Лабораторное происхождение SARS-CoV-2. Статья «Нас подло обманули, когда рассказывали о событии, изменившее нашу жизнь»
Наткнулся несколько дней назад на видео «Conspiracy theories» на канале Dr. John Campbell (бывший преподаватель сестринского дела из Великобритании, который завел канал 17 лет назад).
В видео разбирается статья «We Were Badly Misled About the Event That Changed Our Lives», которая вышла на страницах The New York Times 3 недели назад (16 марта 2025 года).
Интуитивно сразу почувствовал, что если такой крупный ютубер обратил внимание на статью в NYT (а не на научное исследование или пачку исследований, как у этого ютубера происходит обычно), то и мне следует изучить эту статью.
И не ошибся.
Поэтому представляю вашему вниманию перевод этой статьи на русский с небольшими комментариями.
Перевод статьи «We Were Badly Misled About the Event That Changed Our Lives», Zeynep Tufekci, The New York Times, 16 марта 2025 года
С тех пор как ученые начали играть с опасными патогенами в лабораториях, мир пережил четыре или пять пандемий, в зависимости от того, как считать. Одна из них, «Русский грипп» 1977 года (ссылка №1, ссылка №2), почти наверняка была спровоцирована ошибкой в исследованиях. Некоторые западные ученые быстро заподозрили, что странный вирус пролежал в лабораторной морозильной камере несколько десятилетий, но они в основном молчали, боясь взъерошить свои перья (fear of ruffling feathers – какая-то английская идиома).
Расстояние между Уханьским рынком морепродуктов и Уханьским институтом вирусологии
Однако в 2020 году, когда люди начали рассуждать о том, что искрой для начала пандемии Covid-19 мог стать несчастный случай в лаборатории, к ним отнеслись как к чудакам и психам. Многие чиновники и видные ученые отвергли эту идею как теорию заговора, настаивая на том, что вирус появился у животных на рынке морепродуктов в китайском Ухане. А когда некоммерческая организация EcoHealth Alliance лишилась гранта из-за того, что планировала провести рискованные исследования вирусов летучих мышей совместно с Уханьским институтом вирусологии – исследования, которые, если бы проводились с нарушением стандартов безопасности, могли бы привести к утечке опасного патогена в мир, – на защиту организации встали не менее 77 нобелевских лауреатов и 31 научное сообщество.
Таким образом, исследования в Ухане были абсолютно безопасны, а пандемия определенно была вызвана естественной передачей вируса – это определенно выглядело как консенсус (коллективная позиция).
Однако с тех пор мы узнали, что для создания видимости консенсуса некоторые чиновники и ученые скрывали или преуменьшали важные факты, ввели в заблуждение по крайней мере одного репортера, организовали кампании якобы независимых экспертов и даже сравнивали записи о том, как скрыть свои сообщения, чтобы общественность не узнала всей истории. Что же касается исследований в лаборатории Уханя, то, судя по всплывшим подробностям, меры предосторожности могли быть ужасающе слабыми.
Спустя пять лет после начала пандемии Ковида есть соблазн считать все это древней историей. Мы усвоили урок о безопасности лабораторий – и о необходимости быть честными с общественностью – и теперь можем переходить к новым кризисам, таким как корь и развивающийся птичий грипп, правильно?
Не правильно. Если кого-то нужно убедить в том, что до следующей пандемии осталось всего ничего, ознакомьтесь с недавней статьей в престижном научном журнале Cell. Исследователи, многие из которых работают или работали в Уханьском институте вирусологии (да, в том самом институте), рассказывают о том, что взяли образцы вирусов, обнаруженных у летучих мышей (да, у того же животного), и провели эксперимент, чтобы выяснить, могут ли они заразить человеческие клетки и тем самым вызвать новую пандемию.
Звучит как исследование, которое должно проводиться – если его вообще нужно проводить – с соблюдением самых высоких протоколов безопасности, о чем В. Ян Липкин (W. Ian Lipkin, профессор-эпидемиолог) и Ральф Барик (Ralph Baric, профессор-эпидемиолог) рассказали в недавнем эссе. Но если пролистать текст исследования до 19-й страницы и прищуриться, то можно узнать, что ученые проводили все это в условиях, которые они называют «BSL-2 plus» – нестандартные условия, которые, по словам Барика и Липкина, «недостаточны для работы с потенциально опасными респираторными вирусами» (подробнее об уровнях безопасности в лабораториях: ссылка №1, ссылка №2). Если хотя бы один сотрудник лаборатории невольно вдохнет вирус и заразится, то сложно будет предсказать какими могут быть последствия для Уханя, миллионного города, или для всего мира.
Наглядная демонстрация как различаются лаборатории с разным уровнем BSL
Можно подумать, что к этому времени мы уже поняли, что не стоит проверять возможные утечки газа, зажигая спичку. И можно было бы надеяться, что престижные научные журналы научились не поощрять такие рискованные исследования.
Почему мы не усвоили урок? Возможно, потому, что трудно признать сейчас, что это исследование рискованно, и принять необходимые меры для обеспечения нашей безопасности в будущем, не признавая при этом, что оно всегда было рискованным. И что, возможно, нас специально вводили в заблуждение.
Возьмем, к примеру, EcoHealth, некоммерческую организацию, которую многие ученые бросились защищать. Когда в Ухане произошла вспышка нового коронавируса, похожего на те, что встречаются у летучих мышей, и исследователи вскоре заметили, что патоген имеет ту же редкую генетическую особенность, которую EcoHealth Alliance и уханьские исследователи предложили внедрить в коронавирусы летучих мышей, можно было подумать, что EcoHealth забьет тревогу на весь мир. Но этого не произошло. Если бы не публичные запросы, утечки и судебные запросы, мир мог бы никогда не узнать о тревожном сходстве между тем, что легко могло происходить в лаборатории, и тем, что распространялось по городу.
Или возьмем реальную историю двух очень влиятельных публикаций, в которых на раннем этапе пандемии теория утечки из лабораторий была названа необоснованной.
Первой была научная статья, опубликованная в марте 2020 года в журнале Nature Medicine, написанная пятью известными учеными и заявившая, что ни один «лабораторный сценарий» развития пандемического вируса не является правдоподобным. Но позже, получив повестки в Конгресс, мы узнали, что, хотя ученые публично заявили о неправдоподобности сценария, в частных переписках в Slack (корпоративный мессенджер) многие из авторов статьи считали «лабораторный сценарий» не просто правдоподобным, а вероятным. Один из авторов статьи, биолог-эволюционист Кристиан Андерсен (Kristian Andersen), написал в Slack: «Версия с утечкой из лаборатории чертовски вероятна, потому что они уже занимались подобными исследованиями, и молекулярные данные полностью соответствуют этому сценарию».
Напуганные, авторы обратились за советом к Джереми Фаррару (Jeremy Farrar), ныне главному научному сотруднику ВОЗ. В своей книге Фаррар рассказывает, что приобрел одноразовый телефон и организовал для них встречи с высокопоставленными чиновниками, включая Фрэнсиса Коллинза (Francis Collins), в то время директора американского Национального института здоровья (NIH), и доктора Энтони Фаучи (Anthony Fauci, медицинский советник при Трампе во время Ковида; Байден предоставил ему полное помилование за любые преступления, которые он мог осуществить после 1 января 2014 года). Документы, полученные по запросу некоммерческой организации U.S. Right to Know, свидетельствуют о том, что ученые в конечном итоге решили выпустить научную статью на эту тему.
Действуя за кулисами, Фаррар просмотрел их черновик и предложил авторам еще более прямолинейно исключить утечку информации из лаборатории. Они подчинились. Позднее Андерсен дал показания Конгрессу, что он просто убедился в том, что утечка из лаборатории, хотя теоретически и возможна, но неправдоподобна. Позднее журналы чата, полученные Конгрессом, показали, что ведущие авторы статьи обсуждали, как ввести в заблуждение Дональда Г. Макнейла-младшего (Donald G. McNeil Jr.), который писал о происхождении пандемии для газеты The Times, чтобы сбить его с толку относительно правдоподобности утечки из лаборатории.
Второй влиятельной научной статьей, отвергнувшим возможность утечки вируса из лаборатории, стало письмо, опубликованное в начале 2020 года в журнале The Lancet. Письмо, в котором идея лабораторной утечки описывалась как теория заговора, выглядело как работа группы независимых ученых. Но это было не так. Благодаря публичным запросам документов, направленным организацией U.S. Right to Know, общественность позже узнала, что за кулисами Питер Дасзак (Peter Daszak), президент EcoHealth, составил и распространил письмо, разрабатывая стратегию по сокрытию следов, и говоря подписантам, что оно «не будет идентифицировано как исходящее от какой-то одной организации или человека». Позже в журнале Lancet было опубликовано дополнение, раскрывающее конфликт интересов Дасзака как сотрудника уханьской лаборатории, но журнал так и не отозвал само письмо.
И у них была помощь. Благодаря многочисленным запросам и повесткам в Конгресс, общественность узнала, что Дэвид Моренс (David Morens), старший научный советник Фаучи в Национальном институте здоровья, написал Дасзаку, что научился делать так, чтобы «электронные письма исчезали», особенно письма о происхождении пандемии. «Мы все достаточно умны, чтобы понять, что у нас никогда не должно быть дымящихся пистолетов (неопровержимых улик), а если бы они у нас были, мы бы никогда не помещали их в электронные письма, и если бы мы нашли подобные письма, то удалили бы их», – написал он.
Нетрудно представить, с чего началась попытка подавить законные дебаты. Некоторые из самых громких сторонников теории утечки вируса из лаборатории не просто искренне проводили собственные расследования; они действовали из худших побуждений, используя дебаты о происхождении пандемии для нападок на законную, полезную науку, для разжигания общественного мнения, для привлечения внимания к себе. Ученым и чиновникам от здравоохранения могло показаться, что занять круговую оборону и очернять любого, кто осмелится высказать свое мнение – это хорошая стратегия защиты.
Вот почему для этих чиновников и организаций, которые они представляют, мог возникнуть соблазн не слишком пристально рассматривать свои ошибки и способы, с помощью которых они, пытаясь выполнить такую сложную работу, могли утаить важную информацию и даже ввести общественность в заблуждение. Такой самоанализ особенно неприятен сейчас, когда от кори умер невакцинированный ребенок, а антипрививочная чушь выливается на верхушку федерального правительства (вероятно, имеется в виду риторика Кеннеди-младшего, который стал министром здравоохранения и социальных служб в США после февраля 2025 года). Но подобная неуклюжая и ошибочная попытка не просто не удалась, она привела к обратному результату. Полуправда и стратегический обман позволили людям с самыми дурными побуждениями выглядеть благонадежными, дискредитируя важные институты, где множество людей искренне работают в интересах общества.
После того как несколько настойчивых журналистов, небольшая некоммерческая организация, подавшая запрос о свободе информации, и независимая группа исследователей вынесли эти проблемы на свет, а затем провели расследование в Конгрессе, администрация Байдена наконец запретила EcoHealth получать федеральные гранты в течение следующих пяти лет.
Это только начало. Недавно ЦРУ обновило свою оценку того, как началась пандемия Ковида, и признало вероятным источником утечки в лаборатории, хотя и с низкой степенью достоверности. Министерство энергетики, которое управляет современными лабораториями, и ФБР пришли к такому же выводу в 2023 году. Но правительствам и исследователям по всему миру предстоит ответить на еще несколько вопросов. Почему только сейчас немецкая общественность узнала, что еще в 2020 году Федеральная разведывательная служба Германии оценила вероятность утечки вируса из лаборатории в 80-95 процентов? Что еще скрывают от нас о пандемии, которая 5 лет назад изменила всю нашу жизнь?
По сей день нет убедительных научных доказательств, исключающих утечку из лаборатории или доказывающих, что вирус возник в результате контакта человека с животными на том рынке морепродуктов. Те немногие работы, в которых приводились доказательства происхождения вируса на рынке, были написаны небольшой пересекающейся группой авторов, в том числе и теми, кто не сообщил общественности о том, насколько серьезны были их сомнения.
Только честный разговор приведет нас вперед. Как и в любой другой области, способной нанести вред в глобальном масштабе, исследования с опасными, потенциально супертрансмиссивными патогенами нельзя оставлять на откуп саморегулированию или слабым и легко уклоняющимся правилам, как это происходит сейчас. Целью должен стать международный договор, регулирующий биобезопасность, но мы не должны сидеть на месте до его появления. Ведущие журналы могли бы отказывать в публикации исследований, которые не соответствуют стандартам безопасности, подобно тому, как они отказывают в публикации исследований, которые не соответствуют этическим стандартам. Финансирующие организации – университеты, частные корпорации или государственные учреждения – могут поощрять исследования, в которых используются такие методы, как безвредные псевдовирусы и компьютерные симуляции. Уже одни эти шаги помогут сдержать опасные исследования как здесь, так и в Китае. Если какие-то рискованные исследования действительно незаменимы, они должны проводиться в условиях высочайшей безопасности и вдали от городов.
Мы можем не знать, как именно началась пандемия Ковида, но если в этом замешана исследовательская деятельность, то это означает, что 2 из последних 4 или 5 пандемий были вызваны нашими собственными научными ошибками. Давайте не будем устраивать третью.
Попытка поместить эту статью в широкий контекст
The New York Times – не простое издание. Сразу 2 сайта описывают идеологическую предвзятость этого СМИ как «лево-центристскую» или «стремится влево». Только «левая позиция» на современном Западе это не про коммунизм или социализм, а скорее про либерализм, права меньшинств, «зеленую» повестку и прочее подобное.
При этом отмечается высокая фактическая точность материалов издания.
Немного об истории издания:
«The New York Times (иногда сокращенно NYT) – американская ежедневная газета, основанная и непрерывно издаваемая в Нью-Йорке с 18 сентября 1851 года компанией The New York Times Company.
Изначально New York Times была основана американским журналистом и политиком Генри Джарвисом Реймондом и бывшим банкиром Джорджем Джонсом. Генри Джарвис Рэймонд является редактором-основателем, и, согласно статье в NYT, Рэймонд сформулировал политическую позицию New York Times так: «Мы будем консерваторами во всех случаях, когда считаем консерватизм необходимым для общественного блага; и мы будем радикалами во всем, что может показаться нам требующим радикального подхода и радикальных реформ».»
Что касается того, кто владеет этим СМИ сейчас:
«Семья Охс-Сульцбергер контролирует New York Times через акции класса B. С 1967 года акции компании котируются на Нью-Йоркской фондовой бирже под символом NYT. Акции класса B – это акции, которые находятся в частном владении. Владельцем и издателем New York Times является компания The New York Times Company, а председателем совета директоров – Артур Грегг «A.G.» Сульцбергер, сменивший на этом посту своего отца Артура Охса Сульцбергера-младшего. Он является шестым членом семьи Охс/Сульцбергер, занимающим пост издателя с момента приобретения газеты Адольфом Охсом в 1896 году.»
Немного информации об авторе статьи, Зейнеп Туфекчи, можно найти на страницах NYT:
«Зейнеп Туфекчи, обозреватель газеты New York Times, пишет о социологии и социальных последствиях технологий, внимательно изучает влияние пандемии Ковида и реакцию на нее. Она является профессором социологии и общественных отношений в Принстонском университете. Ее исследования посвящены политике, гражданскому обществу, движениям, приватности и слежке, а также данным и алгоритмам.
Родом из Турции, доктор Туфекчи была программистом по профессии и получила академическое образование, после чего обратила свое внимание на влияние технологий на общество и социальные изменения. Она много публикуется по вопросам взаимодействия новых технологий с обществом, наукой, политикой и культурой. Она является автором книги «Twitter и слезоточивый газ: сила и хрупкость сетевого протеста».»
Судя по ее личному сайту, она выступала за вакцинирование людей векторными и мРНК-вакцинами от Ковида и за ношение масок во время Ковида.
Сервис SimilarWeb говорит, что NYT имел 616 млн. посещений за февраль 2025 года. 70-й сайт по популярности в мире, 19-й в США, 2-й сайт по популярности среди американских СМИ.
Выводы
1. В марте 2025 года на страницах The New York Times (крупное либерально-«системное» СМИ) была опубликована статья, которая предложила читателям обратить внимание на возможность утечки вируса SARS-CoV-2 из лаборатории в Ухане как допустимую для культурного и внимательного изучения. Что невозможно было себе представить в 2020-2022 годах.
2. Статью написала женщина-социолог, которая является колумнистом NYT, во время Ковида топила за ношение масок и использование векторных и мРНК-вакцин, писала про то, что «пандемия прежде всего ударила по бедным и небелым слоям общества в США». То есть это «системный», рукопожатый (можно даже сказать – мощнопожатый) человек, а не случайный антипрививочник-конспиролог с улицы.
3. На Западе постепенно начинают смягчать свою позицию по поводу происхождения SARS-CoV-2. В публичное поле через крупные СМИ постепенно допускают просачивание альтернативных версий происхождения вируса, отличных от естественной передачи от животного к человеку.
4. Российская наука продолжает «спать» в отношении этого вопроса. Например, биоинформатик и популяризатор науки Александр «Научный инквизитор» Панчин 4 месяца назад записал видео «Коронавирус сбежал из лаборатории? Разбор доклада Конгресса США», в котором он продолжил защищать истинность исключительно одной версии происхождения и первоначального распространения вируса – естественную. Две другие версии он предпочитает не замечать. Точнее не так: версию с побегом полностью искусственного вируса из лаборатории он критикует («Ученые не умеют проектировать вирусы с нуля»), а вот версию с побегом полностью природного (или природного, но слегка измененного) вируса из лаборатории предпочитает не замечать вовсе или пренебрежительно отбрасывать в сторону, как крайне маловероятную.
Следует отметить, что как и в случае с «Русским гриппом», на переоценку происхождения вируса может влиять политика. Если вы прочитаете 2 статьи по ссылкам в самом верху этого текста, то увидите, что в зависимости от политических отношений между Россией и западным миром менялись и оценки происхождения этого «Русского гриппа».
Возможно, в случае с SARS-CoV-2 мы имеем дело с чем-то похожим. Только на этот раз у нас больше доказательств лабораторной утечки, чем во времена СССР и «Русского гриппа». Но и то что США готовится как минимум к торговой войне с Китаем (а возможно и к обычной войне впоследствии) – забывать нельзя.
Остается только верить в победу честных, объективных и совестливых ученых над теми учеными, которые будут отрабатывать ту или иную «повестку» за звонкую монету при любой ситуации.
P.s. Один комментатор под роликом Панчина указал на исследование 2015 года «Похожий на SARS кластер циркулирующих коронавирусов летучих мышей демонстрирует потенциальную возможность распространения среди людей», которое было опубликовано в Nature Medicine.
Можно привести цитату этого человека почти полностью:
«Одним из соавторов исследования является та самая Ши Жэнли (Shi Zhengli), которая несколькими годами позже возглавила лабораторию в Вухане.
В статье описывается создание путём манипуляции с генами вируса-химеры на основе коронавируса летучих мышей, который благодаря этим манипуляциям стал способен эффективно заражать человеческие клетки, что и было продемонстрировано на культуре клеток генно-модифицированных мышей, имеющих человеческие рецепторы на клетках слизистых оболочек.
Теперь посмотрите на карту Китая и скажите, какова вероятность того, что спустя 4 года аналогичный вирус сам собой случайно появился на рынке в том же Вухане, да ещё всего лишь через дорогу от той самой лаборатории, где работами руководит та самая Ши Жэнли.»
При этом Википедия указывает, что эта ученая еще в 2008 году занималась «изучением связывания белков-шипов естественных и химерных SARS-подобных коронавирусов с рецепторами ACE2 в клетках человека, циветты (хищное млекопитающее) и подковоносной летучей мыши, чтобы определить механизм, с помощью которого SARS мог перекинуться на человека».
«В 2014 году Ши Чжэнли участвовала в дополнительных экспериментах по генной инженерии под руководством Ральфа Барика из Университета Северной Каролины, которые показали, что две критические мутации, которыми обладает коронавирус MERS, позволяют ему связываться с рецептором ACE2 человека и что атипичная пневмония может вновь возникнуть из коронавирусов, циркулирующих в популяциях летучих мышей в дикой природе. Ши и ее коллега Цуй Цзе возглавили группу, которая взяла пробы у тысяч подковоносных летучих мышей по всему Китаю.»
В 2020 году в журнал Science вышла статья, которая говорит о том что американский NIH выделил 5-летний грант Ши Жэнли начиная с 2014 года, суммарно на 600 тыс. долларов. Грант назывался «Понимание риска появления коронавируса летучих мышей».
Все это (сотрудничество США и Китая, NIH и лаборатории в Ухане) началось после того как власти США в 2014 году наложили мораторий на «вирусологические исследования, которые включают в себя изменение вирусов гриппа, MERS и SARS таким образом, чтобы они могли стать более заразными или патогенными для млекопитающих».
Почему-то Александр Панчин предпочел проигнорировать все эти факты при записи своего видео. Вероятно, он решил поступить как один персонаж советского мультика с его известной фразой «Ладно! И так сойдет!».
P.p.s. Изначально статья вышла на сайте АШ.
