«Криминальное чтиво» Николая Гоголя⁠⁠

Или наоборот? «Вий» Квентина Тарантино. Да, можно сказать, Тарантино «подрезал» сюжет одной из историй, показанных в одноимённом фильме из «Вия». Но это некультурно, поэтому скажем просто, что в них рассматривается одна и таже тема.

Хому Брута все почему-то описывают, как жизнелюба, имеющего к тому же и весёлый нрав. Но если подумать, напрашивается совсем другое вульгарное слово. Но, как говорили в рекламе про жидкий стул: «мы не будем его показывать»*. В приличной статье будет уместнее слово попроще: болван.
Но «на его месте должен был быть я», воспитанный на фильмах, крутившихся в 90-е по ТВ. Такие персонажи, как Хома Брут мне нравились и даже хотелось им подражать. Этакий незадачливый недотёпа, но в целом симпатичный, славный парень. Весьма распространённый образ в кино. У французов — Пьер Ришар, у итальянцев — Адриано Челентано, у американцев — Джим Керри. Но вернёмся к Хоме Бруту. Сколько же у Брута жизнелюбия?

На слове «жизнелюбие» вспоминается могильщик из «Гамлета» Уильяма Шекспира. Интересно, что бы он мог сказать о жизнелюбии? А то, что жизнелюбие — дело троякое. Это, во-первых, умение соображать, во-вторых, умение чувствовать и, в-третьих, проявлять волю. Есть ли эти качества у Хомы? И что в конце концов общего в его истории с «Криминальным чтивом»?

Отец панночки — богатый польский воевода — поручает Хоме отпевать свою погибшую дочку. Весьма схожее задание в «Криминальном чтиве» получает от главаря банды Винсент Вега. Правда, не отпевать, а «гулять» и не дочь, а жену. Но и панночка была не совсем мертва. А «подопечную» Траволты пришлось возвращать с того света после передоза. Итак, в обоих случаях: молодая женщина, ревностно оберегаемая богатыми и влиятельными мужиками. Если не хочешь неприятностей, лучше не связываться.

По сюжету фильма напарник рассказывает Винсенту Веги, что предыдущего парня, который исполнял аналогичное поручение босса, постигла нелёгкая участь — он вылетел с четвёртого этажа. Похожие слухи ходили и о панночке.

И сотник из «Вия», и главарь банды из «Чтива» очевидно не в первый раз проворачивали обряд «отпевания панночки». Подобные фантазии на грани смерти, описываются и в других произведениях. У богатых, как говорится, свои причуды. Вот, к примеру, кадр из фильма «Дневная красавица».

Всё та же «эротическая» фантазия: в гробу «панночка» (живая), подле неё некий «господин герцог». А в «Вие» всё это безобразие ещё и происходило во храме божьем. Как видим и персонажи, и ситуация, по сути, очень близки. И Брут, и Винсент вляпались в одну и ту же структуру.

Но интересна не панночка, а аналог Брута, в исполнении актёра Джона Траволты. О его умственных способностях судить проще, чем по Бруту в исполнении Куравлёва. С поручениями Винсент Вега справляется плохо. По дороге к боссу размазал чьи-то мозги по салону машины и говорит, что пистолет у него выстрелил сам. Кроме того, много и совсем без причины хамит. Сначала боксёру Бутчу, затем и вообще мужику явно старше себя, который ему помогает вылезти из щекотливой ситуации. Поведение тупого подростка, хотя на вид ему уже не меньше 35-40 лет..

Таким клоунам только молоденьких панночек и развлекать. Он даже не понимает, что поручение организовать досуг жены — это списание его в утиль, а не особое доверие босса. В утиль, как барахло, над которым можно проделать всё, что её душе угодно. А в душе всякой среднестатистической панночки, если ей дать волю, можно найти и упырей, и вурдалаков, и разных прочих тайных фантазий, вроде нереального прихода на грани смерти. И это, может, ещё самое безобидное, о чём она мечтает. Вот обдолбанная панночка с «упырями и вурдалаками» и потешается над «философом».

Итак, мало того, что Винсент тупица, но он ещё и не чувствует абсолютно никакой опасности. Взять, к примеру, его действия перед смертью. Задание босса в чужой квартире. Пошёл в толчок и оставил оружие на кухне.

Так же и Хома, куда-то попёрся ночью по хуторам, а мог бы и заранее при свете дня найти себе ночлег в приличном доме. Но ноги или что ещё привели его в дом неприличный — хотя никто не заставлял. Как и Винсент тоже ничего не почувствовал. Тот, чтобы не ничего чувствовать перед встречей с женой босса вмазывается наркотой. А Хома Брут во храме божьем — табачку занюхал. После чего, кстати, его панночка из гроба и встаёт.

В церковных обычаях тоже есть метод по обретению бесчувственности. Называется умерщвлением плоти. Хома Брут видать, если не физически, то психически на этот принцип чересчур налегал, из лучших побуждений, конечно, в желании достичь душевного равновесия и покоя — всё мол ни по чём, никакой бес не соблазнит. На деле же такой святоша для «бесов» самый сладкий объект. Был бы Хома поумнее, нашёл бы в Писании принципы психокатарсиса и написал бы об этом трактат, как это сделал бывший переводчик церковных текстов, а ныне писатель и шекспировед Алексей Меняйлов, автор психоаналитической эпопеи «Катарсис-1. Подноготная любви».

Ведь исторически из среды монашества нередко выходили весьма одарённые и образованные люди. Например, выдающийся учёный Михаил Ломоносов начинал постижение наук с церковного образования. Ломоносов к тому же с детства был «терроризирован» мачехой, третьей женой отца. Мальчику приходилось идеально выполнять все её поручения, чтобы наконец-то заняться любимым делом — почитать книги. Но из Брута не вышло ничего, ни маму, ни мачеху он не слушал. «Выпадал на мороз», как говорится. Тем самым пробуждая в ней «панночку»-ведьму и обрекая себя в последствии на подобные отношения и со всеми прочими женщинами.

Для прикола можно ещё упомянуть фильм «Тупой и ещё тупее». Здесь два идиота тоже активно развлекают богатенькую дамочку. Но, как часто бывает в американских фильмах для низов — заканчивается он хэппи эндом. Ни один Брут не пострадал. Ну и напоследок видеоролик о том, как некоторые богатые "панночки" предпочитают умирать.