Pangaea Ultima: Уходя оставьте свет. 987.
Слезы сами собой скопились в уголках глаз, и я уже не понимал, что болит сильнее - душа или голова. Я закрыл глаза и провалился в сон…
***
Это была худшая ночь в моей жизни. На фоне общего стресса и эмоциональных потрясений меня всю ночь мучали кошмары. Мне снился тот охранник, которому я выжег глаз, группа, которая погибла по моей вине, официантка Надя… Все эти образы смешивались в какой-то невообразимый коктейль, который, вместе с отключившейся системой вентиляции, утащил меня в ад. Проснулся я (если можно назвать это пробуждением) в 8 утра, и был разбит, причем как физически, так и морально. Забравшись под ледяной душ, я сбивал с себя остатки сна. Там я с удивлением обнаружил, что могу без лишних усилий управлять кожей на левой ноге, но, как ни старался, обе ноги одновременно открыть не получалось.
В 8.50 я спустился на улицу. Завтракать не хотелось, поэтому я решил дождаться встречи на улице. Мои новые знакомые сегодня были представлены только той женщиной с уложенными волосами.
- Привет, Макс, - поприветствовала она меня.
Вчера было два женских имени, и я умудрился забыть, как зовут ее. Лара или Алёна? По-моему, Лара.
- Привет. Едем?
- Да, машина за углом.
Мы молча дошли за угол, где нас ждал несуразного вида внедорожник с огромными колесами. Я сел на пассажирское сиденье и закрыл за собой дверь.
- Ну, поехали, - она дернула рычаг переключения передач, и мы дернулись с места.
Рация зашипела, и из микрофона раздался голос.
- Ноябрь, ответь Базе.
Она взяла тангенту и ответила:
- Ноябрь - Базе. Ключ со мной. Едем к объекту. Отбой.
- Хорошей дороги, Лар.
Значит, все-таки Лара, а ключ – это, видимо, я. Лара недовольно фыркнула.
- Что-то не так?
- Да нет, просто он вечно нарушает режим переговоров по рации. Имена вместо позывного. Уф-ф.
Судя по ее реакции, это было для нее не впервой.
- А он - это кто? – аккуратно поинтересовался я.
Мы подъехали к выезду из города. Лара вышла из машины, подошла к ближайшему человеку в военной форме и что-то показала ему на внутренней части своей куртки. Военный кивнул и, указав другим вооруженным людям на нашу машину, показал на закрытые ворота, у которых не было очереди. Лара вернулась в машину, и, выкрутив руль, подъехала к пустующему коридору, который вел к воротам. Напарник первого военного записал номера машины и отошел с нашей дороги. Ворота открылись, и мы покинули город.
- Так быстрее, - пояснила Лара. - У нас есть небольшие бонусы от некоторых союзников в различных структурах.
Я многозначительно угукнул и уставился на дорогу.
- А он - это Костик. На базе сидит, ухаживает за мной.
Мне пришлось напрячься, чтобы понять, о ком она говорит. Потом дошло, что о том, чей голос я слышал из рации. Статус их отношений меня волновал меньше всего, и к чему она приплела фразу об ухаживаниях, я не понял. Видимо, чтобы я не зарился. Я не особо-то и горел желанием, и в голове сейчас были совершенно другие мысли, но намек мне был понятен.
Мы отъехали от города около двадцати километров на восток, где одинокими черными коробочками стояли разномастные постройки.
- А это что за поселение?
- Это выселка наркоманов. В соответствии с директивой 29/11 все, кто был пойман на употреблении наркотиков, выселяются в это поселение и доживают свои дни здесь.
Интересный вариант. Мы двигались прямо на поселение, так как единственная дорога проходила аккурат по его центру, разделяя его на две равные половины. Никаких пропускных пунктов здесь не было. Улицы, в отличие от центральной трассы, по которой мы ехали, были грязными. Ветер бросал из стороны в сторону какие-то ошметки, похожие на большие куски сваренного теста. У углов домов толпились худые, серого цвета местные жители. Их жалкие попытки укрыться от ветра, поднимающего песок и пыль, не приносили результатов. Многие стояли, опираясь на костыли, в связи с отсутствием конечностей. По моим подсчетам, из 15 человек, стоявших на углу, 10 были калеками. Лара, видя мой интерес, снизила скорость, давая мне полностью «насладиться» существованием этих бедолаг. Проехав два таких сборища, мы приблизились к границе поселения, которая была просто обозначена линией на бетонном покрытии шоссе. На выезде я заприметил приличную горку из того белого теста, которое видел вначале. Пытаясь разглядеть, что же это такое, я едва не вылез в окно.
- Да не всматривайся, это кожа.
Я поднял стекло и повернулся к Ларе.
- В смысле, кожа?
- Ну, они колются всякой дрянью, тело начинает гнить, кожа становится такого вот цвета и в буквальном смысле сползает с костей. Они стягивают ее, будто носок, подпиливают кость и живут дальше. Правда, недолго.
Я представил себе эту картину, и стало немного жутковато.
- А лечить их не пробовали? Медицина вроде научилась.
- Кому они нужны? Они – биомусор, и ни на что не годны. Раньше снимали с иглы всяких видных ученых, которые употребляли дорогие наркотики, ну или видных артистов. А кому нужен очередной работяга, от которого и толку-то нет?
Смысл в ее словах был, и я решил не оспаривать этическую сторону вопроса.
Лара выжимала максимум из старенького внедора, и через сорок минут мы подъехали к огороженному простой сеткой участку земли. На сетке висели различного рода предупреждения о том, что проезда здесь нет, что сетка под напряжением. Ворот, как ни странно, не было. Лара плавно сбросила скорость и отъехала от сетки метров на десять внутрь. Машина полностью остановилась, и она, повернувшись ко мне, сказала:
- Только не пугайся, хорошо?
- Чего?
Ответить Лара не успела. Из песка и высохшей земли резко выскочили человек десять и, направив оружие на нас, окружили машину.
- Красный. Ноябрь. Один, - крикнула Лара, и эти стражи пустыни опустили оружие.
Они были одеты в прекрасную маскировочную форму, и им даже не было смысла ложиться на землю, чтобы спрятаться. Тех, кто стоял в паре метров от меня, я еще мог разглядеть, а вот те, кто был дальше, уже представляли собой какие-то непонятные холмы. Если бы я не запомнил, где они стояли, в жизни бы не догадался.
Лара вылезла из машины и о чем-то говорила с одним из пустынников. В это время двое других досматривали машину, причем делали это быстро и аккуратно.
- Можем ехать, - она хлопнула дверью, и мы тронулись.
Я смотрел в боковое зеркало и видел, как эти люди в форме цвета песка укладываются в свои норы, из которых выпрыгнут при появлении следующей машины.
- Да уж, - протянул я.
- Безопасность на уровне, рисковать не можем.
Еще на выезде из города я пытался представить себе, каким должен быть корабль, который вместит в себя десять тысяч человек. По моим меркам, это должно быть что-то внушительно-огромное, но я не видел здесь ничего, что хотя бы отдаленно могло напоминать такого рода транспорт.
Лара заметила мои поиски глазами и сказала:
- Не ищи. Он под землей, на поверхности находятся только обслуживающие здания.
Я с пониманием кивнул. Действительно, было наивно предполагать, что они оставят корабль на поверхности. Тем не менее, под землей ли, на поверхности ли - это должна быть махина размером с город. Тем более, я был уверен, что первые образцы получались чрезмерно большими. Мы остановились у небольшого двухэтажного здания, обтянутого энергоэффективной пленкой. На входе нас досмотрели и, пройдя через сканер, мы оказались в узком коридоре.
- Иди за мной и ничего не трогай.
Кроме стен, трогать было особо и нечего, и я поплелся за Ларой. Нам навстречу шли два молодых капитана, которые при виде Лары вытянулись и отдали воинское приветствие. Лара козырнула, и мы пошли дальше. Коридор начал петлять, и наклон его увеличился. Мы шли будто по пандусу.
- А ты вообще кем тут трудишься? – нарушил я молчание.
- Вообще, я один из авторов программы по подготовке пилотов. Но попутно выполняю еще ряд функций, о которых тебе пока знать рано.
Я кивнул, и мы встали перед лифтом. Лара приложила палец к сканеру и поднесла голову к стене, в которой, по-видимому, был сканер сетчатки. Лифт открылся, и мы прошли внутрь тесной кабины. Я вжался в угол, стараясь не касаться Лары. Кнопок на панели было всего две, и то они контролировали открытие и закрытие дверей. Никаких этажей. Двери плавно закрылись, и мы поехали вниз.
- А сколько тут уровней?
Лара задумалась и сказала:
- Нас интересуют первые 16, остальное - не для нас.
Шестнадцать. Это получается почти пятьдесят метров в глубину. Хорошо спрятались.
Никаких опознавательных знаков или нумерации уровней не было, поэтому я даже не знал, на каком мы уровне. У лифта мы прошли еще один сканер, возле которого сидели три охранника. Получив пластиковые метки, мы пошли дальше. Такой уровень секретности, а контрольные метки выдаются в буквальном смысле на тонкой ниточке. Наш путь закончился у серой двери, в которую Лара деликатно постучала. Внутри стоял круглый стол и пять стульев. Кроме нас, в помещении еще был молодой мужчина с усами, которые ему совершенно не шли.
- Привет, - мужчина был рад видеть Лару, и она ответила ему взаимностью. Они обнялись, а мне досталось крепкое рукопожатие.
- Володя.
- Макс.
Мужчина вопросительно посмотрел на Лару и, получив ее одобрительный кивок, расплылся в улыбке.
- Добро пожаловать в команду. Мы тебя долго ждали.
Вообще, у меня пока складывались только хорошие впечатления от этих ребят, но такой ажиотаж вокруг моей персоны немного напрягал. Все меня знают, все про меня слышали, все меня ждут, но при этом меня никто не планировал освобождать из тюрьмы, никто не планировал искать меня после освобождения. Все сидели и ждали моего возвращения. Зная, что корабль не улетит без меня, все просто сидели и ждали. Как-то это нелогично. Откуда они знали, что я вернусь в город? Надеялись, что вернусь к семье? С их уровнем по меньшей мере странно рассчитывать на такое. Я же мог свернуть куда угодно. Меня могли несколько раз убить в местах, через которые мне пришлось пройти, я мог просто умереть у Кучера, причем дважды. Если бы я не достал накопитель в баре, Сергей Григорьевич не увидел бы его и прошел бы мимо. Я вообще мог не зайти в этот бар! Надо будет спросить. В итоге я накрутил себя до такого уровня, что начал сам во всем сомневаться и решил, что лучшей тактикой будет молчание в ответ на интерес к моей персоне и наблюдение. В глубине сознания я уже продумывал, как избавиться от этой братии, в случае, если все пойдет вкривь. Видимо, срабатывало наследие прошлого и опыт.
- Стоп. Вы просто сидели и ждали? Не пытались искать меня, а именно ждали, пока я сам приду? Ребята, с вашими возможностями вы бы вытащили меня из тюрьмы на раз-два.
- Я поняла, к чему ты клонишь, - прервала меня Лара. – Вечером Артем все тебе расскажет, а пока, Володя, покажи Максу корабль.
Володя протянул мне белоснежный халат до колен, перчатки, маску и шапку. Я накинул халат на одежду и стоял наготове.
- Пошли, - Володя открыл дверь на противоположной стене.
- А ты не пойдешь? – я посмотрел на Лару.
- Чего я там не видела? Да и, тем более, мне надо отчитаться на базу о приезде, так что дождусь вас тут, - улыбнулась она.
Что-то здесь не чисто. Халат висел до колен, и я на всякий случай расстегнул нижнюю пуговицу, чтобы облегчить доступ к ноге. Быстрым движением я стянул молнию вниз и подготовил себя для ближнего боя, в случае чего. Извлечь нож - дело пары секунд, но, в любом случае, надо быть готовым. Кстати, интересен был тот факт, что ни на одном сканере мой нож не был замечен, и это не могло не радовать. Лучше иметь козырь в рукаве, хотя, в моем случае, скорее, в ноге.
- Ну, вот здесь, собственно говоря, мы его и готовим.
Я огляделся и не понял, что они тут могут готовить. Володя рассмеялся:
- Отойди чуть дальше.
Я отошел до стены и вновь посмотрел на то место, где стоял пару секунд назад, и увидел его. Корабль, точнее, та его часть, которая попадала в поле моего зрения, была внушительных размеров, из-за чего я изначально принял ее за стену. Ближе к своду туннеля, в котором мы стояли, корабль плавно закруглялся.
- Идея проста. Корабль - в виде поезда, обтекаемой формы. На его носу и в хвосте установлены тяговые двигатели, работа которых синхронизирована с точностью до сотых долей секунды. Такая конструкция позволяет стартовать не вертикально, как это делали раньше, а горизонтально. В этой системе есть, конечно, свои минусы, как, например, строительство стартовой площадки, но плюсов значительно больше. Впрочем, они, в основном, касаются физических величин, и вряд ли будут интересны тебе.
Я завороженно слушал и пенял себя за излишнюю паранойю. Ну мало ли, почему меня не искали? Не знали, может? Или думали, что своими силами справятся?
Володя показал мне образец камеры, в которой будет находиться человек на время полета. Выглядела она, как обычная ванная, заполненная каким-то раствором. С его слов, готовых камер сегодня около восьми тысяч, а не те десять, про которые мне говорили вчера. Затем он продемонстрировал командный модуль, в котором будет жить и работать команда пилотов и инженеров.
В целом, экскурсией я остался доволен и удовлетворил свое любопытство на предмет наличия у них такого корабля. Мы распрощались с Володей и тем же маршрутом вышли на улицу.
- Ну и как? – спросила Лара.
- Масштабно. А он взлетит вообще?
- А куда ему деваться, взлетит, конечно.
Мы выехали с территории. Я сидел и смотрел в окно на неменяющуюся картину этой то ли полу-степи,то ли полу-пустыни, и тут червь сомнений, который грыз меня с момента приезда сюда, добрался до самой мякоти, и меня накрыло. Здесь что-то не то. Определенно не то!...