Код молчания: Дело о заслюнявленном "Заговоре"!⁠⁠

Мой друг Стас ворвался в мою ремонтную келию с лицом человека, которого предает весь мир. Он швырнул на стол свой телефон, как шпион, сдающий компрометирующие материалы.

— Брат! Они все сговорились! — его голос сорвался на шепот. — Все! От мамы до курьера из «Яндекс.Еды»! Со мной никто не разговаривает!

Я, как Остап Бендер в мире печатных плат, поднял бровь.
— Уточни. «Не разговаривают» в смысле игнорируют, или «не разговаривают» в смысле технической неисправности?

— В смысле, я их слышу, а они меня — нет! — Стас трагически взмахнул руками. — Я вчера два часа звонил маме! Она такая: «Стас, ты меня слышишь? Алло! Алло!» А я ей: «Мама, я тут, я все слышу! Она рассказывает тете Люде, что я, наверное, в запое, раз молчу как партизан! Потом звонил девушке. Я ей такой нежный голос: «Заюш, как твой денек?» А она в ответ: «Если ты опять нажал кнопку случайно, я сейчас взорвусь!» И бросила. Даже курьер, который пиццу привозил, когда я попытался сказать, что сдачу не надо, просто пожал плечами и ушел! Они все в доле! Я чувствую! Заговор молчания!

Мне стало его искренне жаль. Я взял телефон с видом эксперта-криминалиста, который вот-вот расколет дело века.

Этап первый: Проверка на паранойю.

Я провел стандартные ритуалы: настройки, диктофон. Тишина. Абсолютная. Я записал своим голосом грозное: «Стас, ты просто параноик!» и включил ему. Он услышал только тишину и свой стучащий зуб.

— Видишь?! — прошептал он, побледнев. — Даже твой голос они заглушили! Технологии!

Этап второй: Вскрытие и улика.

Под микроскопом я нашел улику. Нижний микрофон был мертв. Следы окисления. Причина — влага.

— Стас, признавайся, где купал телефон?
Он замер, а потом на его лице вспыхнуло осознание, смешанное с ужасом.
— Шаурма... Это была диверсия! Они подослали того курьера с особо сочной шаурмой! Я так увлекся, что заслюнявил аппарат! Они знали мою слабость!

Я покачал головой. Картина преступления была ясна. Враг использовал его же гастрономические пристрастия.

Этап третий: Хирургия и осознание масштабов катастрофы.

Перед началом пайки я объявил, что ему невероятно повезло. Пока он не понимал, я обрисовал апокалиптический сценарий: отказ обоих микрофонов и динамиков.

Я погрузил его в пучину технического хоррора, описав процедуру вскрытия защитных экранов и замены микросхемы-кодак размером с ноготок муравья. Его паранойя сменилась благоговейным ужасом перед тонкостью работы, которая его миновала.

Эпилог: Реабилитация и заслуженная мораль

Час ювелирной работы — и телефон ожил. Первый же звонок в такси подтвердил успех оглушительным криком «РАБОТАЕТ!».

Финальный аккорд — мораль:
— И запомни, в следующий раз, когда будешь есть шаурму, думай не о заговоре родственников, а о микросхеме-кодак размером с пылинку. Ты сегодня был на волосок от настоящей катастрофы.

Стас вышел из моей келии, крепко прижимая спасенного «младенца» к груди. Еще один пациент был спасен. И я был рад, что на этот раз все обошлось без вскрытия «грудной клетки».