Бич богов - первая глава⁠⁠

Спустя много лет с того самого дня, когда подлый червь был сражён божественными силами, а предательское божество Сарлон сгинуло, начинается новая эпоха.

— Манал я во все свечи этого торгаша! Я ему человеческим языком говорю — мне 500 грамм мяса, не больше и не меньше! Но нет же, надо ему эти лишние 26,5 грамма мне втюхать! Ладно, хрен уже с ним. А как у тебя день прошёл?

— Да нормально, дедуль. Ты так не злись-то — годики-то у тебя уже не те, чтобы силы тратить на каких-то торгашей. И кстати да, забыл сказать — мы сегодня с Орисом пойдём на рыбалку. Ты не против?

— Нет, не против. Вы главное смотрите там. Я слыхал от бабки, которая слыхала от знакомой бабки другой бабки, что в окрестностях тут тени шастают, поэтому давайте не позже девяти чтобы дома были!

— Хорошо, хорошо. Там мы на пару часов, думаю, до заката успеем.

Жизнь в небольшом фермерском городке Листград идёт своим чередом. Местные жители зарабатывают здесь путём продажи различных культур, начиная от обычной пшеницы и заканчивая разными фруктами и ягодами. Конечно же, часть из всего добытого честным трудом урожая уходит на подношение великому божеству сия человечества. Его светлое элементальское имя Дарий защищает весь людской народ от угрозы теней. Также он участвует в различных проектах — начиная от строительства нового монастыря и заканчивая ремонтом городских стен. Все его любят, все его почитают и уважают — он главная надежда людей на мирную жизнь в мире, где после похода богоубийц на всех землях Лорса начал шефствовать хаос мёртвых душ.

— Янфер! Вот ты где, а я тебя всюду ищу! Ты с дедом поговорил?

— Да, поговорил. Сказал, чтобы мы к девяти возвращались. А, ну ещё — он предупредил, что от бабки, которая услышала от другой бабки, которая узнала от той бабки, которая бабка... Короче! Тени в тех округах шастают, аккуратней надо быть.

— Ясненько, ну нечего! Хватай давай снасти поскорей и выдвигаемся!

Братья в спешке собирались на рыбалку. Это было их излюбленным занятием, которое хоть немного разбавляло эту угрюмую и однообразную жизнь. Но к несчастью, теперь очередь судьбы преподносить новые испытания.

— Марл, а эти тоже брать?

— Конечно! А иначе рыба по-твоему будет вдуплять, что тут еда есть?

— Погоди... Небо же вроде светлым было, нет?

— Странно, ну да, должно быть светлым... А это ещё что за хрень там вдали?

Небо вмиг потемнело. Густые, как борода старца, тучи скапливались со стороны леса. Небо было таким тёмным, что даже парящие острова гарпий не было видно. Сразу же за осознанием ужасного по спине пробежался робкий холодок, а затем сильный ветер пронёсся мимо братьев.

— Надо бежать! Это тени!

— Стой, меня подожди!

Из-за горизонта нарисовалась страшная картина — измученные бесконечной агонией тени: кто-то без конечностей, кто-то еле волоча свои изрезанные ноги, пытался вдохнуть, но не мог — ведь в груди было огромное отверстие от острого меча. Тени пришли. Они пришли, чтобы дать бой во имя мести — сами не понимая того, что мстят невинным жителям.

С ужасным гулом и грохотом огромная орда двинулась в сторону города. Братья, побросав всё, что у них было, бросились обратно за стены. Вокруг был слышен ор и крики мирных жителей, которых уже настигла тёмная рать. Стражники в спешке уже хотели закрыть ворота в город, но, увидев двоих парней, те сбавили скорость, позволив им забежать.

— Всем на стены! Готовьте арбалетчиков!

— Янфер! Беги до деда, а я до мамки с папкой побегу!

— Хорошо, только аккуратней прошу тебя!

— Не бойся, всё будет хорошо...

Вмиг обычный угрюмый день сменился ужасом и страхом перед надвигающейся угрозой...

Янфер бежал со всех ног. Он бежал, как будто в последний раз, в надежде на то, что успеет предупредить деда, который жил отдельно от семьи. Он бежал и молился верховному Богу, дабы тот помог ему в этот трудный час. Но его молитвы не были услышаны. Пока он бежал, периферийным зрением он увидел, как городская стена сначала пошатнулась, а после рухнула прямо на дом его дедушки. На секунду замерев, он не верил своим глазам — буквально за считанные секунды огромная городская стена рухнула как карточный домик прямо на старенький дом его деда.

Придя в себя, Янфер в слезах бросился к руинам дома. Уже прибежав, он увидел, как дед отчаянно пытается выбраться из-под завалов.

— Деда! Деда, я уже иду!

— Янфер! Янфер, стой!

Подбежав к бедняге и отведя взгляд на городские ворота, он ужаснулся — там, где минуту назад была городская стража, теперь была лишь куча окровавленных тел. А на этой куче стояла тень в доспехах. Та подняла свой старый меч, на котором ещё виднелись застывшие капли крови, высоко в небо, откуда уже не было видно ни Солнца, ни парящих островов.

— Янфер, внучек, беги скорей! Мне уже не помочь, беги скорей!

— Нет, нет, нет! Я... Я тебя вытащу!

С каждой попыткой вытащить старца Янферу в голову то и дело приходила мысль о том, что его любимого дедушку уже не спасти. В конце концов, вытирая слёзы и попрощавшись в последний раз с дедушкой, он побежал к дому родителей.

Вокруг был хаос. Тени гнали людей по улицам города, убивали женщин и детей, сжигали дома, где ещё были невинные и ни о чём не подозревавшие люди. Всё это происходило прямо на глазах у бедняги, который всё ещё тешил себя надеждами, что у его семьи всё хорошо.

— Янфер! Быстрей сюда!

— Папа! Я уже бегу!

На крыльце его дома стояла вся семья — брат, папа и мама. Они успели захватить немного ценных вещей из дома и ждали только его одного. Но когда Янфер уже хотел броситься к ним, что-то остановило его, и он замер. Прямо за домом, из-за угла, на его семью смотрела ужасная тварь, которых в этих землях называют жнецами. Тварь с неимоверным рёвом кинулась на родных, разрывая их огромными лапами и протыкая острыми шипами.

Крики быстро сменились предсмертными стонами. Тварь пировала прямо на глазах у Янфера. Смотря прямо ему в душу, тварь чавкала и рычала, а после того как проглотила крупный кусок мяса, громко сказала:

— Ну и где твой бог?

После этих слов бедняга понял, что теперь бежать надо уже ему. Заливаясь горькими слезами, он побежал прочь из горящего города, бежал не оглядываясь куда-то в лес, бежал и плакал, бежал и звал родных, бежал и молил Бога, чтобы всё это было сном.

За спиной всё ещё слышались вопли невинных жизней, а впереди показался лес — густой и тёмный. Обычно в таких местах и обитают верды. Поборов свой страх, Янфер без раздумий бросился в лес, где на каждом углу его могли поджидать не самые добрые жители леса, которым его персона могла сойти за угрозу.

Уже будучи за кронами высоких деревьев, вокруг Янфера воцарилась звенящая тишина. Он упал на колени посреди опасного леса, упал и плакал, плакал как маленький ребёнок, бился в невероятной внутренней агонии и молился — молился и элементалю, и верховному Богу, дабы всё это было просто кошмарным сном.

Так прошло полчаса. Янфер выплакал всё, что можно было. Наконец поднявшись с сырой земли и оглядевшись, он понял, что теперь он совсем один, наедине с этим совсем неизвестным ему лесом. Вытерев слёзы, он побрёл куда-то вглубь. С собой у него было лишь немного наживки для рыбы и небольшой ножик. Схватившись за этот нож как за священный Грааль, он брёл всё дальше и дальше, вздрагивая от каждого шороха.

Пройдя так по лесу ещё полчаса, он решил устроить привал. Недавно прошёл сильный дождь, поэтому найти сухие ветки было настоящим заданием со звёздочкой. Найдя немного хвороста и более-менее сухих веток, он с помощью камней начал разводить костёр. Спустя ещё десять минут повторения всех бранных слов этого мира первый огонёк всё же родился на свет. Спустя ещё пару мгновений этот маленький огонёк уже разгорелся до хорошего костра.

Сев поближе к огню, Янфер трясущимися руками достал из рюкзака немного хлеба, который приготовил для рыбы. Съев пару кусочков, он уже хотел думать, что делать дальше, как вдруг в соседних кустах послышался шорох. Наделав в штаны от страха, парень схватил свой маленький нож и устремил испуганный до чёртиков взгляд на кусты. Куст трясся всё сильнее и сильнее, как вдруг из него выскочил не менее напуганный огромный паук. Увидев языки пламени и парня с ножом, паук громко зашипел и начал метаться из стороны в сторону, что напугало Янфера ещё больше, и тот тоже закричал.

Отпрыгнув от незваного гостя как можно дальше, он немного успокоился и начал медленно отступать назад. Паук же тем временем тоже начал понемногу отступать обратно в кусты, сохраняя прямой зрительный контакт всеми своими восемью глазами. В какой-то момент Янферу показалось прекрасной идеей отвлечь паука хлебом. Достав ещё небольшой кусочек, он кинул его в сторону паука.

Паук, переведя взгляд на хлеб, немного поглядел на угощение и решил попробовать его. Немного пожевав, он путём выплёвывания ясно показал, что хлебом его не корми, и такое он есть не будет. Вскоре паук тоже осмелел, почувствовав своё превосходство перед человеком, и начал неумолимо двигаться в сторону Янфера.

— Нет, нет, нет! Стой на месте!

— Неразборчивые звуки уверенного в себе паука

— Я же тебя прирежу!

— Что-то нецензурное на паучьем

В какой-то миг паук всё же остановился на месте прямо перед костром, после чего, немного подумав, он лёг перед огнём прямо как какое-то домашнее животное. На улице же тем временем холодало, и Янфер, поборов свой страх и омерзение, тоже решил подсесть к пауку.

— Неразборчивые звуки паука

— Эй, эй! Я просто погреться. Знаешь, вообще-то я этот костёр разжёг!

— Неразборчивые звуки паука-нахлебника

— Ладно, это твой костёр... Тогда я просто сяду вот тут... Надеюсь, ты не против.

Паук удобно разложился у костра, иногда поглядывая своими хищными глазами на Янфера. Паук выглядел явно голодным и истощённым, в его глазах читался страх вперемешку с сильным голодом и усталостью.

— Я же тебе кидал хлеб.

— Недовольные звуки паука

— Прости, у меня кроме хлеба да ничего и нету...

Резко уже из других кустов послышались чьи-то тяжёлые шаги и недовольное кряхтение. Что-то или кто-то медленно шёл в сторону огня, пока Янфер с пауком тряслись от страха. Через пару мгновений большой силуэт показался из-за дерева. Паук в панике вскочил и начал громко шипеть на незваного гостя в надежде на то, что тот испугается и уйдёт.

— Огонь, огонь!

— Паучье шипение

— Не подходи! Я вооружён!

— Вооружён? Этот нож ты называешь оружием?

Из тьмы вечера вышел огромный верд. Тот, держась за ствол дерева, внимательно смотрел прямо в душу Янфера. Он выглядел словно огромному человеку вытянули руки до невероятной длины, а ноги оставили такими же, но невероятно сильными и мускулистыми. Верд продолжал стоять неподвижно, думая о том, как Янфер очутился на земле вердов.

— Уходи!

— Я не уходить, ты уходить! Этот лес принадлежит вердам!

— Я просто заблудился. Мой город неподалёку отсюда разграбили и всех убили, я просто пытался спрятаться здесь.

— Город? Разграбили? Это точно проделки теней, но это не отменяет того, что ты находишься на земле моих сородичей! Ты уходить, пока я тебя не атаковать!

— Хорошо, хорошо! Я уже ухожу...

— Стой! Паука тоже забирай, видно, он твой.

— Да не это... А ладно уже, всё, мы уходим!

Прихватив с собой неожиданного спутника, Янфер взял лежащую рядом палку и, порвав свой рукав, обмотал её тканью, а после поджёг. Иногда поглядывая назад, дабы убедиться, что восьмиглазый всё ещё рядом, Янфер думал, куда же ему деться. В соседние города идти было не вариант — там, скорее всего, тоже лютовали войска теней. Но голову парня никак не покидала мысль: неужели он единственный, кто решил сбежать в лес?

Паук же тем временем весь путь по тёмному лесу жалобно шипел и не понимал, куда ему деться. Парень видел в пауке себя — тот явно не просто так прибежал к костру, он был голоден и изнеможён, наверно, он тоже бежал от теней... Но всё же, в отличие от Янфера, он находится на своей земле.

— Есть хочешь?

— Однозначное шипение паука

— Ну, я могу тебе дать ещё хлеба. Вряд ли он тебе понравится снова, но всё же.

Кинув ещё один небольшой кусочек хлеба, Янфер понимал, что если он будет в прямом смысле раскидывать еду куда попало, то долго в этом лесу он не протянет. Восьмипалый же тем временем через не хочу всё же решил попробовать угощение. Немного пожевав, он с явно недовольной мордой проглотил хлеб и, поняв, что ничего другого человек предложить не может, перестал шипеть.

Спустя ещё некоторое время скитаний Янфер успел неслабо так подустать, поэтому было принято решение найти временный ночлег. Немного походив кругами, он нашёл идеальное место для сна — в небольшом скалистом холмике был большой выступ, который мог послужить защитой от возможного дождя, а под выступом было целое царство пушистого и мягкого мха, который в этой ситуации станет самой лучшей кроватью из возможных.

Паук же особо себе лежанку не выбирал — он молча улёгся где-то в кустах и не подавал признаков своего присутствия. Ночь была холодная, сырая и страшная — где-то постоянно слышался хруст веток и чьё-то шипение в кустах, но последнее, скорее всего, являлось бурными снами паука.

Янфер аккуратно улёгся на мох, прижал к себе нож и, глядя на звёздное небо, понемногу засыпал. Уже во сне парню снова и снова снился этот ужасный момент — когда страшная тварь выпрыгивает из своего укрытия и бросается прямо на ни о чём не подозревавших родных Янфера. Он переживал этот момент раз за разом, а тварь всё так же смотрела ему в душу, пережёвывая голову его отца, то и дело смеялась и спрашивала:

— Ну и где твой бог? Ты жалок!

Этот сон был настолько ужасным, настолько правдоподобным, что в какой-то момент Янфер проснулся посреди ночи. Во сне он плакал и кричал, что привело к тому, что паук, который спал в кустах, будто бы чувствуя боль человека, вылез из кустов и подполз к нему.

Конечно, парень сильно испугался, когда увидел, что паук спит, прижавшись к нему, но, заметив, что тот спит, успокоился и, вытерев слёзы, лёг спать обратно. На этот раз ужасных снов не было. Видимо, не зря среди вердов ходит легенда о том, что пауки во сне плетут свои невидимые нити, в которые попадаются все плохие и нехорошие сны.

Оригинальная версия - https://author.today/work/624162