Геодезическая история. Начало⁠⁠

Я проснулся, сидя в старом потертом кресле. Окно в небольшой комнате студенческого общежития было приоткрыто, и с улицы доносилась какофония звуков городской жизни. Скрип тормозов автомобилей, сигналы клаксонов и птичьи трели пересекались в какое-то бессмысленное сочетание звуков, режущее слух. Я потер ладонями, еще не открывшиеся, глаза и огляделся по сторонам. Маленький стол был завален учебниками, тетрадями и множеством ватманских листов различного формата. Все это нагромождение напоминало рабочее место какого-нибудь творца – хаотичный беспорядок, рассказывающий о его характере, о его пристрастиях или показывающий способ организации творческого процесса автора. Но все в действительности было проще – это был учебный процесс для меня и моих друзей, двое из которых примостились на кровати справа, похрапывая в позе «валета», и хозяин общежитских апартаментов слева от меня. Зачетная неделя закончилась и теперь полным ходом шла подготовка к экзаменам, занимающая все наше свободное время, с утра до следующего утра, включая бессонные ночи. Вот одно из таких утр и начиналось.

- А-а-а! – зевнул я, громко вдохнув в себя воздух.

Я медленно поднялся с кресла и потянулся, расправляя затекшие места и суставы, подошел к окну и поискал взглядом, что можно было выпить на подоконнике. Нашел подходящую кружку, в которой колыхалась половинка остывшего чая, и залпом выпил холодный напиток.

- Парни, подъем! Уже утро! – крикнул я на всю комнату. Я стоял, упершись руками в подоконник, и смотрел во двор общежития, где уже тусовалось несколько студентов, видимо собирающиеся отправится в учебные корпуса.

- Эх, что за хрень то такая? – еле слышно произнес Вовка, присаживаясь на краешек кровати. – Вставай, давай! – он потряс своего соседа, свернувшегося калачиком рядом с ним.

- Хрен с ним, с этим экзаменом! Так спать охота! – простонал Леха. – Может, ну его? – он приподнял голову и посмотрел на нас умоляющим взглядом.

- Надо сдать, а потом оторваться по полной! – ответил я.

- Ладно, встаем! Согласны! – закивали головами пацаны и стали потягиваться, так и, продолжая сидеть на кровати.

- Айдар! А ты? – спросил я хозяина комнаты, взяв со стола пачку сигарет, я прикурил одну из них.

- Миннэн качигыз! – послышался ответ.

- Ха-ха-ха! – засмеялись мы.

- По-моему француз остается! – перевел я, глядя на укрывшегося с головой товарища.

Быстро собравшись, захватив с собой тубусы с чертежами и нужные учебники, мы отправились на автобусную остановку. Медленно вынырнув из-за угла здания нашего общежития, мы увидели уже собравшуюся толпу народа, плотно окружившую остановочный павильон. В ней находились не только студенты, но и, как говорится, и стар и млад. Все, кто спешил на учебу, на работу или еще куда-нибудь – все они находились прямо перед нашим носом.

- Обалдеть! – вздохнул Леха.

- Не то слово! – поддержал товарища Вовка.

- Зато поспать можно стоя! – улыбнулся я. – Прижмут со всех сторон, и спи себе, тихонько покачиваясь! – закончил я, посмотрев на друзей.

- Ха-ха! Это точно! – хохотнул Вован.

- Ну, что? Едем? Поспим? – пошутил Леха, и мы, в приподнятом настроении, побежали к остановке.

Большая и длинная «гармошка», извиваясь, остановилась у собравшейся толпы. Двери, издавая долгий шипящий звук, открылись, и стали не спеша всасывать в себя потоки пассажиров. Нас по инерции подняло по ступенькам и направило к середине автобуса, где мы и остановились, успешно встретившись с встречным потоком. Не много попихавшись, мы расположились у окна, рядом с компостером. Вовка стоял рядом с молодым человеком, который оберегал свою подругу, сидевшую на кресле около него. Я и Леха стояли плечом к плечу с нашим товарищем, крепко сжимая в руках свои футляры для чертежей. Автобус вновь зашипел, закрывая двери, потом жалобно застонал и, легонечко поскрипывая, двинулся в путь – развозить всех по своим местам. Уже через несколько секунд глаза наши стали закрываться, а минуту спустя все крепко спали, подпертые другими пассажирами со всех сторон…

- Молодой человек! Молодой человек! – кто-то тряс меня за плечо.

- А? Что? – спросил я, еле разлепив глаза.

- Передайте на компостер! – пожилая соседка тыкала в меня кулаком, в которой сжимала абонемент.

- Давайте! – я взял из ее рук небольшую бумажку и, в свою очередь, стал тыкать в Володино плечо с точно такой же просьбой.

- Давай! Поспать не дают! – заворчал мой товарищ, но, сделав над собой усилие, протянул руку и сунул абонемент в компостер.

В этот момент, когда маленький бумажный талончик лежал и дожидался своей экзекуции, чтобы быть продырявленным с обеих сторон. В раскрытое окно ворвался теплый поток летнего ветерка и в одно мгновение отправил, все еще целенький, билетик в небольшое путешествие, он сделал пару пируэтов, чуть-чуть завис в воздухе и плавно опустился на грудь молодой девушки, которую охранял молодой человек, стоящий слева от Володи. Девушка ничего не почувствовала, а талончик опустился на пару сантиметров вниз, оставив только крошечный уголок, выглядывающий из ее декольте.

- Щелк! – пискнул пустой компостер.

- Женька! Видел? – шепотом произнес Володя, окончательно, проснувшись.

- Да! – ответил я, поглядывая на ничего не подозревающую девушку.

- Что делать? – смотрел на меня товарищ.

- Достать билет! – сказал я.

- Молодой человек! Молодой человек! Билет – закомпостировали? – тыкала меня в плечо пожилая дама.

- Сейчас! Сейчас! – отбрыкивался я. – Вовка! Давай бери билет, а то меня сейчас тетя порвет на кусочки! – говорил я, в свою очередь, тыкая Володино плечо.

- Как?

- Молча! – продолжали беседовать мы.

- Молодой человек! – подключалась тетка.

- Сейчас! Подождите!

- Все беру!

- Бери!

- Беру! – Вовка, глубоко вздохнув, потянулся рукой к декольте девушки.

Видимо сказался хронический недосып, но никто из нас и подумать не смог о том, что можно просто попросить саму девчонку вынуть билетик и отдать его нам.

- Ты че? – молодой человек, охранявший свою подругу, схватил Вовино запястье.

- Ниче! Я за талоном! – ответил Вовка.

- За каким талоном? – удивился парень, отпуская руку.

- У нас билет из компостера улетел вон туда! – мой товарищ показал пальцем в направлении груди девушки.

- Да, а меня тетка пытает – это ее билет! – подтвердил я.

- А, ну тогда другой разговор! Берите! – произнес парень и отодвинулся, пропуская Вовку поближе.

- Спасибо! – буркнул Володя и засунул руку в декольте девушки, которая внимательно наблюдала за происходящим.

Только, когда Вовка достал талончик и закомпостировал его, а я передал довольной пожилой даме этот билет. Только тогда до всех дошло, что же все-таки произошло.

- Ха-ха-ха! – заржал я, не сдержав подступающий хохот, откуда-то из живота. Я закрыл лицо руками и смеялся навзрыд, не имея возможности сдержаться.

- Извините! Ха-ха-ха! – присоединился ко мне Вовка.

- Вы что? Что ржете? – проснулся Леха.

Девушка покраснела, строго посмотрев на своего парня. У молодого человека заходили желваки на скулах, лицо покраснело, он посмотрел на нас и …

- Ха-ха-ха! – засмеялся он, поддерживая нашу компанию.

- Ха-ха-ха! – раздался тоненький хохот.

Это смеялась девушка, непроизвольная виновница случившегося. Мы смеялись, наверное, минут десять – слезы текли из глаз всех участников, животы подводило так, что трудно было сдерживаться. Небольшой перерыв и снова смех, и снова все держались за животы, размазывая по лицу слезы.

- Фу-у! Не могу больше! – еле проговорил я.

- Я тоже! Давайте потихоньку успокаиваться! – предложил Володя, обращаясь ко всем.

- Давайте! – кивнули девчонка с парнем.

- Дак, а что было-то? – откуда ни возьмись, объявился Леха.

- Ха-ха-ха! – первым засмеялся я.

- Ха-ха-ха! – заржали остальные, хохот полетел по всему салону, снова отправляя нас на это испытание.

Мы вывалились из автобуса на своей остановке, совсем обессилев, попрощались с теперь уже знакомой парой, и пошли в сторону главного корпуса нашего любимого института.

Приближался полдень, наша компания, с небольшим успехом, отстрелялась на экзамене по строительной механике и, с чувством выполненного долга, шла по коридору правого крыла здания института. О! Экзамены – незабываемое испытание, наверное, для каждого человека. Возможность научиться бороться и справляться со своим волнением, со своими страхами. Все это помогало воспитывать в себе чувство ответственности, уверенности, умению преодолевать себя – важнейшие качества в формировании своего характера - своего я, которые как раз устанавливаются именно в этом возрасте. А какое душевное настроение возникает, когда ты выходишь из кабинета с отметкой в зачетке, и совсем не важно, какая стоит там оценка. Самое сложное позади и теперь можно избавиться от накопившегося напряжения, сконцентрироваться на хорошем и по праву наслаждаться всем, чем угодно – летом, солнцем, смотреть кино, общаться с друзьями и просто ничего не делать. Ничего не делать – это тоже большое искусство!

- Привет, ребята! – поздоровалась с нами девушка, сидевшая на подоконнике. В руках у нее была огромных размеров книга, на которой такими же большими буквами красовалась надпись – ГЕОДЕЗИЯ.

- О! Привет, Лен! – поздоровался я.

- Привет! – друг за другом сказали мои друзья.

- Ты, что тут делаешь? – поинтересовался я.

- Экзамен сдаю! Геодезию! – ответила она. – А вы, что? – Лена внимательно посмотрела на нас.

- Строительную механику сдали! – похвастался Вовка.

- Кузнецовой? – Ленка приподняла брови.

- Ей! Родимой! – хохотнул Леха.

- Ну, вы – красавчики! – стала восхищаться Лена. Она училась в соседней группе, и в скором времени ей тоже предстояло проверить свои знания у самого жестокого преподавателя на факультете.

- Кто экзамен принимает? Владимир Викторович? – спросил я у знакомой, подсаживаясь рядышком, на подоконник.

- Он! – коротко ответила Ленка.

- Парни! Может тоже, сдадим? – предложил я. – Два экзамена в день! А? Раньше на каникулы уйдем? – я смотрел на ребят.

- Я не хочу, от стресса еще не отошел! – кисло ответил Леха.

- Не, я тоже не хочу! – присоединился к нему Вовка.

- Блин! Да вы, что! – удивился я.

- Ты, пойдешь, Женька? Я тебе очередь уступлю! – улыбнулась Лена.

- Я? – я ткнул себя в грудь кулаком.

- Да! Ты! – засмеялась она.

- Ну, а что? Пойду! – я спрыгнул с подоконника, и, не оглядываясь на ребят, пошел к двери в аудиторию.

Открыв дверное полотно, я смело шагнул внутрь помещения. Владимир Викторович сидел за преподавательским столом и внимательно читал книгу, послюнявив палец, он перевернул страницу и уставился на меня.

- Здрасте! Могу я сдать экзамен? – спросил я, сделав небольшой кивок головой.

- Можешь! Бери билет! – спокойно ответил он и снова уткнулся в книгу.

Я взял билет и медленно пошел за последнюю парту, внимательно изучая вопросы на клочке бумаги. Усевшись на сидение, я машинально сунул руку на нижнюю полку и, водя рукой влево и право, быстренько обследовал ее.

- О! Что-то есть! – шепотом произнес я, выуживая содержимое на колени. Я чуточку отклонился на спинку стула, чтобы было удобно смотреть на вынутые листы.

Ого! Это же «бомбы»! – обрадовался я, когда увидел, что собой представляют эти шпаргалки.

«Бомба» - это особый вид шпаргалки, нормальный большой лист, на котором обыкновенным почерком написан ответ на вопрос, точно также, когда студент отвечает на экзамене. Я быстро перелистал небольшую кипу «бомбочек» и, найдя ответы на свои вопросы, отложил в сторону, а остальное убрал обратно на нижнюю полку. Все было хорошо – достаточно полные ответы на каждый вопрос билета, буквы разборчивы, рисунки понятные. Единственная проблема – каждый лист был написан разными почерками и разными пастами – синей, красной и зеленой.

- Эх! – вздохнул я. – Как же мне не охота всю эту красоту переписывать! Да и лень, после строительной механики совсем нет никакого желания! – сам себе сказал я.

- А! Будь, что будет! – произнес я и, схватив в охапку три листочка, пошел в сторону стола Владимира Викторовича.

- Что так быстро? Можешь еще минут десять потратить! – оторвавшись от чтения, негромко сказал преподаватель.

- Да, я, уже все ответил! Что ждать-то! – парировал я, усаживаясь сбоку от стола.

- Тогда, отвечай! – он положил книгу на стол и, скрестив руки на груди, приготовился слушать мой ответ.

- Определение азимута на карте. Азимут – это угол, образуемый в данной точке на местности или на карте между направлением на север и направлением на какой-либо предмет… - начал отвечать я на вопросы, громко читая свои разноцветные записи.

- Здорово! Просто замечательно! – кивнул головой Владимир Викторович.

- Есть вопросы? – серьезным тоном, спросил я.

- Да, есть! Почему ответы написаны разными пастами? – он смотрел на меня.

- Потому что, когда я закончил писать ответ на первый вопрос, то у меня закончилась синяя паста, потом, в конце второго вопроса – закончилась красная паста, а…! – я не успел договорить до конца свое объяснение.

- А потом закончилась и зеленая! Я правильно понимаю? – закончил за меня Владимир Викторович.

- Да, правильно! – ответил я.

- Почему ответы написаны разным почерком? – продолжал спрашивать меня профессор.

- Потому что я очень люблю менять почерка, когда пишу, то одним стилем, то другим! – невозмутимо ответил я.

- Хобби у вас такое? – поинтересовался преподаватель, внимательно уставившись на меня.

- Да, совершенно верно! Хобби! – уверенным тоном, произнес я.

- Хорошо! Ставлю тебе – хорошо, давай зачетку! – после пятиминутного молчания, сказал Владимир Викторович.

- Почему не отлично? – спросил я.

- Евгений! Я тебе поставил хорошо только за твою невозмутимость и наглость! Это понятно! – повышенным голосом, ответил профессор. Ручка в его руке остановилась на букве «Ш» в слове хорошо, голова медленно повернулась в мою сторону.

- Понял, понял! Хорошо, так хорошо, Владимир Викторович! – поспешил сказать я, встав со стула, мне пришлось сделать знак ладошкой, что объяснять больше ничего не надо.

Профессор закончил выводить оценку, поставил подпись и вручил мне зачетную книжку, сделав на прощание небольшую улыбку, он вновь углубился в чтение.

- Ну, что?

- Что-то быстро?

- Рекорд! Десять минут! – посыпались вопросы от моих товарищей.

- Держите! – я протянул зачетку.

- Охренеть! – произнес Леха.

- Да ну! – Вовка уставился в открытую книжицу.

- Пока, парни! Я пошла! – услышали мы Ленкин ответ. Она быстро сорвалась с подоконника и вприпрыжку побежала в сторону аудитории.

- Что стоишь? Бегом! – Вовка крикнул Лехе, и они оба метнулись за ней вдогонку.