О рабской психологии латышей⁠⁠1

Но сначала о рабской психологии русских, поскольку именно русских в этом часто обвиняют. Рабскую психологию русских обосновывают тем, что русские были крепостными.

Действительно, русские были крепостными, но частично. К моменту отмены крепостного права крепостные составляли 47% от русского населения Российской империи. Особенно много крепостных было в центральных губерниях, до 69%. Но на Русском Севере, в Сибири и в казачьих областях крепостных не было.

Крепостное прошлое, наверное, должно была наложить отпечаток на русский национальный характер. Но тогда на национальный характер латышей крепостное прошлое должно было наложить отпечаток в два раза сильнее. Латыши практически на 100% были крепостными, ими владели немецкие бароны.

За доказательствами рабской психологии латышей достаточно обратиться к не слишком давней истории.

По пакту Молотова-Риббентропа независимая Финляндия и 3 независимых прибалтийских государства были включены в сферу интересов Советского Союза. И Сталин сразу же решил их присоединить.

С Финляндией у Сталина не получилось, финны отстояли свою независимость. Очевидная причина - финны никогда не были крепостными и реально ценили свободу.

С прибалтийскими государствами получилось наоборот. 3 прибалтийских государства по численности населения превосходили Финляндию, но они дружно подняли лапки и согласились добровольно войти в состав Советского Союза. Плюс изобразили народное ликование с песнями и плясками по поводу освобождения от тирании капиталистов (сказался многовековой опыт ублажать хозяев). Очевидная причина - эти государства были населены потомками крепостных, которые привыкли подчиняться сильному.

Поскольку эти государства присоединились добровольно, их армии были включены в состав Красной Армии.

Но тут нацистская Германия напала на Советский Союз. Латыши сообразили, что Германия сильнее, и поэтому стали встречать немецкие войска народным ликованием, теперь уже по поводу освобождения от тирании большевиков. Латышские воинские части сдавались немцам без боя, утверждая, что добровольно переходят на их сторону (разумеется, чтобы банально остаться живыми и избежать отправки в немецкие концлагеря).

Немцев это более чем устроило. Они придумали логичное продолжение: стали призывать на военную службу все пригодное мужское население. Действительно, раз уж вы начали переходить на нашу сторону, то и продолжайте.

От этого немцы получали двойную выгоду. Во-первых, за счет жизней латышей (и прочих прибалтов) сберегались жизни истинных арийцев. Во-вторых, новая немецкая провинция Остлянд, в которую были включены территории Латвии и остальной Прибалтики, рассматривалась как жизненное пространство германской нации и предназначалась для заселения немцами, поэтому призыв местных мужчин в армию - это был первый шаг к очистке этих территорий от местного населения.

Но прошло три года и Красная Армия вернулась. Очередной трюк с народным ликованием на этот раз не мог получиться убедительным. Воевавшие латыши попрятались в лесах, испугавшись сталинских концлагерей.

Особо буйных латышей войска НКВД выкурили из лесов в течение года. Оставшиеся выходили еще несколько лет по амнистиям.

Описанные события легко объясняются рабской психологией с такими элементами как трусость и глупость. Но кто себе в таком признается? Поэтому в национальную латышскую мифологию был включен тезис, что вместе с немцами латыши воевали за свободную Латвию.

Если несусветную чушь повторить много раз, то, наверное, в нее получится поверить. Только для этого надо быть очень тупым.