Бунтари средневековья. Бегинки⁠⁠

Орден Бегинок возник к концу XII  из  полусветского – полумонашеского женского объединения, широко распространённого в Средние Века на территории Западной Европы в Бельгии, Франции и отдельных немецких городах (главным образом вдоль Рейна). Формируясь изначально как приюты для женщин, чьи мужья погибли в крестовых походах.

Не являясь, в строгом смысле слова, монашеским орденом (бегинки не имели устава), но и не будучи в то же время чисто светским образованием (давали обет целомудрия , большое значение придавалось молитвенно–созерцательной жизни). Объединения бегинок являлись альтернативой как светскому, так и монашескому образу жизни, предоставляя женщинам средневековой Европы, вынужденным выбирать  из двух вариантов – замужество или монастырь – некий «третий путь». Путь служения на своих условиях. Служение больным, бедным, сиротам, во славу Творца.

Служение являлось практически единственной возможностью участия женщин в общественной жизни, среди мотивов вступления в орден, вероятно, было желание определенной независимости, жажда самореализации.  Члены ордена могли  обучится  грамоте и полезному мастерству и даже создавать и руководить небольшими предприятиями, заниматься живописью, музыкой, при этом сохраняли право в любой момент  покинуть орден.  Каждая вступившая в общину делала вклад на своё усмотрение; ожидалось, что взнос богатых сестёр будет больше. Внутри коммуны у бегинок имущества и того, что можно было носить с собой (гребней, молитвенников и так далее) было общим.

Обычно под общину  выкупалось несколько домов, стоящих рядом на улице, желательно — недалеко от церкви. Зачастую эти дома ради безопасности обносили единой высокой стеной. Иногда строилось единое здание ( или несколько), вроде общежития — бегинаж; его дверь отмечалась белым крестом. Самые большие бегинажи  насчитывали две тысячи женщин!

Община бегинок во многом копировала женские монастыри: бегинки ходили в единой форме, напоминавшей монашеские одежды, каждый день вместе молились. Деньгами и прочим имуществом владели совместно, подчинялись настоятельнице, ухаживали бесплатно за больными горожанами и путниками, просили подаяние и, главное, давали обет целомудрия. Тем не менее, все они были мирянками Настоятельница,  избиралась общиной .  Эта должность  не была пожизненной, и за недостойное поведение или некомпетентность она могла быть отстранена от власти.

Зачем же так усложнять себе жизнь? Почему бы не стать монахиней?  Это сделать было не так легко. Предложение во многом превышало спрос. По социальному происхождению среди монахинь преобладали представительницы аристократии, в том числе и дочери правящих фамилий, – для поступления в монастырь требовалось значительное приданое, которое не могла себе позволить крестьянка или горожанка. Надо понимать, для чего европейские женщины вообще уходили в монахини, помимо, конечно, горячей веры и не менее горячего отвращения ко греху .

Во-первых, это была одна из немногих возможностей сделать карьеру (кроме монастыря, ещё существовала придворная служба фрейлиной, но для узкого круга дам). Да, некоторым женщинам прошлого тоже хотелось увидеть в жизни нечто большее, чем тяжёлый ежедневный труд по дому, возня с детьми и поход на рынок. В монастырях учили читать, писать, петь, порой — вышивке или живописи; каждая монашка могла дорасти до настоятельницы или заняться необычным для мирской женщины интересным делом.

Во-вторых, это был одобренный обществом способ вывести себя из участия в процессе продолжения рода. Хотя на самом деле женщины умирали во время родов в Средние Века не так часто, как принято представлять, среди девушек встречался страх перед смертью в родах.

В-третьих, для женщин с физическими проблемами монастырь был шансом уйти от насмешек из-за «уродства» или невозможности найти себе мужа.

В-четвёртых, монастырь был шансом для женщины уйти из-под власти родственников, с которыми она была в конфликте, или из ситуации, грозящей убийством (не обязательно из-за политики — иногда просто из-за имущественных споров).

И наконец, монастырь давал гарантированные кров и еду.

А теперь представьте, что всё это можно было получить в некоторых местах Европы, не сжигая за собой все мосты. Ведь из бегинок можно было спокойно уйти, выйти замуж — ведь обет целомудрия давался только на время жизни в общине. Монашек занимали трудом и молитвами весь день — у бегинок общая молитва и бытовой труд (выполняемый по очереди «дежурными» по несколько женщин одновременно) занимали только часть дня, и в том, как заполнить остальное время, бегинка была полностью свободна.

И хотя бегинок нередко преследовали, а их общины подвергались гонениям , многие девушки и женщины покидали дом (порой даже просто убегая), чтобы присоединиться к бегинкам. Бегинки открывали бизнес (пекарни, швейные и кружевные мастерские,  пивоварни), не входя ни в один из цехов, бродили по дорогам, хотя не были пилигримами.

Со временем некоторые объединения бегинок стали богатеть, так как приобретали имущество путем дарственных грамот и завещаний, — а вступившие обязывались передавать все, что имели, общине. Кроме того, в XIII–XIV веках к бегинкам примкнули преследуемые инквизицией за еретические воззрения спиритуалы францисканского ордена, а также «братья и сестры свободного духа».

На протяжении всего XIII в. католическая Церковь преследовала бегинок , обвиняя в ереси. В начале XIV в. бегинкам, однако, удалось избавиться от всех обвинений, и преследования постепенно прекратились. Тем не менее, католическая Церковь так никогда и не признала официально за бегинками статус ордена, несмотря на то, что женская ветвь ордена просуществовала до 2013 г.

Членами ордена бегинок были такие выдающиеся женщины – мистические богословы, как:

Маргарита Поретанская 1250-1310 — французская монахиня-бегинка, мистическая  писательница.

Была осуждена церковью, её книга была сожжена в 1306 году, потом в 1309 году. Сама она была приговорена инквизицией к публичному сожжению и сожжена в Париже на Гревской площади 1 июня 1310 года.

После публикации в XX в. трактата «Зерцало простых душ» под именем автора Маргарита Поретанская была признана одним из крупнейших мистиков Средневековья. Написанная на старофранцузском языке, книга описывает уничтожение души, в частности ее погружение в состояние небытия — единения с Богом без различия.

Хадевейх Антверпенская или Брабантская  — южнонидерландская бегинка, мистическая писательница XIII в.

По предположениям, происходила из знатной семьи, хорошо знала латынь.Стихотворные и прозаические сочинения Хадевейх, написанные на брабантском наречии и представляющие собой отчёты о видениях, были опубликованы лишь после её кончины, последовавшей предположительно в 1260 г.

Сочинения их посвящены мистическому слиянию человеческой природы с Богом, описываемому в аллегорических брачно–любовных символах. Богословие бегинок впитало в себя величайшие достижения предшествующей религиозно–мистической мысли – от мистического богословия св. Бонавентуры и св. Бернара Клервосского до поэзии трубадуров, которая, подобно поэзии суфиев (влияние которой она, кстати, испытала), лишь внешне представляет собой чисто «светскую» любовную лирику, а на самом деле имеет «эзотерический» религиозно–мистический смысл.

К мистически–богословскому наследию бегинок сегодня обращаются представители различных мистических и «эзотерических» течений, находя параллели между религиозными идеями бегинок и таких течений, как суфизм, буддизм, даосизм . К наследию бегинок обращаются также представители таких школ, как экзистенциализм и психоанализ, видя в автобиографически–мистических сочинениях бегинок уникальные документы внутренней, духовно–душевной жизни глубоких, незаурядных личностей.