Встал перед зеркалом:
- Здравствуй, братан,
Рожа твоя мне знакома.
Вместе бухали? Писали роман?
Или сбегали из дома?
Явно встречались...
Припомнить бы, где...
Может, в палате больничной
Вместе лежали мы в болью в ноге
И говорили о личном?
Или тем вечером
На берегу
Синего Чёрного моря
Мы под гитару орали "Тайгу",
Голос сорвав в ре-миноре?
Ладно, без разницы,
Череп трещит
И с похмела хоть на рею.
Ты вспоминай, если хочешь, ищи,
А я просто рожу побрею.
Сука-кровать заманила пьянчугу в прокрустово ложе
Пьяных кошмаров, гвардейцев похмельной и вязкой дремоты.
Ave, друзья. Вы простите, наверное, я подытожу,
Пьяный Нерон сжёг свой Рим, мне придётся вставать на работу.
Кто мне ответит, что хуже - хула от толпы или гонка от шефа?
В том состояньи, когда каждый вздох отзывается болью.
Если б я мог, я бы в отпуск на Кубу сегодня уехал,
Но снова ждёт меня драма со мной неразученной ролью.
Громкий будильник мой мозг разорвёт на куски как стихия.
Тихо страдая пойду я к кувшину со вкусной водою.
Не протрезвев до конца, признавая хмельное бессилье,
Жалко дрожа в офис двинет самой Немезиды конвойный.
Медленный вальс на развалинах здравого смысла
С интро текилы и кодой из фляжечки виски.
Знаю, что утром придётся вставать на работу,
Но снова Дионис не дал мне дождаться субботы.
Скоро начнётся припев - пара баночек пива.
Боги, как эта мелодия пьянки красива!
Ром и коньяк - два великих певца и танцора,
Не превзойти их талант даже лучшим актёрам.
Раз-два-три, раз-два-три, вальсовый ритм кружится.
Темп этот смогут всю ночь удержать единицы
Тех, для кого воплощает янтарная влага
Фрину, что выше судилища ареопага.
Плавно кружатся в моей голове вертолёты.
Поздно ложиться, ведь скоро пора на работу.
Красным вином я продолжу ласкать свою душу.
Как Сципион Карфаген, здравый смысл я разрушу.
