Ещё раз о психиатрах и их этике ...⁠⁠

«Необходимое послесловие.

Легко основать порядок в обществе, подчинив каждого его члена незыблемым правилам. Легко воспитывать слепца, который, не протестуя, подчинялся бы поводырю. Насколько же труднее освободить человека, научив его властвовать над собой.

Антуан де Сент Экзюпери

«Теперь о психиатрах. Есть впечатление, что надев белый халат, они включают в своих головах расстройство аутистического спектра. И что их этому обучают в массовом порядке в мединститутах: «неформальное общение с пациентом» есть «нарушение психиатрической этики». Даже младший медицинский персонал «наблюдает» за пациентами, как за зверьём в зоопарке, не очень имея, даже при желании, возможности общаться по — человечески.

Сейчас программы распознавания речи способны опознать значение слов в зависимости от контекста, а психиатры, как кажется, пройти тест Тьюринга в рабочее время не смогут. Многозначность слов и ситуации для них теряется, зато мимика и поведение человека всегда означают соответствующие симптомы.

Задаваемые вопросы наводящие или уточняющие — в них уже содержится некая информация, и сопротивляться этому трудно, для этого нужна спецподготовка, как для переговоров с террористами на захваченном ими объекте. Притом несогласие с доктором тоже трактуется однозначно — как отсутствие критики.

Есть такое понятие у Бейтсона - «двойная связь», так вот это оно. Согласие с психиатром есть признание своего неадекватного поведения, и несогласие тоже квалифицируется, как проявление болезни.

Есть ещё такая вещь. Состояние человека, даже реально нездорового психически, может быть связано с тяжелейшей ситуацией — с родственниками, соседями, сослуживцами. Но при беседе с психиатром это всё нарочито выносится за рамки, как малосущественное, либо определяется, как проявление болезни, а не её причина или провоцирующий фактор.

И из всего конгломерата переживаний остаётся депрессия, агрессия, тревога, {…} а человек, признанный больным, теряет последние возможности разрешения проблемной ситуации. Или детдомовский ребёнок, который при отсутствии нормальных социальных навыков и при катастрофически неудовлетворённых эмоциональных потребностях в условиях очень специфической среды начинает компенсировать дискомфорт неуместными, неадекватными способами.

Причины такого поведения, педагогическая запущенность выносятся за рамки — остаётся агрессия и «неадекватное» поведение, вполне адекватное обстоятельствам в понимании обычных людей, но для психиатров требующие лекарственной коррекции. Хотя то, что это способ наказания — как для медиков, так и для воспитателей этих учреждений — секрет полишинеля...»

Виктория В. В. Фрагмент из письма к автору.»

«Необходимо Вам сказать, что меня лечили в недобровольном порядке больше трёх месяцев, и я целый месяц из них не общался со своим лечащим врачом, то есть вообще с ней не разговаривал, а со всеми остальными врачами, младшим медицинским персоналом и санитарами, а так же больными общался доброжелательно. Через месяц такого поведения мне заменили врача на Александра Михайловича Липовецкого, это был настолько тактичный человек, что при первом же его посещении в присутствие двух других врачей — психиатров, он громко заорал мне: «Ну, сознавайся, что говорят «голоса» в твоей голове?!». А такой предположение он сделал по вот какой причине: в первый же день по приезду в психушку я встретил в туалете для больных с виду агрессивного больного, который выразительно почёсывая кулаки, спросил у меня с угрозой: «Ты по каким причинам в психушке? От Армии косишь? Родину не любишь? В Армии служить не хочешь?». Так как мы с этим больным в туалете были одни, то я ему из перепуга ответил так: «Родину я очень люблю! Служить в Армии я хочу, но мне не разрешают психиатры, так как у меня в голове живёт инопланетянин и отдаёт мне приказы, которые я выполняю!». Как я узнал через много лет, сняв копию с выписки из истории болезни, мой психиатр на следующий после этого разговора с больным день записал в моей истории болезни, что я ему лично жаловался на присутствие в затылочной части черепной коробки инопланетянина, который отдаёт мне императивные указания, которые я, в свою очередь, беспрекословно выполняю! Ещё Александр Михайлович Липовецкий записал в мою историю болезни, что я со своими родителями не общаюсь по две, а то и по три недели, лишь по необходимости пишу им записки. Это тоже является ложью и клеветой, как и наличие инопланетянина в черепушке. Вообще из того, что я рассказывал на своих беседах с Александром Михайловичем Липовецким, он выхватывал только то, что помогало найти у меня шизофрению, а в каком контексте это было сказано, он не учитывал, подгоняя диагноз...»

Виктор Е. П. Фрагмент из сообщения на форуме «Шиза.нет» форумчанина «student77”.