Галоперидол в лечении острых психозов
Выпускники факультета карательной психофармакологии, возрадуйтесь! Достаем из закромов кляпы, вязкие вязки и шприцы системы «Прощай, рассудок». На повестке дня — суровые будни Отделения Буйных и Психотических.
— Кароч, смотри сюды, милок, — старый санитар дядя Вася, пыхтя самокруткой из махорки и выписок больных, учил молодого интерна Пашу жизни. — Психиатрия — наука точная. Это тебе не ухо-горло-нос, где палочкой посветил и свободен. Тут тонкая душевная организация! Если пациент кричит, что он Наполеон — это шизофрения. А вот если он кричит, что он Наполеон и при этом пытается откусить радиатор отопления — это уже наш профильный синдром. И лечится он одним проверенным средством.
Интерн Паша, еще не отмывший диплом от шампанского, уважительно сглотнул:
— Аминазином?
— Бери выше, дух! — дядя Вася ткнул пальцем в потолок, где отваливалась штукатурка. — Галоперидол! Царь-препарат. Молот ведьм для неровной психики! Но есть у него один побочный эффект... В научной литературе называется «экстрапирамидный синдром», а у нас в народе — Галоперидоловая Залупа.
Паша застыл с отвисшей челюстью:
— Э-э-э... В смысле? Это медицинский термин?
— Это, Паша, не термин, это состояние души и тела! — дядя Вася назидательно поднял указательный палец. — Вот представь: ввели мы гражданину Пациенту, допустим, полсотни кубиков этого нектара. И что происходит? Мышцы сводит так, что у него рыло принимает выражение глубочайшего уважения к Минздраву, шея поворачивается только вместе с туловищем, а в глазах читается абсолютная, космическая безысходность. Наступает полная, бескомпромиссная, абсолютная залупа! В смысле — тупик и каюк всем его буйным фантазиям. Понял аналогею?
В этот момент из коридора раздался дикий вопль:
— Я — ВЕЛИКИЙ КТУЛХУ! Я ПРИШЕЛ ПОЖРАТЬ ВАШИ ДУШИ И КИСЕЛЬ!
Из палаты №6 выбежал гражданин в пододеяльнике, интенсивно размахивая шваброй. За ним лениво шел медбрат Коля с уже заправленным пятикубовым аргументом.
— О, гляди, — сказал дядя Вася. — Процесс пошел. Сейчас будет демонстрация натурного эксперимента.
Коля, даже не меняя выражения лица, ловким движением мастера спорта по фиксации уложил «Ктулху» на кушетку, сделал лёгкий укол в филейную часть и вздохнул:
— Отдыхай, повелитель глубин. Завтра на процедуру «Электросон» в девять ноль-ноль.
Спустя пятнадцать минут Паша наблюдал чудное превращение. Великий Ктулху, еще недавно обещавший погрузить мир в пучину хаоса, теперь сидел на краю кровати. Спина его была прямой, как рельса, шея заклинила под углом 45 градусов к горизонту, а языком он медленно пытался пересчитать собственные зубы.
— Ну шо, Владыка? — ласково спросил дядя Вася, заглядывая в палату. — Как там поживают подводные замки Р'льеха?
— Ы-ы-ы... — выдавил из себя экс-Ктулху, безуспешно пытаясь моргнуть правым глазом. — За-лу-па...
— Вот! — дядя Вася победоносно повернулся к интерну Паше. — Видал?! Диагностика на лету! Человек сам всё понял и дал исчерпывающий клинический диагноз своему текущему мироощущению. Галоперидол — он ведь не просто лечит. Он возвращает человека в суровую реальность, где кисель дают по расписанию, а вместо подводных замков — утка под кроватью!
Интерн Паша записал что-то в блокнотик, судорожно сглотнул и твёрдо решил, что с завтрашнего дня переводится в терапию. Ибо с лекарствоведением такой силы его нежная психика справиться была не готова.