baconpancake

Для одинокой Елены две чайные ложки сахара в кофе было единственным способом подсластить себе жизнь. Особенно по вечерам, когда на душе — скребут кошки, а за стеной – третий месяц ремонт.

А ведь вообще, все соседи чувствительны к поэзии. Бывало, выйдешь, уставший, к ним, взмахнешь вдохновенно немытой сковородой, выпалишь Есенинское «только синь сосёт глаза» и всё – тают, смотрят загадочно и перфораторами не жужжат.

А этот был дик ( что было даже не странно – звали его Львом) и необразован – не понимал красот ямба, любил только калорийные обеды и музыку, выглядевшей из-за поломанного радиоприемника как звуки из кузницы Аида. Что тут философствовать — тяжелая музыка. Тяжелее настроения царевны – несмеяны в месячные, простите уж. Сам же по велению природы был музыкантом. По ошибке природы – умел играть только на «дрель-в-стену». Но было в нем всё-таки что-то притягательное – то ли это изгиб бровей, то ли должность директора компании « Всё для Хомы (производная от Home)» — и что именно тянуло к нему – девушки понять не могли, всегда терялись в выборе и поэтому при встрече улыбались и застенчиво водили белой ножкой по полу.

Также вышло и в мокрый октябрьский день. Крыша жилой пятиэтажки протекала и грозилась доставить ниагарский водопад в каждую квартиру и комнату. Елена, встретив Льва на лестничной площадке, уж хотела высказать, что он, сволочь, досверлился – теперь не крыша над головой, а решето, но тут вспомнила про брови и ограничилась приглашем на пирожки с хреном взамен на помощь с ситом над головой.

Лев явился экипированным до зубов – казалось, что у него имелось даже устройство по устранению заусенцев из пальца. Он долго ходил по комнате, пытаясь выискать пятый угол и придумать нужное решение, и при этом не нашел ничего лучше, чем заделать пробоину доской ДВП, присверлив её к потолку.

И в один прекрасный момент сверления, крыша не выдержала и дала сквозную течь прямо на лицо горе — помошника. И как оказалось – Лев всё-таки тоже был неравнодушен к поэзии! Он рычал четырехстопным хореем на бренную плешь в крыше мироздания, гиперболизировал на тему вариаций действий с дырой, а также вспомнил несколько крылатых выражений современного русского фольклора, стоящих где-то между «Ах ты ж ху-нтер из кустов» и «Чтож это за якорь от подводной лодки?».
Елена не растерялась – побежала за тазом и успокоительным. Валерьянкой. Говорят, она замечательно действует на семейство кошачьих.

Льва отвела на кухню, а сама заделала дыру позаимствованной строительной пеной и старыми колготками. Так, она посчитала, будет надёжней.
Несмотря на невыполненный долг, чаепитие состоялось. Пирожки были действительно с хреном.
Вот с таким: показываю кукиш:
Повелитель стихии остался на ночь. Бегал выливать тазики, полные воды. А в перерывах мило болтал с Леной о всяких пустяках.
Так было и на второй день. Через месяц же он и вовсе оказался у Елены в клетке, чему и сам был рад. Она была доброй, часто поила его чаем с валерьянкой и, поглядывая на потолок, цитировала: « Я помню чудное мгновенье».
Он же отказался от старого радио, много читал о ремонте и однажды-таки починил крышу, а рядом повесил табличку: « Заменил демографическую яму в квартире на сквозную течь в потолке».