Большой развод⁠⁠

Ровно четыре года продержались Редькины в браке. Но как ни старались они играть в вечную любовь, не смогли пустить корни в грядке семейного счастья. На горизонте маячил развод.

— И что, вот так вот просто разведетесь и всё? — спросила подруга у Даши Редькиной, когда та позвала ее заесть стресс круглыми итальянскими бутербродами.

— Да. А что нам еще остается? Мы это обговорили. Так будет лучше для нас обоих…

— Да нет, я не про сам развод — я про мероприятие. Надо же как-то по-человечески гульнуть. Поставить жирную точку, так сказать.

— Я просто нервничаю последнее время, не обязательно на больное давить, — обиделась Даша, с горя заедая пиццу с ананасами пиццей с морепродуктами.

— Да я не о тебе, родная, я о твоем разводе, разумеется! Свадьбу же вы закатили шикарную, я за кусок вашего торта до сих пор кредит отдаю. Так почему бы теперь не развестись с размахом? Чтоб ресторан там, кортеж, тамада, торжественное сжигание моста? Я б погуляла…

— А так можно?

— Так нужно!

— Да у меня и денег-то особо нет. Сейчас же надо будет делить имущество, наволочки и пододеяльник рвать пополам.

— У меня есть знакомая, которая может организовать всё за мешок картошки. Остальное подарками отобьешь. А пока давай подумаем насчет девичника. Надо что-то максимально домашнее и нравственное, чтобы ты как следует попрощалась с семейной жизнью.

— То есть, как обычно, договоримся встретиться с девчонками и никуда в итоге не пойдем, потому что у всех мужья и дети?

— Идеальный вариант!

На следующий день Даша и ее подруга приехали в офис к организатору, которую звали Юля. Юля почему-то встретила их в торговом центре, стоя за кассой блинного кафе, а одновременно с этим принимала заказы.

— Поможешь? — спросила Дашина подруга, описав суть вопроса.

— Легко! Я уже вижу, как это будет, — Юля закатила глаза и начала фантазировать: — Невеста — красивая, в черном траурном платье, клянется, что «ни в коем случае и никогда больше». Жених в своих позорных шароварах, которые он наконец может носить круглосуточно, говорит заветное «нет». Потом всей толпой идем в ломбард и торжественно сдаем кольца. Гости скандируют: «Сладко!», «Полусладко!»… Ну, в общем, я еще подумаю, — сказала Юля, а потом громко, так, что у девушек заложило уши, закричала: — Заказ номер шестьдесят четыре готов!

Муж Даши, на удивление, отнесся к идее с восторгом, а вот родители были против.

— Это всё ваши модные веяния. В наше время просто молча разводились и ненавидели друг друга до конца жизни, — брюзжали обе стороны шаткого союза. — Денег на развод не дадим.

Через неделю всё было готово. По Юлиному сценарию торжество начиналось с откупа. Жених должен был покинуть квартиру, пройдя вереницу испытаний: конкурсы, песни, а все ему должны были подсказывать и петь за него или платить откупные, лишь бы он скорее свалил и нигде не задерживался. Так как этажей было двенадцать, Сереге разрешили воспользоваться лифтом. Туда же запихнули остатки его вещей и свидетеля.

Через Юлиного двоюродного брата-майора на торжество был приглашен фотограф-криминалист, который точно фиксировал каждую деталь. После этого развода девять человек были поставлены на учет.

— А теперь в ЗАГС! — торжественно объявила Юля, когда все собрались внизу.

По новой традиции Редькины уселись в машину вместе, чтобы после развода ехать врозь, а остальным участникам гуляния были выданы проездные билеты, мелочь на проезд и машина фотографа, в которой по дороге проводились конкурсы: снимались отпечатки и проходили шуточные допросы. Во дворец бракосочетаний люди заходили, распевая хит Кипелова «Я свободен».

Когда штампы были проставлены и ячейка общества закрыта, толпа вывалилась наружу. Юля достала огромную клетку и предложила поймать парочку голубей. Люди пели, веселились, радовались за молодоразведенных. Мужики от души поздравляли бывшего мужа и с завистью желали долгих лет раздельной жизни. Их жены в ответ устраивали им разборки на месте, а позже ловили букет, собранный из квитанций коммунальных платежей.

— Ого как гуляют! Видать, давно ждали эту помолвку, — заметил кто-то из другой свадьбы.

— Не, я слышал, эти разводятся, — объяснили ему в ответ.

Насмотревшись на счастливых Редькиных, многие пары сегодня взяли паузу и перенесли церемонии.

После того как на мосту был спилен замок, а кольца, как и планировалось, сданы в ломбард, чтобы оплатить часть расходов, процессия двинулась в ресторан. Там их уже ждал нанятый по старой Юлиной дружбе ритуальный оркестр, бизнес-ланч и блины с медом. Спонсором банкета являлась «Блинная лавка № 8», в которой трудилась кассиром Юля. Торт, соответственно, тоже имел блинную основу.

— Это какие-то поминки… — вздохнула печально Даша, глядя на царящую вокруг атмосферу.

— Ну так мы сегодня провожаем в последний путь семейное счастье, — заметила кассир-тамада и предложила «уже не молодым» станцевать свой последний танец.

Заиграл Шопен.

— Знаешь, а ведь неплохо получилось, — сказала Даша Сереже, когда они кружились в центре зала.

— Согласен, — кивнул тот. — Я впервые вижу, чтобы наши родители так хорошо ладили.

Они сделали круг, и Даша увидела, что ее отец и отец бывшего мужа обнимаются как лучшие друзья, поют что-то еле слышно и плачут, хотя всегда являлись заклятыми врагами.

Стол ломился от подарков. Чего там только не было: комплекты односпального белья, билеты на концерты, гантели, посуда для одного, сертификаты на йогу, в спортзал, на стриптиз… В конце разведенным вручили ключи от разных гостиничных номеров в разных частях города, скидочные купоны в «Блинную лавку № 8» и сертификат на две поездки в машине «Следственного комитета».

В конце был праздничный салют, продажа торта по акции. Довольные гуляньем гости разъехались по домам — к своим женам, мужьям и детям, а Редькины отправились каждый своей дорогой.

Через три недели был готов фотоальбом. Сережа как раз приехал к Даше, чтобы забрать свои кусачки для ногтей.

— Хорошо получилось, — заметила Даша, листая вместе с бывшим мужем черно-белые фотографии, на которых были изображены счастливые лица и различные фотоулики.

— Да, неплохо, — согласился тот, а потом добавил: — Фамилию будешь менять?

— Нет. Я как-то уже привыкла. Да и Хренова ненамного слаще звучит.

— Согласен, — улыбнулся Сергей. — Ну я пойду?

— Ага… Хотя погоди!

Сергей вопросительно уставился на Дашу.

— Не хочешь сходить поужинать в блинную? Наши купоны сегодня сгорают, жалко как-то…

— Жалко, — согласился Сергей. — А ты знаешь, что блин — это символ обновления. Может, это наш шанс. Так что, свидание получается?

— Думаешь… — она замялась на секунду, — думаешь, это не будет ошибкой после такого громкого развода? Я слышала, что про нас даже в новостях сюжет был…

— Не знаю, но кто нас осудит? Мы теперь свободные люди и можем встречаться с кем хотим и когда хотим. Кстати, через неделю свидетель и свидетельница разводятся. Нас пригласили. Не хочешь вместе пойти?

— Я подумаю, — улыбнулась Даша. — У меня как раз от них комплект постельного белья — будет, что подарить.

Александр Райн

Дорогие читатели, приходите на мои литературные концерты. Ближайшие: Череповец, Вологда, Ярославль, Кострома, Иваново. Подробности вот тут

Здесь можно подписать на мой ТЕЛЕГРАМ, а тут на канал в МАХ