Дневник Волка⁠⁠

Прошлая глава:Дневник Волка

Тарков, день тридцать первый

Медальон на груди стал тяжелее, будто впитал в себя вчерашнюю тьму. Тарков сегодня шептал — ветром, скрипом ржавых петель, шорохом в тенях. Небо над Берегом серое, как пепел, и пахнет чем-то кислым, словно где-то рядом рвется ткань реальности. В рюкзаке только три патрона 5.45 и полфляги воды, что отдает металлом. SJ6 кончился, и тело ноет, как после недели в окопах. Спал урывками, в подвале заброшенного дома, где стены покрыты пятнами, похожими на лица.

Двинул к маяку, туда, где Отступники говорили про "груз". Дорога была тихой — слишком тихой. Даже Дикие не высовывались, хотя их метки на деревьях свежие, с еще не высохшей смолой. У маяка заметил дым — тонкий, черный, как будто жгли не дрова, а что-то химическое. Подобрался ближе, через заросли, где трава ломалась под ногами, будто стекло. Отступники были там: пятеро, с "Вепрями" и чем-то тяжелым в ящике. Ящик звенел, как будто внутри бились металлические насекомые. Один из них, с голосом хриплым, как гравий, сказал: "Субъект готов. Контейнер выдержит до полуночи". Я не стал ждать, что будет дальше — уловил движение в тенях и ушел по канавам.

На обратном пути нашел еще одну записку, засунутую в щель между камнями. Тот же почерк, те же резкие линии: "Аномалия нестабильна. Субъект 17 — носитель. Медальон — маяк". Печать TerraGroup, но теперь с выжженным символом, похожим на спираль. Рядом валялась пустая ампула, как та, что была у мертвеца вчера. Зеленый осадок внутри блестел, будто живой. Медальон на груди нагрелся, когда я ее поднял, — пришлось бросить.

Человек в плаще снова появился. На этот раз у старого пирса, где волны бьют о бетон, как молоты. Он не смотрел на меня, но тени вокруг него шевелились, будто подчинялись его воле. Он бросил на землю ключ — старый, с гравировкой "L-17". Я подобрал, хотя каждый инстинкт кричал, что это ошибка. Он только кивнул и растворился в тумане. Туман, к слову, был не просто туман — в нем мелькали искры, как статическое электричество.

Броня трещит, патроны на исходе, а торговцы на Лесопилке теперь не берут рубли — только бартер, и просят что-то, что называют "осколками". Что это, никто не объясняет. Завтра попробую открыть дверь с ключом L-17. Если это ловушка, то выбора уже нет — медальон тянет меня к лаборатории, как магнит. Сердце бьется неровно, и в ушах звенит фраза из терминала: "Протокол Аномалия активирован". Кажется, Тарков хочет, чтобы я узнал, что это значит. Или чтобы я стал его частью.