли дни, и девушка стала образцовой станочницей. Слава о ней шла по всему заводу. В день, когда ей впервые на заводе было присвоено звание «Образцовой станочницы», она поблагодарила Ким Чен Ира за его большое доверие.