Главная ошибка лингвофриков-2: насколько схожи бывают неродственные слова⁠⁠

В прошлом посте я упомянул о том, что сходство латинского habēre /хабéэрэ/ «иметь» и немецкого haben /хáабəн/ «иметь» случайно, и эти два глагола неродственны.

Читатели попросить рассказать об этом поподробнее:

Что ж, приступим. Начать следует с того, что в прагерманском, предке всех германских языков, произошло яркое фонетическое изменение, которое мы сейчас называем законом Гримма. В ходе этого изменения прагерманская система согласных подверглась серьёзной перестройке: например, старый к перешёл в х, а г – в к. Для лучшего понимания продемонстрирую это в виде таблицы (с очень большими упрощениями):

Комментарий к таблице: ɸ и β – это звуки, близкие к ф и в, но произносятся не губой и зубами, а двумя губами. θ и ð – как первые звуки в английских thin и this; x – как русский х; ɣ - как в слове город в южнорусских говорах. Символ ʰ обозначает придыхание.

В нашем случае это будет означать, что немецкому h в латыни соответствует не h, а c /к/. Приведу несколько примеров:

Комментарий: макрон над гласным обозначает долготу гласного; хвостик – носовость.

Идём дальше. Ещё одним важным фонетическим изменением в прагерманском является закон Вернера. В ходе него *ɸ, *θ, *x (для упрощения эти звуки чаще записывают как *f, *þ, *h) озвончились и перешли в *β, *ð, *ɣ, если гласный перед ними не был ударным.

Для нас это выливается в то, что в определённом положении немецкий b соответствует латинскому p. Несколько примеров:

Таким образом, немецкое haben (а правильнее, прагерманское *xaβēną) не может быть родственником латинского habēre. В латыни мы бы ожидали корень вроде cap-. И такой корень в латыни действительно есть – это capere /кáпэрэ/«брать». Его потомком является, например, итальянское capire /капи́рэ/ «понимать».

А что насчёт значения? Ведь «брать» и «иметь» - это не одно и то же. Однако мы знаем пример именно такого развития семантики «взять» > «иметь». Это собственно наши русские глаголы взять и иметь (о том, как это возможно фонетически я рассказывал в отдельном посте).

Если вернуться к первой таблице, то станет понятно, что латинский h- происходит из *gʰ. Соответственно, habēre можно выводить от корня вроде *gʰab- или *gʰabʰ-. В связи с этим появилось предположение, что habēre родственно немецкому geben «давать» (прагерманское *gebaną). Но тут, к сожалению, не сходятся гласные этих корней.

Зато потенциальный родственник латинского глагола есть в славянских языках, например, в восточнославянских диалектах: габáць «хватать» в белорусских, гáбати «хватать» в украинских, габáться «бороться» в русских.

Теперь упорядочу вышеописанное в виде схемы:

Разобранный мною пример учит нас, что просто сходство двух слов ещё ни о чём не говорит. Чтобы доказать родство, нужно уложить эти слова в прокрустово ложе регулярных фонетических соответствий.

Кстати, закон Гримма объясняет и другой пример из прошлого поста: французское feu /фё/ «огонь» – немецкое Feuer /фóйа/ «огонь» не могут быть родственниками. Собственно, уже даже между feu и английским fire сходство невелико. Вот Feuer и fire – действительно родственники, они – потомки прагерманского *ɸōr «огонь». Как мы помним, германскому ɸ соответствует p в других языках, и родственника *ɸōr найти несложно, это древнегреческое πῦρ /пюур/ «огонь» (отсюда пироман, пиротехника и пиролиз).

А французское feu вместе с итальянским fuoco «огонь» и испанским fuego «огонь» - потомки латинского слова focus «очаг; жар, огонь».