7 дней (3 часть)⁠⁠

Понедельник

Вторник

Среда

Егор проснулся от тихого стука в дверь его комнаты, вокруг было темно – часы показывали три ночи.

«Что-то произошло?»

Тук-Тук

- Да? Мам это ты? «Что случилось?» —хриплым голосом спросил Егор.

Но ему никто не ответил, через пару секунд стук повторился.

Тук-Тук

«Может это сон?»

Тук-Тук

Егор осторожно слез с кровати, тихонько подошел к двери и приблизил к ней ухо.

Тук-Тук

Егор вздрогнул от звука, но кроме стука за дверью ничего не было слышно.

Тук-Тук

«Да, кто там?» - громче произнес Егор.

- Ееееегооооор, - за дверью незнакомый женский голос тихо протянул его имя.

Егор отшатнулся, снова вернулся страх и сердце громко застучало о ребра.

- Ты же меня слыыыыышииииишь дааааа, я знаааааю слыыыыышишь! – мерзко захихикал все тот же голос.

- Кто ты? – Егор силой воли вернул себе способность говорить.

Голос снова захихикал и произнес удовлетворенно:

- Я то, что заберет твою мать. Я – отчаянье, - На этих словах в дверь начали стучать, трясти ручку и все это под негромкое нечеловеческое хихиканье. Через несколько секунд все прекратилось и наступила звенящая тишина.

И тут Егор почувствовал дуновение, сзади возле уха, как будто кто-то дыхнул на него. Не успел он в панике обернуться, как женский голос заговорил с ним торопливым, зловещим шепотом. Егору казалось, что слова произносились у него в голове:

- А ты будешь смотреть и ничего не сделаешь! И ТВОЯ МАТЬ УМРЕТ! – конец фразы просто оглушил Егора так как ее голос проорал прямо в ухо.

- ААААААААА – заорал Егор, нервы не выдержали напряжения. Он быстро оглянулся, но там никого не было. Парень застыл, насторожено прислушиваясь, но кроме пульсирующей в себе крови он ничего не слышал, вокруг стояла обычная ночная тишина.

Егор без сил опустился на кровать, футболка в которой он обычно спал, стала мокрой от пота. Его трясло, в голове не было ни одной спокойной мысли, паника настолько захватила тело, что стало трудно дышать.

Парень понимал, если он сейчас не возьмет себя в руки, то умрет от нехватки воздуха, разрыва сердца или чего-то подобного.

Егор взял подушку, уткнул в нее лицо и закричал. Подушка приглушила звук и не дала перебудить всех соседей. После крика Егор стал глубоко дышать, внимательно контролируя каждое движение при вдохе и выдохе, думая только об этом.

Постепенно Егору становилось лучше, дыхание выровнялось, пульс стал ровным, и парень провалился в сон.

Егор открыл глаза ровно за пять минут до будильника. Пару минут он лежал, уставившись в потолок, вставать не хотелось. Все что он желал – забыть события текущей недели, но воспоминания упорно всплывали в сознании.

Тяжело вздохнув, Егор встал с кровати и собрался в школу. Отлынивать от учебы всегда милое дело, но только не сейчас, когда вокруг него творились такие ужасы.

Подойдя к двери, Егор прислушался - все было тихо. Натянутый как струна он открыл дверь, но и тогда ничего не произошло. Парень нахмурился, тишина и спокойствие вокруг никак его не успокаивали.

Егор тихо выскользнул из своей комнаты и так же бесшумно покинул дом, ставший для него домом ужасов.

Школа все так же была встревожена, на переменах по громкой связи говорилось о мерах предосторожности и рассказывали об опасности прогулок в позднее время. Но все равно здесь Егору было спокойней, пока его не осенило:

«Стойте-ка, неужели ночью у его двери была Софи? Это так очевидно, почему я сразу об этом не подумал. Ведь это точно был не голос матери, это был хоть и искаженный, и пугающий, но все же голос молодой девушки. Но она назвала себя отчаяньем и что еще хуже, угрожала забрать мою мать. Значит то, что она стоит за ее спиной – это угроза? Почему тогда она до сих пор ничего не сделала? Как мне спасти маму…как избавится от этого отчаянья…» - лихорадочно обдумывал ситуацию Егор, - «мне не хватает знаний, и даже поговорить об этом ни с кем не могу – примут за сумасшедшего. Будем надеяться, что разговор с матерью что-то изменит, мне кажется, что отец тут играет не последнюю роль, попробую сначала поговорить о нем, потом спрошу про Софи».

После школы Егор поспешил домой, желая и в тоже время боясь встречи с матерью. Только мысль о том, что ее необходимо спасти, помогала ему держать себя в руках.

Мама встретила его дома и была довольно весела – улыбалась и шутила, все точно так же, как было раньше. Они вместе пообедали и сели в гостиной пить чай.

- Мам, вчера я хотел поговорить с тобой об отце. – робко начал Егор – что-то твориться между вами, и ты последнее время такая грустная, все как будто разваливается и мне…страшно.

Мама грустно улыбнулась сыну.

- Ничего не утаишь от тебя сынок. Вообще я не очень хочу говорить об этом, так как не знаю наверняка и не хочу, чтобы ты плохо думал об отце, это, наверное, больше наших отношений касается, но раз на тебя это тоже оказывает влияние, то я расскажу, что знаю.

Мать села на диван с ногами продолжая держать кружку чая в руках.

- Я начала замечать, как отец меняется, еще пару недель назад. Казалось, он начал избегать смотреть мне в глаза, улыбался через силу и стал задерживаться на работе. И я начала подозревать, что он меня разлюбил и возможно у него есть любовница. Эти мысли съедали меня, я стала подозрительной, задавала ему вопросы, внимательно осматривала его одежду в поисках следов и ненавидела себя и его за все это. Но, ничего не было, никаких следов или зацепок, никаких подозрительным слов или действий. Мне уже начало казаться, что я сама все надумала и терроризирую мужа беспочвенно. Пока не увидела их…

Мать остановила свой рассказ и отпила чаю. Егор ее не поторапливал, хотя в голове была мысль:

«Любовница? Это не тот вывод, который я бы мог сделать, увидев эти багровые, кровожадные глаза»

- В субботу отец тоже задержался на работе, время было уже 18.00, а его все еще не было, на звонки он не отвечал. Тогда я решила прогуляться до парка и освежить голову – избавиться от этих ужасных мыслей об измене.

Егор напрягся при этих словах. Судя по рассказу Романа, в это время Софи и ее брат были уже мертвы, а северная часть парка ближе всего к их дому.

- Я дошла до парка, и медленно прогуливалась по алее. Еще было довольно людно и не очень темно. И среди людей я увидела мужа, его под руку держала какая-то женщина и тесно к нему прижималась. От удивления я остановилась и в глазах помутнело. Пока я приходила в себя – они растворились в толпе и больше я их не видела.

Мать замолчала и уставилась в кружку со своим чаем. Помолчав некоторое время продолжила.

- Я не стала бежать и искать их, я развернулась и не видя дороги побрела домой. Убеждала себя, что мне показалось и это не мой муж. Саша потом, конечно, все отрицал и выглядел при этом таким искреннем, что я действительно стала думать, что я все себе навыдумывала и это был другой человек, но это отвратительное чувство отчаянья съедает меня с тех пор.

«Отчаянье…» - Егор потрясенно посмотрел на мать.

- А ты не встречала в парке девушку? Со светлыми длинными волосами, в голубом платье, лет семнадцати? – взволновано спросил Егор.

Мать немного задумалась.

- А знаешь, похоже встречалась, а ведь я даже не помнила об этом, пока ты не спросил. Когда я торопливо уходила из парка, то я не смотрела по сторонам, а больше смотрела себе под ноги и из-за этого столкнулась с кем то в голубом платье. Лица я ее не видела, только цвет платья и волосы были светлые и длинные, как ты и сказал. Но странно, когда я подняла голову и обернулась, чтобы извиниться, никто из людей сзади не был той, с кем я столкнулась. Так странно, может я просто не в ту сторону посмотрела, не знаю - я была слишком разбита. – покачала головой мать. – а почему ты про нее спросил?

«Вот черт, не могу же я сказать, что к тому времени она уже была мертва»

- Да это знакомая со школы, сказала, что видела мою маму в парке расстроенную – Егор торопливо придумал отговорку.

- Да? – тогда понятно.

Вроде ответ Егора не вызвал особых подозрений у матери. Егор облегченно вздохнул.

— Вот, все мои подозрения какие-то несерьезные, поэтому я не очень горжусь тем, что вывалила это все на тебя. Ребенок не должен испытывать проблемы из-за проблем взрослых.

И только договорив последнее слово - мать швырнула в сына чашкой с остывшим чаем, напрыгнула на него, повалила на спину и сжала руками шею.

Егор в ужасе смотрел на мать, даже не пытаюсь вырваться или оттолкнуть ее, а причиной служили пустые глазницы, которые были уже не у девушки за спиной, а у самой матери.

Мать зашипела на него голосом Софи:

- Что ты тут разнюхиваешь малец?! Пытаешься помочь своей семье?! Да ты глупец! Мы пожрем всю твою семью и всех, кто будет рядом с тобой – мать злобно захохотала не своим голосом.

- Кто это, мы? – прохрипел Егор, дышать под таким напором становилось невозможным.

- А? Не знаешь? Вы же уже виделись с Монстром. Ахахаххаах! Ну может когда ни будь поймешь, о чем я, если не помрешь! – Лица матери как будто замерцало, возвращая на какие-то мгновения ее обычное лицо.

Егор попытался оттолкнуть мать и просипел:

- Мам! Мам! Отпусти!

Хватка ослабла, уже его мама посмотрела на него удивленно:

- А ты чего лежишь испуганный? – посмотрела на разлитый чай и пустые кружки, валяющиеся рядом. – Мы что устроили конкурс кто кого быстрее обольет?

Егор скатился с дивана, горло дико болело.

- Да, так все и было! Мам, сегодня я переночую у Романа, а ты постарайся выкинуть из головы все эти мысли об отце, уверен все хорошо! Не знаю, сходи к подруге в гости, прогуляйтесь, тебе нужно развеяться, пока отчаянье тебя не погубило.

Егор не мог оставаться рядом со своей семьей — это становилось слишком опасно. Оставлять мать одну было страшно, но он не знал, чем ей помочь, ему нужно было подумать.

Оставив изумленную мать в гостиной, Егор выскочил из дома и набрал друга.

- Ром, я иду к тебе с ночевкой.

Продолжение следует…