Лёгкое чувство неловкости.
Помню 24 июня 90 какого-то года, мы как всегда жгли всю ночь костры, много ели и пили тоже много. Под утро кому-то в голову пришло - "А поехали на озеро!". А пьяные люди на рассвете от таких предложений не отказываются. Все прям подскочили с таким видом, мол, "Какая прекрасная идея", "Чо мы тут в городе как эти?", "Озеро утром - это прекрасно!". Ну вот эта утренняя пьяная радость с сильным перебором вся. Один плакал от неожиданного осознания того, что жизнь его бессмысленна и никому то он не нужен и сиплым голосом сказал "Поехали, там хоть утопиться можно". Все заржали. Он тоже.
Сели в бусик и айда, чо. Заехали на заправку, купили несколько ящиков пива, дров, шашлыка и двинули в сторону озера. По дороге остановились пописать. Всё как учили - мальчики налево, девочки направо. "Иванушки" в машине орали так, что хрипели колонки. Но мы считали своим долгом петь громче оригинала и у нас получалось. Таким орущим коробком мы неслись навстречу озёрной глади, пенному пиву, горелому шашлыку и спанью в нелепых позах, хаотично разбросанными по берегу. Интеллигентные люди, казалось бы, а поваляться пьяному в траве на озере - за счастье.
Часа два наверное прошло, может три, трудно сказать. В этот момент вообще что-либо говорить было и трудно и стыдно. Откуда-то из чащи с паутиной в волосах со стороны дороги выходит очень грустный Серёга. Грусть, главное, такая, как будто он километров десять пешком прошёл.
- Ну и ссуки вы! - хриплым голосом сказал Серый и начал руками запихивать оставшиеся шашлыки в рот.
Стыд на лице был даже у смертельно пьяных и уже спящих.
В общем, мы когда писали - Серёгу забыли. Он говорит "орал" но "Иванушки" в уезжающей машине орали громче.
И до дому же было ближе. Нет, он дошёл пешком, сточил ноги до колен, по его словам, чтобы посмотреть своими узкими глазами в бестыжие наши.
С девушкой ещё расстался по итогам праздника. Она тоже его отсутствия не заметила. Любовь зла. А в коктейле с алкоголем - сурова.
