Как это, работать на атомной станции?
Всем привет!
На связи Семецкий, и сегодня я расскажу о том, каково это, работать на атомной станции. Напомню - работаю я на одной из атомных станций с уран-графитовыми реакторами типа РБМК-1000.
Все мы знаем (даже, может быть, из моих предыдущих постов), что при работе реактора, ядерное топливо мало того, что становится высокорадиоактивным само по себе, но также мощные потоки нейтронов активируют ядра атомов других элементов, находящихся в реакторе. Становятся радиоактивными даже не контактирующие с топливом вещества типа стали/циркония конструкционных элементов, активируется бетон, становится радиоактивным даже теплоноситель - вода, охлаждающая топливо.
Для того, чтобы вся эта радиоактивность оставалась внутри реактора и герметичного контура охлаждения и при любых условиях минимально влияла на окружающую среду, существует целый комплекс мероприятий, описанных в основные санитарных правилах обеспечения радиационной безопасности (ОСПОРБ-99-2010).
Собственно, если вкратце:
1) С самого начала, при проектировании атомной станции, мы закладываем в проект максимально возможную радиационную безопасность. То есть, если у нас есть выбор между грязным, но выгодным реактором, и чистым, но очень дорогим - мы будем строить именно чистый и дорогой.
2) При выборе места для постройки новой АЭС, тщательно прорабатываются все детали, и АЭС строится там, где она минимально повлияет на экологию и радиационную обстановку, как при нормальной эксплуатации, так и в случае гипотетической аварии.
3) Мы тщательно следим за источниками излучения на нашей АЭС. Будь то радиоактивная пылинка, или даже отработанное топливо - мы не допустим несанкционированного выноса/выхода радиоактивных материалов за пределы нашей АЭС.
4) Мы специальным образом разграничиваем территорию нашей АЭС (и помещений внутри неё), чтобы исключить возможность случайного переноса радиоактивности и/или радиоактивных веществ персоналом.
5) Технологический процесс налажен так, чтобы минимизировать риск выхода радиоактивности за пределы установленной территории.
6) На наших станциях действует система радиационного контроля. Мы всегда знаем об уровнях радиационного загрязнения внутри и снаружи станции, и при наличии отклонений - вовремя реагируем.
О вещах, описанных выше, я и расскажу с точки зрения работника АЭС.
Первый контроль на радиационную загрязненность себя и вещей я прохожу еще проходя на территорию АЭС. У нас стоят специальные рамки, детектирующие превышение фона, так что если я попробую пройти через КПП с чем-то грязным в кармане или на одежде, то меня просто-напросто не пропустят - задержат и вызовут службу радиационной безопасности. Обычно проблем с этим нет, я чист, и прохожу дальше, на границу между Зоной Свободного Доступа (ЗСД) и Зоной Контролируемого Доступа (ЗКД).
Границей между ЗСД и ЗКД (и наоборот) служит специальный санпропускник. Входя на работу, я полностью переодеваюсь из повседневной одежды в специальный комплект одежды, обычно белого цвета.
Вот как-то так я и выгляжу на работе. Каска у меня тоже белая - вроде как это должно означать, что я из отдела, который не занимается ремонтной, оперативной и прочей производственной деятельностью.
А вот у каски выше - прозрачный козырёк. И на нашей АЭС белая каска с прозрачным козырьком означает что перед тобой - руководство. Обычно при виде людей в таких касках я либо разбегаюсь во все стороны, либо делаю лихой и придурковатый вид.
Но вернемся к нашим радиоактивным баранам. Одетый в спецодежду, я прохожу в ЗКД и беру из своей ячейки термолюминесцентный дозиметр, который обязан носить всё время пребывания в контролируемой зоне. У нас это дозиметры фирмы Harshaw.
Эти дозиметры мы меняем раз в квартал - получаем новый, а со старым работает лаборатория дозиметрического контроля - снимает дозу, которую я получил за квартал, и заносит все данные в специальную систему. Носит такие ТЛД весь персонал АЭС. Я ношу его на груди, а дамам до 45 лет необходимо цеплять его на уровне нижней части живота, ибо нельзя получать более 1 мЗв за год на эту область организма. Также работники некоторых цехов носят специальные нейтронные дозиметры.
Если необходимо выполнять радиационно-опасные работы (в моём случае это работа в центральном зале, или в подаппаратном помещении), то я получаю специальный наряд-допуск на радиационно-опасные работы, где прописывается, с какими средствами защиты, где, как и как долго мне работать. Также на время таких работ мне выдают специальный прямопоказывающий дозиметр, на нашей станции они такие:
Этот аппарат (RADOS) умеет показывать текущий фон, показывать сколько ты уже получил, помнит лимиты дозы и мощности дозы, которые задаёт нам сотрудник службы радиационной безопасности, а в случае превышения - громко и нудно пищит. В общем, очень нужная для радиационно-опасных работ штука.
Допустившись работать по наряду-допуску, я проверяю, что на мне надеты все необходимые СИЗы, закреплены так, как надо и там, где надо все дозиметры - и вуаля, я иду работать.
Однако, кроме непосредственно излучения, опасность представляет и радиоактивное загрязнение. Тот же самый центральный зал, хоть и моют постоянно, но всё же под полом, в общем-то работает самый настоящий ядерный реактор гигаваттной мощности, и при работах по его обслуживанию всевозможная радиоактивная пыль, грязь и жидкость может оказаться в зале.
Для того, чтобы не запачкать себя (обычно пачкаются руки, но случается всякое), я обычно использую сочетание резиновых перчаток, пластикатовых нарукавников и фартука. А, и да, ношу респиратор, ибо дышать тоже лучше чистым, или хотя бы очищенным воздухом. Выгляжу как-то так:
Из минусов - в таком костюме очень жарко. Когда вентиляция в зале отключена - ОЧЕНЬ ЖАРКО. Из плюсов - запачкаться почти нереально, если, конечно, работать аккуратно и не менее аккуратно снимать всё это с себя после работы.
После выполнения работ - снимаю с себя все пластикатовые приблуды, перчатки, респиратор, и иду опять же к сотруднику службы РБ, сдавать прямопоказывающий дозиметр (RADOS). Полученная за смену доза, опять же, заносится в специализированную систему. При ежеквартальной смене термолюминесцентных дозиметров обычно еще смотрят на хотя бы примерное совпадение доз, полученных при работе по нарядам, и накопленных дозиметром.
Сдав все приборы, после работы я опять иду в санпропускник, на этот раз чтобы снять с себя спецодежду, помыть руки/ноги и провериться на приборах. Приборы разные. Есть для проверки отдельных частей тела/вещей:
Это УИМ, работает очень просто - если подносишь к датчику грязный предмет, то стрелка уходит вправо. Ты сразу понимаешь, что просто так с работы не уйдешь, и идешь отмываться.
Также есть более крутые и комплексные приборы:
Этот проверяет загрязнение всего тела - рук, ног, головы, груди, спины и т.д. В случае чего, просто не открывает тебе калитку на выход и показывает на табло "ГРЯЗНО". Опять же, идешь отмываться.
Отмываться, кстати, можно по разному. Иногда может промочь простое купание в прохладной воде. Прохладной, кстати, вода должна быть потому, что горячая вода расширяет поры кожи, и радиоактивная частица может туда попасть - потом не отмоешься.
А если купание не помогает - то тут уже можно применять спецсредства. На нашей станции это специальный песок, который, при натирании им кожи, становится чем-то типа скраба.
Также есть чудесное средство под названием Раддез - что-то типа пены, которую наносишь на кожу, а она вытягивает всю грязь наружу. Смываешь её водой и идешь радоваться.
После того, как ты отмылся и прошел радиационный контроль, можешь одеваться в повседневную одежду и идти домой, играть в игры и пить пиво к семье и детям.
Собственно, по части того что происходит со мной на работе - вроде как всё. Если вспомню что-то еще, то напишу в комментах или отдельным постом :)
P.S. Картинки опять внаглую украл из интернета, потому что фотографировать на нашей станции, в принципе, возможно, но вот для публикации таких фото надо сильно заморочиться, чем я пока не хочу заниматься. Но идея сделать небольшой видеоролик про свой отдел и свою работу не выходит у меня из головы, в будущем - возможно всё :)