Его звали Птица. Шантаж⁠⁠

Начало

Его звали Птица

Его звали Птица. Про пайку масла

Прием неуставной пищи в неуставное время (чай, сгущенка,  жареная картошка, плов, купленное в чайной, присланное родителями) вне столовой (каптерка, расположение, ленинская комната и пр.) у нас называлось шантаж. Не знаю почему.

Мы служили в Заполярье, паек был усиленный  утром 30 гр. масла, кофейный напиток со сгущенкой, мясо на завтрак и обед, на ужин жареная рыба. Сытно, не вкусно. Из витаминов всегда засоленые зеленые помидоры, по воскресеньям вареное яйцо, по праздникам конфетка с печенкой.

В тот день наш девизион сменялся с наряда, мы пришли с караула и сдавали оружие. В расположении было оживленно. Случилось следующее:  прошлым вечером Птица заступил в наряд  по столовой как всегда. Выслуга по сроку службы и повар земляк давали ему право на "блатную" работу.

После ужина в котел для варки загружались части коровы с хранения из продовольственных складов. Это были полутуши иссохших животных со штампом начала 50-х годов. Всю ночь это варилось, а утром снималось с костей для дальнейшей готовки.

Птице доверили снимать мясо с костей, и вскрывать банки со сгущенкой.

Старый опытный боец не рассчитал свои силы, он обьелся мясом, сгущенкой и у него скрутило живот, причем так, что его отнесли в санчасть.

Старший прапорщик фельдшер для спасения ветерана принял единственно верное решение - КЛИЗМА. Птица был так плох, что не смог возражать, да и кто бы его стал слушать.

Весть об этом событии разлетелась по полку молниеносно. Еще бы: Старослужащий, Азербайджанец, Хранитель воинского уклада,  Птица не сберег неприкосновенность заднего прохода.

Перед вечерней проверкой он тихонько пришел из санчасти, лег до отбоя в кровать, укрылся с головой одеялом и затих.

После отбоя мы затеяли Шантаж. В расположении между кроватей мы накрыли табуретку нашими явствами.

Переглянулись и громко сказали: "Птица, вставай, похавай с нами у нас есть сгущенка."

Бедный боец не выдержал,  со стоном вскочил с кровати и метнулся в туалет, там его громко и долго со стонами чем то тошнило, хотя желудок был тщательно промыт в санчасти.

Мы смеялись, нам было радостно.