О кино и Тарковском⁠⁠

Беседа с автором книги "Этика Тарковского" Сергеем Загребиным

— Сергей Сергеевич, давайте, с Тарковского и начнем. Когда вы впервые услышали об этом режиссере?

— Знакомство с творчеством Андрея Тарковского началось достаточно давно, в детстве. Однажды, когда я был ещё младшим школьником, родители пришли из кинотеатра и обсуждали фильм «Зеркало», говорили о сложном киноязыке, о причудливых ассоциациях и необычном развитии сюжета. Мне запомнился этот разговор, название фильма. После, в старших классах я посмотрел все фильмы режиссёра, их довольно часто показывали в кинотеатре «Знамя». Первое прикосновение к творчеству Тарковского запомнилось, возникла потребность обращаться к его фильмам вновь, открывать в них ранее не замеченное.

— А первый фильм какой посмотрели?

— Мне запомнился не первый просмотр, а один из первых. Это был фильм «Андрей Рублёв». Мы его смотрели с мамой в кинотеатре «Знамя» и после сеанса шли под чудесным снегопадом домой и говорили о фильме. Во время этой вечерней прогулки, в нашей беседе нам открылись какие-то совершенно новые смыслы этого фильма. Возникло ощущение какого-то чудесного прозрения. Казалось, что это открытие на всю жизнь, но сейчас я уже ничего не помню из нашего разговора, кроме этого ощущения обретения нового сокровенного знания. Полагаю, что этот разговор, эти обретения смыслов, остались где-то в глубинах сознания и после отразились в моей книге о Тарковском.

— Как вы считаете, что является вершиной его творчества? Бывало ли, что ту или иную картину мастера вы пересматривали по несколько раз?

— Разумеется, все фильмы Тарковского пересмотрены многократно, в разные периоды жизни. Мне бы хотелось отметить одну особенность фильмов Тарковского. Со временем они не утрачивают свежести восприятия. Работая над книгой, я очень внимательно по нескольку раз пересматривал каждый фильм и у меня было опасение, что в будущем я уже не смогу эти картины воспринимать эмоционально. А оказалось иначе. После изучения всей научной и мемуарной литературы, после скрупулёзного изучения каждого фильма свежесть восприятия не только не уменьшилась, но напротив – возросла! Причём, именно эмоционального сопереживания, соучастия. А вершиной творчества кажется тот фильм Тарковского, который в данный момент смотришь.

— В среде интеллектуалов Тарковский является одним из знаковых режиссеров, не зная которого можно прослыть невеждой. Как вы считаете, почему?

— Пожалуй, в современном социуме, уже никто не прослывёт невеждой даже не зная азбуки. Для современного поколения Интернет заменяет годы упорных интеллектуальных упражнений. Сегодня такие понятия как «интеллигенция», «интеллектуалы» в массовом сознание воспринимаются как анахронизм. Мне интересная иная тенденция. Сегодня творчество Андрея Тарковского изучается как научная проблема отечественными и зарубежными исследователями самых разных направлений и специализаций. Примечательно то, что в этой корпорации нет единомышленников. Я размышлял над этой проблемой. Мне думается, что фильмы Тарковского – своеобразное культурное «зеркало», в котором каждый исследователь видит собственное «отражение», которое, разумеется, не совпадает с «отражением» другого исследователя. Возможно, по этой же причине так разнятся мнения кинокритиков и «простых» зрителей.

— Как вы думаете, почему Тарковский уехал из страны?

— Известно, что Тарковский выехал из страны в творческую командировку для работы над советско-итальянским фильмом «Ностальгия». Работа затянулась, советские чиновники требовали срочного возвращения. Тарковский опасался, что второй командировки не дадут, и фильм окажется незавершённым. Ближайшее окружение режиссёра всячески нагнетало эту тягостную атмосферу. В период душевного смятения режиссёр публично заявил о намерение остаться на Западе. Это был трагичный поступок. Многие исследователи полагают, что разрыв с Родиной стал причиной ранней гибели художника.

— Творчество Тарковского — это продолжение европейской традиции в кинематографе, или это нечто самобытное, уникальное?

— Я глубоко убежден, что творчество Тарковского – абсолютно самобытно. Есть мировой и отечественный кинематограф и есть Тарковский – уникальный в своём роде. Разумеется, в фильмах Тарковского в концентрированном виде присутствует вся мировая культура, кино, литература, музыка, философия. Тарковский порой осознанно цитирует в своих фильмах великих режиссёров. Например, в фильме «Жертвоприношение» главный герой, в одном из кадров, появляется в кимоно. Это был «привет Куросаве», как сказал сам Тарковский. Некоторые исследователи полагают, что и рассыпанные яблоки в кадрах «Иваново детства» - своеобразная цитата из Довженко. Вместе с тем, Тарковский уникален. Тарковский — это единственный режиссёр, для которого нравственное самопознание было смыслом жизни и творчества". В мировом кинематографе никто более глубоко и тонко не разрабатывал тему нравственных оснований человеческой личности и культуры. Фильм для Тарковского был больше чем просто фильм, это был нравственный поступок. И вместе с тем, для Тарковского кино было именно искусством в самом высоком смысле этого слова. Тарковский ждал от зрителя прежде всего эмоционального сопереживания, а после фильма – саморефлексии.

— Давайте отойдем от Тарковского и поговорим о кино в целом. Все-таки, в СССР работали и другие гении кинематографа. Некоторые критики считают, что после перестройки многие из ничего более-менее путного не сняли. Как вы думаете, почему?

— Подробное изучение творчества Тарковского научило меня воспринимать кино, исходя из критериев, заданных Тарковским, сформулированным им в своих текстах, в том числе в книге «Запечатлённое время», в «Лекциях о кинорежиссуре», в дневниковых записях. Многие фильмы, исходя из этих критериев, оказываются весьма слабыми, особенно современные. Согласен с Вами, в советском кинематографе работали очень талантливые режиссёры, яркие творческие индивидуальности: Марлен Хуциев, Михаил Швейцер, Лариса Шепитько, Василий Шукшин, Георгий Данелия, Сергей Бондарчук, Сергей Герасимов и мн. др. Каждый из них внёс свой вклад в историю отечественного кино. Вместе с тем, я бы не стал кого бы то ни было сравнивать с Тарковским.

— Как вы считаете, существует ли некая общая нить у отечественного кинематографа, какая-то объединяющая идея?

— Один критик сказал, что зарубежные фильмы рассказывают историю, а советские – ставят проблему. Мне думается, что для отечественного кино характерно именно стремление к метафизическим обобщениям, к философскому, панорамному взгляду на человека, на мир в целом. В лучших фильмах всегда звучит нравственная тема, и продвигается идея справедливости. Полагаю, что советская культура и советское кино были, по-своему религиозны, проповедовали христианские ценности. «Моральный кодекс строителя коммунизма» повторял христианские заповеди. Потому советская культура и взрастила поколения честных и порядочных людей, тружеников, патриотов. Мне думается, что эта тенденция сохраняется в лучших российских фильмах.

— В голливудских фильмах сформирован образ героя, как правило, это вариации супер-героя с огромными мускулами, а какой с вашей точки зрения образ героя сложился в отечественном кино?

— Это очень сложный культурологический вопрос. В советским кино, безусловно, был «герой», тот образ, который олицетворял своё время, был символом эпохи, нёс в себе некое «послание», адресованное каждому и всему обществу. Такой «герой» менялся, наполнялся новыми смыслами, но всегда был на экране. Советские актёры, во многом, олицетворяли собою героя поколения: Николай Крючков, Евгений Урбанский, Алексей Баталов, Вячеслав Тихонов, Андрей Мягков, Станислав Любшин, Сергей Бодров (младший). Парадоксально, но в современном российском кино «героя» нет. Посмотрите, например, фильм Андрея Звягинцева «Елена», или Станислава Говорухина «Weekend». В этих фильмах некому сочувствовать, сострадать, сопереживать. «Героя» нет, есть «персонажи», как правило, скверные, бесстыжие, преступные, эгоистичные. Собрание пороков. Почему это произошло? Пожалуй, потому что государство отказалось от идеологии, а искусство – от цензуры. А главное – культура отказывается от табу, то есть от того, что сформировало культуру как таковую. Западноевропейская политкорректность, как результат секуляризации культуры, стала примером демонтажа табу, а значит и самой культуры как таковой. Но это тема требует отдельного разговора.

— Как вы считаете, можно ли говорить о каких-то тенденциях в отечественном кино?

— Современное российское кино, как мы выяснили, оказалось без «героя», без позитивного образа. Возможно, это и есть знаковая тенденция. Кино отразило реальность. В современном мире постмодерна, в принципе, отсутствуют абсолютные нравственные ценности. А значит и герою взяться неоткуда. В этом смысле фильмы Алексея Балабанова, Андрея Звягинцева, Станислава Говорухина отразили мировосприятие современного человека, состояние общества и именно в этом их художественное значение. Эти работы можно назвать «относительно успешными».

— Можно ли говорить, что современное российское кино копирует Голливуд?

— Массовая культура, как таковая, во всех станах копирует Голливуд. Мне приятно, что российские режиссёры, освоили методики Голливуда, переосмыслили их, и в известной степени от них отказались. В отечественных боевиках, «ужастиках», сериалах есть некая порция самоиронии над шаблонами коммерческого кино. И эта скрытая ирония даёт надежду, что отечественное кино, рано или поздно, полностью освободится от шаблонов Голливуда.

— Проблема отсутствия умного, хорошего кинематографа характерна только для России или Европа тоже с этим столкнулась?

— Кино, как высокое искусство, в Европе, было уделом избранных. Великие режиссёры, такие как Фредерико Феллини, Микеланджело Антониони, Ингмар Бергман, Райнер Вернер Фасбиндер, Акира Куросава никогда не были «коммерчески успешными», всегда с трудом находили деньги на свои фильмы. Тарковский постоянно подчёркивал, что кино должно уйти от развлекательности и стать истинным искусством, сопоставимым с классической литературой, поэзией, музыкой. В современной России эта проблема вновь стала актуальной.

— А бывают ли с вашей точки зрения хорошие кассовые фильмы?

— Истинный режиссёр, настоящий художник никогда не станет ставить самоцелью творчества коммерческую выгоду. Сделать фильм «кассовым» должны маркетологи. В Советском Союзе, при обилии кинотеатров, существовал мощный институт проката отечественных фильмов. Тарковского смотрели миллионы зрителей. Фильмы приносили кассовые сборы. Полагаю, если в современной России наладить эффективную систему проката отечественных фильмов, у зрителя будет востребовано не только развлекательное кино, но и авторские, серьёзные, интеллектуальные фильмы. Сегодня такое кино представлено в интернете.

— Как вы думаете, у кино есть миссия? Какую миссию (если она есть) несли картины Тарковского?

— Я разделяю позицию Тарковского, который своим творчеством утверждал кинематограф как серьёзное, полноценное искусство, способное транслировать высокие нравственные ценности, ставить серьёзные метафизические проблемы, побуждать зрителя к размышлению, к познанию окружающего мира, к самопознанию. А в итоге – к обращению к Богу. Ибо, как говорили древние, познавая себя человек познаёт своего Творца. Фильмы Тарковского, безусловно, являются примером мессианства в искусстве. Но не в прямом смысле этого слова. Тарковский всегда подчёркивал, что он художник, а не «проповедник», он не даёт готовые ответы, а побуждает зрителя задавать вопросы и искать, совместно с художником, ответы на эти вопросы. Фильмы Тарковского не дидактичны, не прямолинейны. Смыслы его фильмов генерируются в сознание каждого зрителя персонально. В этом особенность кинематографа Тарковского, который своим творчеством обращается не ко всем сразу, а к каждому персонально, побуждая зрителя к равноправному диалогу с художником. Диалогу, который начинается как сопереживание персонажам фильма, и продолжается как интеллектуальная и нравственная саморефлексия.

— Как вы оцениваете феномен бешеной популярности сериалов? Это пожиратели времени или все-таки у них есть задел на то, чтобы стать искусством?

— Роль и место сериалов в культуре модерна и постмодерна хорошо показал Рей Бредбери ещё в 1953 году в книге «450 градусов по Фаренгейту». Сериалы становится виртуальной заменой общения, воспринимаются многими в «фоновом режиме», как пейзаж за окном. Разумеется, такие сериалы не имеют отношения к искусству. В советском телевидении имели место «многосерийные художественные фильмы», например, «Семнадцать мгновений весны», «Место встречи изменить нельзя», «Жизнь Клима Самгина». В этих фильмах были живые характеры, последовательное развитие сюжета, художественная идея. Примером хорошего многосерийного фильма в современном кино я бы назвал «Петербургские тайны», цикл фильмов «Каменская».

— Нравится ли вам творчество родственников Андрея Тарковского: отца — поэта Арсения Тарковского и его племянника — писателя Михаила Тарковского.

— Многие критики высказывали мысль, что поэта Арсения Тарковского для широкой публики открыл его сын Андрей Тарковский, органично поместив стихи поэта в ткань своих фильмов. С этим можно согласиться. Лично я стал углублённо читать Арсения Тарковского именно под впечатлением фильмов. Удивительной глубины и утончённости поэт. Современный писатель и поэт Михаил Тарковский живёт в Сибири, пишет о людях, которых хорошо знает, об охотниках, промысловиках. В его книгах есть свой стиль, показан совершенно незнакомый мир, неведомые люди. Возможно, этот мир отражен правдиво, городскому человеку судить об этом трудно, но вот эмоционально его проза и стихи, лично меня не трогают. Если же продолжить разговор о творчестве родственников Андрея Тарковского, я бы отметил очень интересные книги его сестры Марины Тарковской «Осколки зеркала» и «Теперь у нас новый адрес», книги её супруга Александра Гордона «Не утоливший жажды», «Тучерез», очень талантливые.

— Назовите, пожалуйста, для наших читателей 5-10 фильмов, которые с вашей точки зрения должен посмотреть каждый, претендующий на звание образованного человека.

— Я бы не дерзнул составлять список фильмов, которые должен посмотреть каждый образованный человек. Я могу назвать фильмы, которые на меня произвели сильное впечатление, которые я рекомендую своим студентам. Во-первых, все фильмы Андрея Тарковского, прежде всего пять фильмов, снятых в России: «Иваново детство», «Андрей Рублёв», «Солярис», «Зеркало», «Сталкер». Во-вторых, «Орфей» Жана Кокто, «Ночи Кабирии» Федерико Феллини, «Расёмон» Акиры Куросавы, «Убить пересмешника» Роберта Маллигана, «Римские каникулы» Уильяма Уайлера, «Мефисто» Иштвана Сабо, «Амадеус» Милоша Формана, «Бал» Этторе Скола, «Восхождение» Ларисы Шепитько, «Нежность» и «Влюблённые» Эльёра Ишмухамедова, «Застава Ильича» и «Послесловие» Марлена Хуциева, «Маленькие трагедии» и «Крейцерова соната» Михаила Швейцера, «Униженные и оскорблённые» Андрея Эшпая, «Паспорт» Георгия Данелии, «Пять вечеров» Никиты Михалкова. Хороших фильмом очень много…

Справка:

Загребин Сергей Сергеевич: историк и культуролог, доктор исторических наук, профессор, главный научный сотрудник Южно-Уральского государственного гуманитарно-педагогического университета, член Союза театральных деятелей РФ, Заслуженный работник культуры РФ. Специализируется в сфере изучения истории и теории культуры, истории культурной политики и российской интеллигенции, является членом редакционных советов ряда научных журналов: «Вопросы культурологии» (г. Москва), «Клио» (г. Санкт-Петербург), «Социум и власть» (г. Челябинск) и др. Автор более трёхсот научных и научно-популярных публикаций в научных сборниках и периодических изданиях, пяти монографий и пяти хрестоматий по истории и культуре. Организатор научных конференций: Уральские Бирюковские чтения, Уральский симпозиум исследователей интеллигенции; основатель Клуба интеллектуального общения «Credo». Автор книги «Этика Тарковского»

Источник интервью "ХН"