RastiLuke

Лес в России вызывал у Секста первобытный страх. Куда там равняться жиденькой растительности на предгорьях на исторической родине. У него на родине деревья вырубили еще до того, как он родился. Здесь лес рос настоящий, как на картинках в глубоком детстве. Мощные сучкастые стволы лиственниц взмывали поближе к небу, густые ели прятали за своими неприлично широкими лапчастыми лапами солнце, застилая собой обзор. Повсеместно встречались сосны в два обхвата со смолистыми и узловатыми комлями. Густой реликтовый лес, который пощадил человек – зрелище не для слабонервных. Только в этой чаще ты мог почувствовать по-настоящему одиночество, когда до тебя доносится лишь скрипы стволов и шевеление колючих крон. А еще скрытую угрозу, что поджидала тебя на пути в сказочную Борею. Правильнее сказать, Гиперборею. Кажется, так звали Дикую территорию отмороженные терроры. Удивительно, но и они относились к этой части суши с пиетом и неким уважением. Некоторые боевики носили с собой обереги. Секст нашёл у одного из трупов металлический крестик странной формы со славянскими рунами. Конечно, от пули беднягу крест не спас, но игнорировать мистическую подноготную Карелии Эций не хотел. Даже если в это он не верил.

Вот и сейчас в шуме деревьев ему чудилось нечто потустороннее. Чем больше Секст всматривался в чащу, тем больше склонялся к выводу, что в деревьях что-то или кто-то есть. Невидимая сила притаилась в мраке, и ждала часа, чтобы нанести разящий удар. Терроры не в счёт. Как ни крути, но боевики обычные люди из крови и мяса. Они не вызывали в нём паническое желание спрятаться в траке – единственном безопасном месте в этой части вселенной. Эций потряс головой, концентрируясь на более реальной угрозе. Узкая полоска асфальта разрезала чащобу на две половину, уходила за горизонт неприметной дорожкой, а деревья вплотную подходили к затерявшейся колее, местами проламывая её свои корнями. Кое-где ветви и вовсе нависали над дорогой, будто пытались заключить в объятия проезжающий трак. В трёх местах автобот сломал самые низкие ветки, что безвольно висели на тонкой коре. Но грузовик остановился по другой причине. Ствол сосны, поваленной на маршруте, оказался для трака непреодолимым препятствием. Если бы не дерево, они бы и поныне катили на медленной скорости на Север.

Идеальное место для засады. Как по учебнику.

Турель на овальной платформе безвольно смотрела вниз. ИИ трака не позволил активировать автоматику, оставив Секста на крыше лишь в качестве зрителя. Впрочем, он не собирался оспаривать причины такого запрета на пользование мощной зенитки. Ему с лихвой хватало пулемётной установки в руках, чтобы не чувствовать себя беззащитным котёнком верхом на бронированной махине.

Он до рези в глазах всматривался в хмурое, всё еще утреннее небо осенней Карелии, высматривая вражеские дроны. Но они либо зависли на предельной высоте для наблюдения, либо притаились за лесом. Раз терроры его засекли, глупо надеяться, что они отказались от своих преступных замыслов. Дерево не могло упасть случайно, да ещё такое крепкое. Даже от сильного ветра.

Наёмник запрыгнул на высокую кабину с массивными бронированными стёклами из пластимета. Подумав немного, он спрыгнул на капот, и уже оттуда спрыгнул на землю. Под прикрытием Рядом с поваленным деревом уже вовсю кипела работа. Иван ловко орудовал  резаком, взятым из внешней разблокированной «технички», кромсая сучья. Темнокожая женщина шла вслед за стариком, оттаскивая в сторону ветки. Секст на несколько секунд даже залюбовался сильным пружинистым телом женщины, пока девушка с укором не поймала его взгляд.

- Ты зря пришёл! – громко, чтобы Секст услышал, сказал Иван, когда вооружённый наёмник подошёл поближе. – Мы с Розой и вдвоём управимся. Смотри за тылом.

- Знаю! Хотел убедиться, что дерево не упало само от старости.

- Тут нечего смотреть. И так всё ясно!

Иван был прав. Дерево срезали резаком совсем недавно. Смола еще не успела свернуться на тонком блестящем срезе. Терроры опережали их на час.

- Шевелитесь! – приказал Секст новоявленным лесорубам, а сам приник к прицелу. Адреналин привычно взбодрил Эция, заставив сердечную мышцу биться чуть быстрее обычного. Это была его стихия – рисковать головой. Секст привычно закусил губу. Его взгляд обшаривал поросль, заглядывал за стволы деревьев и спины работающих пассажиров через оптический прицел с небольшим увеличением. Наёмник жалел, что не взял винтовку с тепловизором. Это здорово облегчило бы задачу Сексту. Например, засечь наблюдателя. Или снайпера.

«Где ты, урод?».

Старик подрезал бревно с двух сторон. Это радовало. Торчать на узком пятачке никому не хотелось. Запах жжёного дерево от термического воздействия приятно шибанул в ноздри. Наёмник попятился назад, намереваясь забраться снова на грузовик.

- Пятое дерево по правой стороне. – донеслось от старика. Наёмник тут же ушёл влево, вскидывая пулемёт в сторону дальней ели. В перекрестие появилась тень. Эций едва сдержался, но палец так и не дожал спуск.  

Тень не двигалась.

- Быстрей! – крикнул тихо он Розе, оказавшаяся рядом. Роза катнула двухметровое полено, бросилась за следующим.

С противоположной стороны раздался оглушительный треск. С деревьев посыпались сухие ветки и иголки.  На высокой лиственнице промелькнуло гибкое поджарое тело с бледно-жёлтыми подпалинами. Лесной тигр или рысь. Секст уже встречался с подобной кошкообразной образиной, столкнувшись с ней пару дней назад. Кошак чудом не загрыз его. Стрелок сместил пулемёт в сторону рыси, как короткий ствол упёрся в мягкую грудь женщины.

- Не стреляй, прошу тебя! – взволнованная Роза пыталась ему помешать.

- Отойди, Роза!

- Не надо! Это всего лишь животное!

Наёмник чертыхнулся, и ловким движением ушёл от девушки, одновременно вскидывая пулёмет на дальнюю елку. Признаться, Секст и не думал стрелять в тупое животное. Лесная тигрица не сделала ему ничего плохого. Он всего лишь хотел проследить её движение, чтобы зверь не вышел им в тыл.

Рысь ловко перемахнула на соседнюю ель, рядом с дальним деревом. И внезапно с диким рёвом атаковала подозрительную тень.

Тигрица пришла убивать. Её ярость была направлена на того, кто засел на сетке могучей ели. А ведь рыси, насколько Секст знал от старожилов, всегда охотились молча. Значит, это была не охота.

- Не стреляй, наёмник!

Просьба Ивана потонула в глухой борьбе в десяти метрах от них и последующим падением человеческого тела. Террор-наблюдатель (больше некому) упал лицом вниз, уткнувшись в асфальтовую крошку в неестественной позе. Но расправа на этом не закончилась. Туша рыси приземлилась на спину бесчувственной жертвы и заревела громче, после чего с урчанием набросилась на тело. Обезумевшая кошка рвала на части шею, вгрызалась в спинной хребет, рвала и царапала мягкие и податливые ткани жертвы, пока мертвец не стал напоминать окровавленное месиво.

Секст дал короткую очередь в небо. Окровавленный кошак мигом повернул голову на звук стрельбы. С его клыков капало. Рысь раскрыла пасть пошире, рыкнула в их адрес что-то нечленораздельное и неспешно, на правах хозяйки леса, побрела в лес.

- Что это за жуть такая? – пробормотала растерянная Роза. На её тёмной коже проступил пот, хотя погода стояла отнюдь не тёплая.

- Это Дикая территория, - отрезал Иван. – Это еще не конец. Роза, заканчивай с деревом, а ты живо полезай на крышу. Мне нужно осмотреть труп.

- Эй, ты куда? Не уходи далеко! – попытался остановить упрямца наёмник. Но Иван уже сорвался с места, сокращая дистанцию быстрыми шагами до обезображенного трупа.  

- Никогда такого не видела. В неё будто вселился демон. – пробормотала девушка.

- Радуйся, что не испытала на себе её клыков.

Ответ наёмник не услышал. Он забросил оружие за спину и забрался на приземистый капот. Три секунды – и он оказался на бронированной крыше, готовясь отразить любой удар. Но Эция сейчас интересовал старик. Он опередил его на несколько секунд. Секст и сам хотел получить ответы на интересующие вопросы? Что русский хотел увидеть на месте жуткой расправы? Неужели обшарить карманы и разжиться новой информацией?

Иван добежал до тела и склонился над ним. Он что-то искал рядом с трупом. Его затылок со штрихкодом очень хорошо смотрелся в перекрестие, как затылок любого террора. Одно нажатие – и жизнь Таркова оборвалась бы, в этот раз по-настоящему. Но что позволительно сектанту и другим ублюдком, непозволительно для солдата удачи с принципами. В конце концов, Тарков в данный момент ему не враг.

Тогда почему ощущение опасности не пропало вместе с ушедшей рысью, а усилилось в разы. Теперь Сексту за каждым деревом мерещился боевик с переносной армой или чем похуже.

Пока всё было под контролем.

Суетливая Роза расправилась с очередным поленом толщиной с человека средней комплекции, и убирала с дороги мелочь. Её механическая рука недвусмысленно щёлкала в предплечье, намекая на проблему с гидравлическими сервососудами. Ей бы технику хорошему показаться, да только она и слушать не станет. Женщины, вроде неё, привыкли тащить бремя на собственном горбу, игнорируя других людей и не жалуясь. Вот и Роза молчком «прибиралась», изредка поглядывая на дорогу.

Старик выпрямил спину и встал. Давно пора. Часики тикали и оставаться тут было опасно. Только хромоногий особо не торопился. Он истуканом наблюдал за местом трагедии, раздражая Секста. Почему старый хер не возвращается?

«Ну, давай, вали в трак!» - мысленно подгонял его недовольный наёмник, которого начинала раздражать подобная самодеятельность. Вначале Роза закрыла грудью линию огня, что было непростительно тупо даже для неё, а теперь и малахольный лжеТарков играл в детектива. Без дисциплины отряд долго не живёт. Даже профи придерживались порядка при выходе на рейд-маршрут.

- Я всё!

Умница Роза с резаком в руках замерла у чёрной огромадины с агрессивной мордой. Наёмник махнул оружием в сторону двери, «мол, иди туда», и сразу же перенёс своё внимание на Ивана. Только старый псих вместо того, чтобы вернуться, направился в лес.

- Куда! – проревел Секст. Он прицелился и одиночным выстрелом выбил кору из ели впереди идущего человека. Но тот даже не обернулся. Еще шаг, и Иван вовсе скрылся из виду, оставив растерянного найма вместе с девкой.

В другой раз он бы наплевал на старика, но только не при сложившихся обстоятельствах. Тарков или как его там звали, знал достаточно, чтобы сберечь ему жизнь. Только русский, похоже, чихать хотел на его выкладки.

- Эй, наёмник! Дверь заблокирована!

Мягкий голос темнокожей женщины вернул его в жестокую реальность. Раз вход заперт, значит, опасность не миновала, значит…

- Роза!

- Что?

- Полезай на крышу. Следи за небом, я за стариком.

Эций отсоединил прицел, и бросил его напряжённой девушке. Та приняла его с опаской, будто Секст отдал ей взведённую бомбу.

- Не подведи!

Разозлённый Секст спрыгнул на дорогу с огромным желанием размазать старого негодяя на асфальте. Он не на это подписывался, бегать по лесу за полоумным идиотом. Даже если идиот – сооснователь «терроров».

Лес зашумел громче. Он стонал кряжистыми стволами, качался от наскоков порывистого ветра, скрипел и всхлипывал, нервируя Секста ещё больше. Он категорически не хотел идти вглубь поросли, в которой исчез старик. Но поступить по-другому наёмник не мог. Старик увидел кое-что любопытное, и этот факт Секст очень хотел узнать.

Он лишь на секунду взглянул на растерзанный труп террора, и сразу же отвернулся. Хищник буквально распотрошил его и фактически отделил голову от тела. Наёмник перехватил удобнее пулемёт, смахнул со лба холодный пот и шагнул в лесной сумрак.

Старик отошёл от дороги недалеко. Он нашёлся сразу же. Он стоял на месте под огромной нависающей лапой ели и что-то теребил в руках, будто рисовал на ходу.

- Иван!

- Взгляни на это! – старик не глядя ткнул пальцем в какое-то светлое пятно у подножия поваленной ели. Иван сошёл в сторону, подпуская Секста поближе.

Наёмник разразился громкой бранью.

На корточках у ели сидел боевик «терроров». В знаменитой чёрной униформе с множеством карманчиков и шевроном «горящего факела» в центре круга на рукаве, человек безжизненно таращился на противоположное дерево. Только вместо глаз у него зияли чёрные провалы с красноватыми прожилками, тянувшиеся синими ручейками на надбровные дуги. Мертвец с выжжеными зрачками в дремучем лесу – зрелище не для слабонервных. Рядом с трупом лежали очки VR для управления дроном-камикадзе и штурмовая винтовка, с погнутым стволом.

- Похоже, преследователи сами стали жертвой. – старик закончил рисовать и спрятал блокнот. – Второй, на которого напала рысь, тоже был мёртв. Кровь плохо сворачивалась.

- Хочешь сказать, тут еще КТО-ТО есть?

Старик промолчал и зашагал обратно, будто ничего существенного не произошло, и он просто вышел на прогулку на свежий воздух. Этого стерпеть наёмник не мог. Он догнал Ивана и грубо тронул его за плечо.

- Что ты еще увидел? Что?

- Не время для допросов. Пора возвращаться. Зря ты пошёл за мной и оставил Розу.

- Ты не хотел, чтобы я узнал, почему терроры сдохли. Я правильно угадал мысль?

- Будем в безопасности, я всё расскажу.

- Хрена с два! Ты один из них. К чему тебе трепаться с будущим смертником, раз ты в доле. По глазам твоим вижу.

Старик развернулся и отвёл руку наёмника.

- У терроров есть еще один оператор дронов. А ты оставил Розу. Защити её!

Последний аргумент стал решающим для прекращение неудавшегося разговора. Наёмник грозно зыркнул на упрямца со штрихкодом на виске и поднырнул под лапчастую ветку, выбираясь на свет.

Он не сразу уловил тревожное «сюда-ааа!». Только прошагав пять шагов в направлении хищной морды трака, он чётко услышал крик Розы, стоящей во весь рост на автоботе. Что есть мочи, Секст побежал к грузовику, втайне надеясь не опоздать. Старик был прав, тысячу раз прав насчёт оператора. Тройка из снайпера, наблюдателя и оператора работала куда эффективнее штурмовых отрядов, когда требовалось ликвидировать одиночную жертву.

Роза махала ему рукой, показывая на небо. Она никогда не видела боевых дронов, иначе сразу же скатилась на землю за надёжное укрытие, защищённое с трёх сторон. Это он приказал ей наблюдать за воздухом и оставил её одну, беззащитную и безоружную. Что же он наделал?

Эций подбегал к траку, когда чёрная точка, величиной с жетон, нависла над грузовиком.

- Ложись! – скомандовал он черноволосой и чернокожей женщине с испуганным лицом. Роза не понимала, что дальше делать, и вряд могла помочь себе. Она слишком поздно среагировала на окрик наёмника, а Секст слишком поздно взмыл на кабину трака, чтобы исправить глупейшую ошибку. Взрыв осколочного заряда прошёлся по ушным перепонкам горячей звуковой волной. Осколки пропели над головой и под головой, разлетаясь по округе. «Бум-бум-бум» пропела прочная броня, наваренная на борта транспорта, рикошетами возвращая кинетическую энергию раскалённого металла обратно.

Эций не понимал, что делает. Им прочно завладела отупляющая ярость, которая заглушила собой весь боевой опыт. Она швырнула его в самый эпицентр разрыва гранаты, наплевав на осторожность. Секст устал бежать от опасности и постоянно увиливать от смертоносного огня. Он взбирался на трак с одним единственным желанием – трахнуть терроров да так, чтобы озлобленные твари утратили покой. Думал ли Эций, что таким безрассудным шагом выторговывает у госпожи удачи несколько драгоценных секунд перед тем, как самому атаковать. Или в этом бессмысленном акте искупления скрывалось отчаянная попытка не потерять лицо профессионала? Нет. Эмоции надругались над разумом, выплеснув наружу весь негатив из измученного организма. «Психоэмоциональный взрыв» – как сказал бы один знакомый док-наркоша, прочитав вдобавок длиннющую проповедь о привлекательности суицида.  

Граната пощадила его. Только вместо него на матовом покрытии длинной базы лежала Роза. Она приняла на себя удар убийц. Тонкая рука, что всё еще сжимала прицел, дрожала от шока. Умница Роза умирала, благодаря его опрометчивой тупости.

Секст высадил очередь из пулемёта по воздушной цели и сразу отбросил оружие за спину. Бесполезно. Цель слишком сложная, чтобы достать из стрелкового оружия. Он перепрыгнул темнокожую девушку и в два шага настиг турель.

- Пассажиры и трак в опасности. Нас атакуют враги! - прокричал он, прикладывая пропуск к магнитному окошку идентификации личности. Честно говоря, он и не рассчитывал, что нейро автобота ему позволит воспользоваться внушительным бонусом, но мигнуло зелёным, и махина на круглой подошве качнулась от вибрации. Турель из спаренных зенитных пулемётов внушительного калибра ожила. Осталось лишь сесть за «пункт управления» и применить мощное оружие по назначению. Что Секст и сделал. Он уже управлял подобной «дурой».

Второй взрыв раздался впереди трака. Один из осколков пропел над ухом. Эций вырулил спарку в нужное направление, приподнял ствол и с удовольствием вдавил гашетку. Турель плюнула свинцом с двух стволом по сектору полёта, замолчала – Секст учёл поправки, чтобы вжарить по ненавистной мишени посильнее. Чёрная точка высоко лавировала между трассеров, пули летели мимо, наёмник скупо долбил, мечтая свалить ненавистный коптер.

Но оператор своевременно увёл дрон с зоны обстрела, поднимая машинку вверх и значительно левее. Наёмник за ним не успел. И когда он опомнился, коптер уже вовсю заходил за спину.

Помощь пришла откуда он не ждал. На кабину взобрался Иван. В руках он держал коробочку - пульт управления дронами. Видимо, снял с трупа погибшего наблюдателя. Он замер рядом с неподвижной Розой и выдвинул антенну.

Коптер подпрыгнул, и ушёл вниз, кружась на месте. Манипуляции с вражеским пультом удались, хотя оператор не позволил полностью взять под контроль «птичку». Дрон ещё мог уйти, если бы не вмешался Секст.

Он наконец разобрался, как включить подсветку цели. Лазерный луч нащупал в небе неустойчивый аппарат, очерчивая абрисы коптера. Наёмник выждал момент, когда дрон замрёт в одной точке, и выжал гашетку.

Турель не оставила шансов подсвеченной мишени. Трассеры накрывала подсвеченный квадрат свинцовым роем снова и снова, пока одна из крупнокалиберных пуль не достала дрон. Снаряжённые боеприпасами аппарат разлетелся на мелкие запчасти. Сдвоенный взрыв с интервалом в полсекунды стал финальным аккордом победы над противником. тот взорвался в воздухе сдвоенным хлопком на мелкие запчасти. Секст вскинул кулак, удовлетворительно хмыкнув и выбрался с платформы, усеянная гильзами. Она тяжело качнулась, окутав его напоследок пороховым выхлопом.

Победу омрачило одно. Роза не двигалась. Рядом с головой чернело красное пятно. Возле неё хлопотал старик, щупая пульс.

- Доволен? – сказал Иван Сексту, стоя на коленях перед девушкой. Он осторожно бинтовал куском ткани кровоточащую рану.

Наёмник проглотил влажный ком. Он был близок к тому, чтобы вышибить мозги старику, но в итоге ограничился вздохом. Нервы стоило поберечь.

- Она жива?

- Ранена. Осколок в предплечье. Несём её в трак. Тогда и поговорим.

- Идёт.

Он выпрямил натруженную спину, вдыхая лесной воздух, теперь перемешанный с выхлопом интенсивной пальбы. Лесной массив с тревогой тянул к нему свои массивные ветви, будто пытался ему что-то сказать. В этом шёпоте ему чудилось только ультимативное «сдохни».

Секст склонился над бесчувственной Розой с окровавленным плечом, и приподнял.

- Прости меня! – прошептал он девушке, чтобы старик не услышал. Но он услышал.

( сорри за оформление и мелкие ошибки ).  

Эций свернул не в тот проход. Криоустановка застряла между двумя переборками. Одна из них пустовала, а из второй торчала нога в разваленном ботинке. Капсула пошатнула «логово» с обладателем плохой обуви – нога дёрнулась, и через несколько секунд оттуда показался худой парень с длинными волосами и двумя отсутствующими пальцами. Найм бесцеремонно сунул ему металлический кругляш-пропуск с циферкой три прямо под нос. Тот понял сразу, пальцем ткнув в нишу, что располагалась в центре трака аккурат под нависающей круглой площадкой. Секст сразу смекнул о предназначении площадки с поворотным механизмом и выдвижной рамочной лесенкой. Подобные конструкции активно реализовывали в военных ботах. На них обычно ставили пулемёты или автопушки с ведением кругового огня.

Криокапсула целиком заняла всю нишу, не оставив Сексту свободного места. Но его такие мелочи не волновали. Он взобрался на Саркофаг, и с наслаждением вытянул ноги. Впервые за три дня он мог перевести дух и унять мандраж, вызванный погоней. Он находился в относительной безопасности. Терроры не рискнут атаковать автобот. Рисковать репутацией могущественного теневого Подполья ради сиюминутной выгоды – это непрофессионально. Но теперь он оказался в западне. Боевики вычислили его, и теперь прекрасно знают, где искать жертву. Проследить сверху за маршрутом трака очень легко. При первой возможности они наверняка постараются его выковырять из укрытия. Например, во время вынужденной остановки. В том, что они будут останавливаться, наёмник не сомневался.

Загудели электрогенераторы, запуская двигатели. Заиграла разноцветными огоньками иллюминация в кузове. Вспыхивали активными экранами подсветка в портативных планшетках на узких тумбах, разделяющих секции с койко-местами. Отдыхающий исполин на колёсах ожил после недолгой спячки, чтобы через минуту-вторую тронуться с места черепашьим ходом.  

Смирившись со своим новым положением полусвободного человека, Секст занялся капсулой. Первым делом Секст снял показания с анализаторов. Криоустановка не пострадала. Давление было в норме, и жизни Дайны, плавающей в прозрачном желе, ничего не угрожало. Разве что дефицит белка в питательной жидкости. Он высунул ногтём на себя преобразователь, в рюкзаке нашёл распечатанную упаковку белка и нож. Отрезав ломоть белёсой массы с отвратным запахом, он сунул «стейк» в ячейку и захлопнул её. Зажужжали измельчители, расщепляя на микроны твёрдую массу для лучшего всасывания в питательный раствор. Удовлетворённый «кормёжкой», Эций отпил глоток воды из гидрофляжки, встроенного в рюкзак, и на пару минут прикрыл веки.

Грузовик трясся на ухабах, скрипел своими шестёренками и гидравликой, продолжая путь в никуда. Неровная езда раздражала: наёмник постоянно норовил съехать с капсулы на пол. Спустя полчаса ему это осточертело, и он решил немного осмотреться и понять, во что он вляпался. Всё-таки замкнутые пространства он не любил.

Рядом с его нишей, куда любезный ИИ трака определил его в качестве «активного» пассажира, на магнитных фиксаторах висела портативная планшетка. Информационная панель. Наёмник снял планшетку, прикоснулся к холодному экрану. На лэптопе он увидел привычное, как для регистрации, меню. Ряд кнопок моргали синим цветом деактивации. Секст выбрал в дереве «справочная информация»/«протокол Пассажира» Он пытался понять, почему его «билет» стоил рубль, выражаясь языком русских, а не больше 200 жетонов.

Чем дольше он читал протокол, тем больше мрачнел. Согласно нескольким пунктам, мужчины с военным прошлым в течении поездки обязались защищать трак от нападения, обеспечивая другим пассажирам безопасность. Компания в свою очередь компенсировала затраты на перевозки и обеспечивала повышенным уровнем комфорта военного. Остальные пассажиры в меру своих сил обязались помогать бесперебойной работе автобота. В случае отказа билет аннулировался, а пассажир обязан был покинуть транспортное средство на маршруте. Система выборочно выбирала исполнителей, если возникала такая необходимость. И только статус «неактивный» освобождал пассажира от общественных «мероприятий». Вот тебе и условно бесплатное пользование. Даже плата за багаж не освобождала тебя от труда в пользу «Erra Nord».

Возникал закономерный вопрос – а куда двигался трак, похожий на боевую игрушку военных?

Увы! Лэптоп такой информации не выдал. Многие каталоги ИИ скрыл от публичного доступа, оставив только общие положения и Устав. Остальные категории Система промаркировала «Только для сотрудников компании». Впрочем, кое-что наёмник знал и без маршрута.

Этот монстр мог проехать до 1300 миль без подзарядки. Часть пути он уже смог преодолеть, раз набрал 16 пассажиров. И это в безлюдной Карелии, где встретить живого человека – уже новость.

Наёмника отвлекли чужие шаги. В узком проходе, хромая, ковыляла мужская фигура с переднего сектора. Эций оставил в покое планшетку, шагнул в бокс за перегородку, пытаясь угадать, пройдёт ли идущий мимо или остановится.

Их разделяло примерно восемь шагов. Почти шесть метров.

Найм считал. Он часто так делал, тренируя своё чутье. Оно подсказывало ему, что хромой направлялся к нему.

Два шага. Три.

Шесть.

Еще один, и гость поравняется с нишей, где отдыхал Секст. Мужчина не спешил, а трак качался со стороны в сторону, отчему идущему человеку приходилось держать равновесие, чтобы не влететь головой в тупые изгибы притопленной платформы.

Секст не ошибся. В тесную нишу, занятую Саркофагом, заглянул человек. На вид ему было пятьдесят лет, хотя с таким же успехом ему могло быть и сорок. Куцая борода, морщинистые глаза, залысины в двух местах. На шее виднелись ожоги, которые в искусственном освещении выделялись синими пятнами. Он мало чем отличался от обычных граждан, если бы не выбритый висок с татуировкой в виде цифрового штрих-кода. Ошибка молодости или своеобразный пропуск в тайное общество?

– Я могу с тобой поговорить, пассажир номер шестнадцать?

Чужой голос прорвался через скрипы и скрежет внутренностей трака стандартным вопросом. Только хромой не походил на просителя или типичного любителя поболтать. В его образе было что-то отталкивающее, преступное.

- Нет. – ответил наёмник.

- Я пришёл к тебе по делу. Судя по виду, ты крутой бродяга, раз таскаешь на горбу «гроб».

- Не твоё собачье дело. Проваливай, дружище.

- Ты слишком уверен в себе, сынок! Когда за тобой гонятся терроры, тяжело сражаться с ними без помощи со стороны. Что же, значит, останусь в роли зрителя. Посмотрю со стороны, как тебя распотрошат убийцы.

Лицо гостя расплылось в саркастической гримасе. Хромой и не думал уходить. Он пальцем ткнул на Саркофаг:

- Я присяду? Ноги болят.

Найм кивнул, и посетитель тяжело опустился на краешек капсулы.

- Я не ищу друзей. Имей в виду, если хочешь мне предложить гнусную идею или просить милостыню, то не обижайся, если я вежливо вышвырну тебя вон. – честно предупредил Секст.

- Полагаю, мне следовало оскорбиться?

Наёмник пожал плечами.

- Моё имя Ван. Или, по-русски, Иван. – продолжил разговор старик. – Я пришел к тебе обсудить кое-что важное. В твоих же интересах.

- Я уже сбился со счёта, сколько раз мне подобное говорили. Сто? Двести раз? Многие из них уже мертвы.

- Решил со мной членом помериться? Поверь, мой друг, мне это ни к чему. Правда в том, что за тобой гонится банда головорезов, которая пойдёт на всё, чтобы выковырять из движущейся банки упёртого ублюдка. И есть один доброжелатель, который не хочет, чтобы этого ублюдка убили.

- Заманчивое предложение. Я, пожалуй, откажусь.

- Узнаю типичного одиночку. Всё хочешь сделать сам. Похвально. Только что ты скажешь на тот факт, что ты уже давно на крючке, как и твоя «гёрла» в Саркофаге!

Рефлекс Секста был мгновенный. Он рывком выхватил керамический нож, который привычно прятал за спиной и приставил его к горлу гостя. Никто не заметил этого быстрого движения. К чести старика, тот даже не дёрнулся. Он только задрал голову повыше, без страха заглядывая в самую душу наёмника.

- Откуда…ты…узнал? – медленно, по слогам, проговорил Секст. – Ты такой реакции ждал, хромоногий? Хотел чтобы я вспылил?

- Хороший нож. Острый! – выдохнул Иван. – И ни грамма металла. Даже искусственный интеллект не заметил подлога.

Эций вдавил лезвие в кожу. Тёмная капля сорвалась из кончика лезвия, и скатилась вниз, затем вторая.

- Не испытывай моё терпение! Если я и сдохну здесь, то прихвачу и тебя, старик, на тот свет.

Он дёрнулся, его левая рука поползла вниз, к карману.

- Я достану наладонник. У меня в правом кармане.

Ладонь с узловатыми венами нащупала в складках одежды коммуникатор, потянула наверх. Старик наощупь разблокировал его и протянул Эцию.

- Узнаёшь?

Даже в тусклом освещении наёмник легко узнал своё фото, сделанное в хорошем качестве. Дрянная стрижка, шрам на щеке, гримаса ярости – это изображение уже полгода гуляло в сети.

- Листай вправо! – прохрипел старик.

Секст повел пальцем в бок. Выскочила картинка с досье и фоткой поменьше. Он увеличил изображение с текстом по-русски. Половину слов он не разобрал, но прочитанного хватило, чтобы понять смысл прочитанного.

«Цель – наёмник. Скрывается под разными именами. Приоритет – высокий. Особые приметы – шрам на щеке. Передвигается на мотоботе. С собой возит «саркофаг», в котором предположительно находится женщина в коме. Стоимость – 500 тыс. крипты за мёртвого».

- Убери нож, найм. По протоколу, если пассажиру угрожает опасность, Система может вмешаться. – потребовал Иван.

Секст на секунду стушевался, но в итоге послушался старика. Тот мазнул по шее, смахивая очередные капли с пореза. Он облизнул окровавленные пальцы, и полез в карман, откуда вынул обрывок ткани с пришитой пуговицей. Ткань Иван приложил к месту прокола.

- Невежливо калечить немощных стариков.

- Ты работаешь на терроров? – прошипел Секст, перехватывая нож поудобнее. Он вспомнил о Софи, с которой так и не поговорил по душам. Связная с детским лицом. Правда, Эций сомневался, что девушка с заодно с могущественной организацией. Затравленный взгляд невозможно подделать никакими уловками. Старик представлял куда большую угрозу

- Ты меня почти оскорбил. Скорее, организация работала на меня. Как скромный идеолог некогда небольшой подпольной организации, официально заявляю, что к ним сейчас я не имею отношения. Я считал тебя умнее, беглец!

- Они больше не Подполье! Терроры давно стали отпетыми подонками, подобно Свидетелям Солнцепёка, танатологам или Воронам Судного дня! Даже я на фоне их - невинное дитя, хотя мне приходилось тоже убивать. Что по поводу ума? Ты прав. Иначе не оказался бы в этом гробу на колёсах в компании разного отребья.

- Нет, тебя нельзя назвать тупым. Я лишь говорю о том, перед тобой находится человек, который привык дёргать кукол за ниточки, а не плясать самостоятельно под чужую дудку. Тридцать лет я строил свою маленькую империю зла. Я тот, кто в дремучем 20… году основал хак-движение «killbill». Его последователей со временем «жёлтая» пресса окрестила ёмким и хлёстким названием «terror». Меня зовут Иван Тарков.

- Брехня. Тарков давно умер. Даже двойников убили. Я видел прямые эфиры. Вдова и друзья опознали тело основателя «Киллбилла».

- Нет ничего проще назначить стрелочника. Тарковым мог стать любой из нас. Это символ нашей организации…

- … прогнившей насквозь. – перебил Ивана Секст. – Раньше я уважал «терроров», считая их дело правым, но Подполье давно считает их предателями. Особенно после смерти Таркова.

- Он не умер.

- Чушь! Чушь! Чушь! – ударил кулаком по капсуле Секст.

- Как скажешь. Только пять лет назад я и сам разочаровался в организации. Всё то, ради чего я потратил половину своей жизни, разрушили в труху. Знаешь, почему мы пускали поезда под откос с химическими реактивами, взрывали терминалы с сжиженным газом и захватывали танкеры с сырой нефтью? Я с друзьями выступал против масштабной войны и поставок оружия, чтобы не допустить мировой бойни. «Ракеты на трактора!» - помнишь слоган? Мы жаждали экологической революции, а не технологической стагнации. Но парадокс, чем больше мы устраивали блэкауты в городах и останавливали атомные станции, тем сильнее шла гонка вооружений. Точка соприкосновения сместилась в стратосферу, ядерные державы наводнили оружием судного дня космос. К чему в итоге всё привело, ты знаешь! Резонанс, разрушенные города, изменение климата. И это не считая жуткие эпидемии и катаклизмы, волной прокатившиеся по материкам и странам. Удивительно, но даже после такого апокалипсиса, организация не утратила силу. Наоборот, получила влияние и власть. А это было ошибкой! «Терроры» утратили идентичность, утонули в политических интригах и коррупции, прогнили, как испорченный фрукт. Хак-движение превратилось в монструозный инструмент влияния с миллиардной капитализацией, а «killbill» стал посмешищем. Кто платит – тот и прав! И неважно, что требуется: сжечь деревушку Согми со всеми женщинами и детьми, или убить неугодного человека, перешедшему дорогу влиятельному бизнесмену. Для капитала это издержки, статистическая погрешность в полпроцента. Что же касается меня, то я не смог пойти против своих принципов. Я умыл руки и ушёл на покой.

- Благородный Иван Тарков. Я сейчас зарыдаю от душещипательного признания. Только это не отменяет того факта, что моё фото всплыло в твоём наладоннике. Ты заодно с террорами!

- Нет. Для них я списанный материал, полоумный старик, доживающий свои дни в бункере с охраной. Главари не знают, что я нахожусь внутри трака и действую самостоятельно, на свой страх и риск, хе-хе. И да, это я направил девку, чтобы тебе заморочила голову и помогла тебе добраться до точки. Иначе ты бы по-прежнему блуждал по полям Карелии, пока стервятники сверху не забросали бы тебя гранатами. Поэтому я не с ними, мой друг. Впервые в жизни Тарков выступил против «терроров», покинув безопасный бункер.

- И чем может мне помочь старикан с гнусной рожей, которому не верю ни единому слову?

- Информацией. Я знаю, где они нанесут удар. Место и время. Глупо спрашивать о тактике «Терроров» у основателя организации. Порой кулаки и пушки бессильны против нужной и проверенной информации.

- Почему ты решил вмешаться? Я никто для тебя.

- Верно. Дело как раз-таки не в тебе. Ты стал попутной целью, вроде дополнительного квеста. Конечно, это было спонтанным решением, но двадцать против одного – это не спортивно. Я и решил вмешаться. Человек, вроде тебя, заслуживает уважения и точно не заслуживает сдохнуть от рук гиен. А по поводу ориентировки – не переживай. У меня остались надёжные друзья. Даже у такого психа как я, есть надёжные друзья. – повторил Иван.

Старик показательно захихикал, отчего у Секста пошли мурашки. Слова Ивана казались чудовищной фантазией больного человека. Однако Эций не мог ни опровергнуть его слова, ни подтвердить. ЛжеТарков основательно запудрил ему мозги болтовнёй, отчего у наёмника заныли виски от напряжения. Софи, Тарков, «терроры» - всё это смешалось в кучу одним дурнопахнущим комом. Хуже всего, что его проблемы не улетучились после посадки в трак. Они видоизменились в чудовищную форму абсурда, основанного на лжи, интригах и стечении обстоятельств. Наёмник уже жалел, что послушал «тринадцатилетнюю» шлюху, позволив себя убедить сесть в автобот.

- Но ты пришёл ко мне не поговорить по душам. За любую информацию нужно платить! Чего ты хочешь от меня тогда? В чём подвох?

- Подвоха нет, наёмник! Ты разочаровался в людях, вот в чём твоя проблема. А я фаталист. Чему не быть, того не миновать. Если мне суждено подохнуть в этом траке, то и хрен с ним. Я готов. Сидеть в уютном бункере наскучило.

Старик встал со своего места.

- Маршрут трака, вот что мне нужно от тебя. Маленькая записка, с указанием нужных точек. На тот случай, если я не доеду до конца путешествия. Всё же уцелеть хорошо обученному человеку гораздо проще, чем дилетанту, вроде меня.

- И это всё? Маршрут с пометками на карте? Ради этого ты рискуешь своим благополучием?

- Однажды ты поумнеешь, наёмник без имени, и тогда сможешь рассмотреть бревно в глазу вместо крошечной соринки. Считаю, что ты согласился на моё единственное условие.

- Вообще-то нет. Я пока не согласился.

- Ты уже меня выслушал. А это много для меня значит. И ещё кое-что. Зря ты взял на борт девку. Лучше бы ты её оставил ТАМ.

- Плевать.

Старик покинул нишу и зашагал прочь.

2.

Трак ехал по разбитой дороге. От постоянной тряски не помогали ни гидравлическая подвеска, ни эластичные шины. Скорость упала до неприлично низкой, и всё чаще пассажиры слышали хлёсткие удары по металлическому «туловищу». Похоже, они ехали по лесной дороге. Внутри салона резко потемнело. Видимо, трак экономил энергию батарей, вот и отключил подсветку.

Секст в задумчивости ковырял ногтём засохшую грязь на криокапсуле. Предложение Ивана теперь не казалось навязчивым бредом, даже если связь с террорами он выдумал. Многое из сказанного вполне укладывалось в прописные, всем известные истины, и игнорировать это наёмник не мог. Например, что терроры не остановятся, пока не убьют свою жертву. Впрочем, кое-что Эций мог выяснить для себя. Нужно лишь разыскать Софи и прижать её к стенке. Ей определённо было что сказать ему.

Керамический нож он спрятал в ножны, вшитые во внутренний карман кожаной куртки, в карман положил на всякий случай портативный фонарик. Он набросил на Саркофаг походное одеяло, и направился в хвост грузовика, где мигала сигнальная иллюминация трака.

Сектор два, как окрестил для себя хвост трака, встретил его беспорядком. Наёмник постоянно спотыкался о мусор и брошенную одежду, грязную и вонючую, судя по отвратному запаху. Похожим образом пахли эпидемики. Споровые язвы выделяли гной и липкие выделения, похожие на мочу. Отсюда и вонь. Впрочем, тут и без болезни воняло человеческими экскрементами, а еще почему-то кровью. Интересно, почему?

Наёмник наступил на шелестящую упаковку, которая громче обычного разорвала тишину противным треском. Сигнализация? Он чертыхнулся одновременно с глухим ударом о борт чего-то тяжелого. Носком ботинка Секст отбросил мусор прочь, и – упёрся грудью в импровизированную баррикаду из обломков деревянных палет и пластиметовых стоек прямо на проходе между двумя перегородками. Кто-то разломал переборку со спальным местом. Нелюдимые пассажиры из сектора 2 явно не хотели видеть тут кого-то еще.

С другой стороны баррикады послышалось сопение. С глубины сектора 2 дохнуло зловонным дыханием, в тусклом просвете из темноты вынырнула фигура в чёрном.

Наёмник нащупал фонарик, но потом передумал его вытаскивать. Он не хотел, чтобы люди из хвоста запомнили его лицо.

- Уходи! Тебе сюда нельзя!

Это сказала женщина грудным голосом. Она стала с той стороны груды хлама и Секст видел лишь её спутанные волосы, выглядывающие из-под балахона, и профиль руки. Секст слышал и других людей, находившихся позади женщины. Они забились в укромные места и только изредка шевелились.

Эций замер, соображая, что делать дальше. Он не знал, как на его активные действия отреагирует система. Если обитатели будут защищать свою хлипкую баррикаду от оккупанта в лице наёмника, стоит ли это считать признаком агрессии по отношению к пассажирам? И если да, то какая его кара подстерегает? Но пассажиры сектора два ехали на общих правах. Это не давало им никакого права загораживать вход! Что-то здесь было нечисто!

Он втянул запах застоявшегося воздуха, нащупал в кармане фонарь.

- Не иди сюда, человек! Мы хотим быть сами по себе. Оставь в покое несчастных людей. – прошептала женщина, выставив перед собой голые ладони. Она явно демонстрировала добрые намерения, что не совсем вязались с поведением пассажиров в этой части трака. А ведь он лишь пытался осмотреться, вот и всё.

Интересно, а где сейчас Софи? Случайно, её место не в хвосте автопоезда?

- Я ищу девочку 13 лет. Я её отец. – сказал наёмник, соврав без раздумий. Более наглой лжи он еще не придумывал, тем более на ходу. Но он хотел немного потянуть время и проверить небольшую теорию.

Женщина говорила не по собственному желанию. Ей приказали. Едва слышимый шёпот за спиной пассажирки только подтвердил подозрение наёмника.

- У нас только девочка 7 лет. – тихо сказал она.

Это походило на правду. Только почему она замешкалась с ответом? Обычно люди отвечают практически сразу, когда не приходится лгать, и, наоборот, стоит на них надавить. А пауза нивелировала честность ответа, что наводило на нехорошие выводы.

- Я только осмотрюсь! Быстро! – сказал, как можно миролюбивее Секст, внутренне готовый к любому сценарию. Лучше решит проблему миром, чем потом расхлёбывать дерьмо из-за силового решения.

- Тебе сказали уходить, вот и иди прочь! – в голосе у женщины появилась угроза. А вот это она сказала зря. Теперь у Секста появилась маленькое желание разнести на атомы искусственное препятствие.

Он отошёл на два метра назад, и прижался вплотную к стене. Секст тянул время, чтобы пассажиры потеряли бдительность. Пройдёт минута, и он вышибет баррикаду плечом, после чего пройдётся с фонариком по гадюшнику для личного удовлетворения. Если Софи прячется от него, то ей не поздоровится. Слишком всё затянулось.

Он досчитал до пятидесяти пяти, выдохнул.

«Пора».

Завизжали тормоза по жёсткому гравию, и трак остановился. Вспыхнули зелёным и красным габаритные огни. Несколько секунд ничего не происходило, после чего под самой крышей зажглась тусклым светом полоска света. Короткий звуковой сигнал возвестил о том, что включился громкоговоритель.

- Движение затруднено. Компания «Erd Nord» любезно приглашает пассажиров 2, 9 и 12 помочь автоботу продолжить путь во избежание штрафных санкций. Специального пассажира номер 16 любезно просим получить оружие в оружейной и подняться на крышу транспортного средства для обеспечения безопасности всех участников поездки. Уровень опасности – низкий. Время сбора – 3 минуты.

Мягкий голос искусственного интеллекта замолчал. В разных местах послышалась громкая возня. Трак оживал. Зажигались дополнительные огни, освещая путь пассажирам, которые выползали из своих убежищ. Многие хотели понаблюдать за счастливчиками, которых система отобрала в качестве платы за путешествие.

Пассажиром номер два оказалась чернокожая женщина лет тридцати. Она проворно покинула убежище, и первой направилась к выходу, разминая шею и руки. К слову, одна рука у неё была механической. Номер девятым оказался новый знакомый Секста – сам Иван. Он неспешно присоединился к стоящей женщине у мигающего красным входа. Двенадцатый пассажир пока не появлялся в пределах видимости Эция, вернувшийся к своему месту. Не увидел он и Софи. Девушка будто испарилась, и этот факт насторожил наёмника.

Но ждать пассажира «12» он не стал. Эций опустил лестницу. Стоило тонкому металлу коснуться пола, как в верхней части овальной платформы загорелась кнопка активации «оружейной». Секст поначалу думал, что это наклейка, но система обманула его. Он нажал на эмблему с оружием.

Последующие три щелчка откинули запорную крышку, и Секст увидел небольшой арсенал. Безгильзовый пулемёт с полным боекомплектом на триста патронов. Классический вариант с полуторным прицелом. Рядом покоилась импульсная полуавтоматическая винтовка. Штурмовая модель в обвесе. Все оружие – в калибре 4.7.  Удовлетворённый Секст выдернул из ячейки тяжёлый пулемёт, забросил его за спину. Запорное ложе он вернул в прежнее состояние, тем самым блокируя туда доступ.

Третья минута подходила к концу. Пассажир под номером «двенадцать» так и не объявился. Избранные столпились у двери, а Секст завис на лестнице. Он считал секунды.

«Пятьдесят восемь. Пятьдесят девять».

Когда раздался короткий сигнал, Секст спиной навалился на тяжёлый люк, который удерживали магнитные запоры. Люк отвратительно «чпокнул» и подался вбок под давлением наёмника, рвавшегося на свежий воздух. И пусть он провёл внутри «чудовища» не больше часа, он хотел видеть над собой кусочек неба и дышать загаженным Карельским воздухом.

(продолжение следуюет..._)

(сорри за ошибки и за топорное оформление постов, я тут новичок)

Софья много чего не договаривала. Она врала с первой минуты знакомства, когда позарилась на рюкзак спящего Эция. Бежала от врагов? Голодала два дня? Такие откровения хороши в баре под пиво, но не для прожжённого бродяги, повидавшего немало дерьма. Он за милю чуял подставу. Он пока не видел, какую именно, но торопиться с выводами он не стал.  Пусть Софи и дальше играет свою роль. Наёмник подождёт, пока дерьмо не выплывет наружу.

Они больше не разговаривали. Секст настрого запретил ей раскрывать рот, и они молча сидели в укрытии, каждый на своей волне. Периодически Эций ловил на себе взгляды с укоризной. Видимо, девчонка обиделась на его показную холодность. Она больше не пыталась «трепаться», не шла на контакт, а только хлопала глазами, всматриваясь в едва видимое пятно между деревьев – на парковку.

А ведь странный трак мог и не приехать. Они давно жили в ненормальном мире, где блага человечества стоили дорого и предназначались для избранных. Вряд ли грузовик курсировал по расписанию, как древний пассажирский автобус. Поверить в это сложно.  Да и не факт, что он и вовсе существовал. Следы от шин на асфальте – не показатель. По дороге мог проехать кто-угодно. Например, банда терроров. Возможно, прямо сейчас они взяли след наёмника и окружают парковку, чтобы стремительной атакой уничтожить опостылевшую обузу и сорвать куш. Возможно, за этот час он сумел бы оторваться или спрятаться в укрытии, пока боевики рыщут по лесам. Вместо этого он торчит на месте, как безвольная жертва в ожидании скорой казни, втайне надеясь, что скоро здесь появится спаситель.

- Где трак? – не выдержали нервы у наёмника. Он давно порывался задать этот вопрос пигалице, но каждый раз тянул время.

- Не знаю. Он должен приехать. Я верю. Я не обманщица.

- Дерьмо! – выругался Секст. Он едва сдержался, чтобы не выместить злобу на этой врунье, прибившаяся к нему, как репей. Отчасти из-за неё он упускал драгоценные минуты и часы. Терроры-спецы не привыкли тянуть резину.

- За тобой идут плохие люди. Они не достанут нас. Грузовик нас заберёт. И тебя, и меня, и человека в «гробу». – сказала уверенно Софья без страха. В отличие от него, она ни капли не сомневалась в успехе.

Наёмник подошёл к девчонке вплотную, и навис над нею.

- Если нас атакуют терроры, ты умрёшь очень быстро. За свои ошибки нужно платить. Полчаса, и дальше я пойду без тебя. Усекла?  

Она спрятала глаза и тихо сказала:

- Усекла.

- Вот и славно.

Следующие десять минут выдались для Секста очень долгими и длинными. На исходе одиннадцатой минуты послышалось тихое, едва слышимое урчание электродвигателя и скрежет гравия о колёса.

- Едет, едет! Я правду сказала! – воскликнула Софья, вскочившая с места. Но Секст её тут же задержал на месте.

- Не суетись! Приехал – хорошо! Это еще ничего не значит. Мы можем не попасть внутрь.

Девчонка закусила губу и остановилась, адресовав наёмнику новый укор. Эций забросил за спину рюкзак, и схватил тележку с Саркофагом. Сейчас предстояла самая опасная часть миссии – пересечь пятьдесят метров открытого пространства и подобраться к грузовику.

Лес зашумел сильнее, когда наёмник вытолкал из укрытия на разбитый асфальт нелёгкую поклажу. Рыхлый грунт и папоротниковые заросли не хотели его отпускать, мешая движению. Грузовик он увидел сразу, как только ботинок коснулся нагретой поверхности раздолбанной поверхности. Огромный монстр-тягач как раз выруливал на парковку, аккуратно вклиниваясь между ржавым остовом легковушки и контейнером с выбитым дном.

Беспилотный тягач грузоподъёмностью в 36 тонн замер на площадке, подсветив габаритными огнями загаженную парковку. Его могучее чёрное туловище выглядело инопланетным аппаратом на фоне карельских джунглей. Такого грузовика наёмник никогда не видел. Инженеры основательно поработали над траком, напоминающий в первую очередь модернизированный бронепоезд на колёсах для военных. Утопленные амбразуры с выдвижными турелями. Отбойник спереди для уборки мусора на дороге, мощные колёса с первым классов защиты от порезов и проколов, пуленепробиваемое панорамное стекло. Решётки на боках защищали от армы и гранатомётного огня. Такой грузовик мог принадлежать исключительно военным корпорациям, но никак не гражданским.

Наёмник окинул взглядом окружающее пространство. Чисто. Стоило поторопиться. Таинственный трак мог и уехать, оставив на обочине мира двух незадачливых пешеходов.

- Бежим. – бросил он Софи. И ускорил шаг.

Тележка с капсулой не слушалась. Она то и дело натыкалась на трещины в полотне, вязла, колёса упирались в камни и сухие ветки. Секст не сводил глаз с чёрной не двигающей туши. Двигатели трака не работали, однако это не означало, что их поджидали. Наверняка беспилотная система подчинялась какому-то специальному протоколу, устанавливающему время посадки и остановки.

Софи добежала до грузовика первой. Она обогнала Эция на полпути, будто хотела доказать, что не врунья и на её слова можно положиться. Она сразу определила, где в грузовике находился вход – узкая дверь, наползающая на проём сверху вниз. Обычно так располагались выходы для десанта в бронированных машинах типа 4 на 4. Секст хотел её одёрнуть, но девчонка нажала на мигающее углубление рядом с дверью.

Кнопка замигала зелёным, и тут же из чёрного метала выехало табло с сенсорными кнопками. Софья нажала на одну из них, и тут же с изумлением повернулась к наёмнику.

Тот оставил в покое Саркофаг, и подошёл к девчонке у дисплея.

«Добро пожаловать на борт автоматизированного Спринтер Трака номер 09922. Желаете стать одним из пассажиров?»

Эций оттёр подростка от дисплея и нажал уверенное «да!». Он торопился.

«Чтобы приступить к регистрации, прочтите протокол «О перевозках» компании «Erra Nord» и поставьте галочку, что вы согласны с требованиями и обязанностями «пассажир»! В противном случае, доступ в салон трака будет отказано. Кроме того, система распознавания личности вправе отказать клиенту, если вводимые данные не соответствуют истинности!»

Наёмник бегло пробежался глазами по длиннющему документу грузовой компании, и нажал на нужную кнопку. Его тут же выкинуло из окна, и перекинуло на новое окошко с припиской мелкими буквами «конфиденциально!» и перечнем новых вопросов. Наёмник взялся за голову от такой бюрократии, но ломать комедию не стал. Пришлось подчиниться. Он и так слишком долго торчит у грузовика на видном месте.

«Ваш пол и возраст?» - задала очередной вопрос система беспилотного тягача.

«Мужской. 41 год.»

«Есть с собой габаритные предметы? Или лица, нуждающиеся в транспортировке? Если да, то напишите в пустом поле комментарий».

Подумав немного, Эций написал в окне:

«Герметичная капсула с женщиной».

Индикатор вспыхнул, и из тонкой прорези под дисплеем вылетел зелёный луч, который выхватил Секста и тележку с Саркофагом. Луч обогнул криоустановку несколько раз, после чего исчез.

«Сканирование завершено. Наличие капсулы с неподвижным пациентом подтверждено. Маркировка – пассажир с полной потеря сознания. Статус – Неактивный. Желаете продолжить регистрацию?».

«Да».

Дальше шли типовые вопросы об запрете оружия и взрывчатых веществ в личной клади, а также о недопустимости агрессии по отношению к другим пассажирам. Эций с лёгкостью расправился с большой частью вопросов, пока очередной не поверг его в ступор:

«Имеется ли у вас боевой опыт и навыки обращения с огнестрельным оружием?». Если да, оцените свои навыки по пятибалльной шкале, где 5 – это «в совершенстве», а 1 – «время от времени пользовался».

Он выбрал в дереве «имеется» и ввёл цифру 5 с самым высоким приоритетом, задумавшись о причинах подобного вопроса. Нехорошее предположение появилось у него, а самая идея с траком больше не выглядела удачной. Интересно, что спросит ИИ у него дальше.

«Лояльны ли вы к компании «Erra Nord»? Разделяете ли вы её политику?. Укажите по пятибалльной шкале лояльность, где 5 – высочайшее доверие».

Эций задумался, лихорадочно соображая. Он явно не хотел попасть в кабалу на тридцать часов к какой-то транспортной компании, перевозившая случайных людей. Но время играло против него, и выбора у него не оставалось. Он ткнул в циферку 5, ожидая, что его ждёт на этот раз.

Но вопросы кончились. На экране вспыхнуло слово «идёт регистрация» и индикатор загорелся красным. Спустя тридцать секунд раздался короткий звуковой сигнал, и тихий мягкий голос с металлическим акцентом возвестил Секста:

- Регистрация пассажира номер 14- статус Неактивный, и пассажира номер 15 – статус Активный, одобрена и завершена. Приоритет – Высокий. Стоимость – один жетон. Для завершения посадки оплатите поездку в любом удобном вам виде.

Обескураженный наёмник хмыкнул, и приложил наручный криптокошелёк к горящему красным индикатору. У него были и жетоны Содружества Джи-7, но их он решил оставить для худших времён. В любом случае, бесплатный проезд его насторожил. Не всё так просто с этими условиями. Он отметил мысленно, что нужно как следует изучить положение с обязанностями пассажира, чтобы понять, где тут подвох.

Из крошечного отверстия вывалился кругляш с цифрой 15 и магнитной лентой посередине -  пропуск на борт трака. Дверь поползла вверх, обнажая часть внутреннего интерьера автопоезда. Но кроме предбанника, узкого и тёмного, он ничего любопытного не увидел. Секст, чертыхаясь, снял с опостылевшей тележки тяжёлый Саркофаг, и покатил его к двери. К счастью, он влезал в проём, иначе его ожидала серьёзная проблемка с превышением габаритом. Он затащил капсулу внутрь, и собирался захлопнуть за собой вход, как вдруг одна нехорошая мысль посетила его голову. Он бросил Саркофаг на полу и выскочил из закрывающего люка – к Софи. Она всё стояла на парковке, только в этот раз смотрела куда-то назад.

- Софи!

На испуганном лице застыло удивление. Она явно не ожидала, что наёмник вернётся. Софи была растерянной, и словно туго соображала, что сейчас делает.

- Секс?! Секс-Д. – машинально ответила она и сделала два шага в сторону. Эций догнал её и схватил девчонку за руку.

- Ты поедешь со мной. Это не обсуждается.  

- Н-нет.

Она сказала это нехотя, будто находилась под чужим ментальным контролем. Будто знала, что иначе с ней произойдёт что-то ужасное, чего она боялась до одури. Больше, чем злобного бродягу с криокапсулой, и отмороженных терроров. Её «нет» выдало Софи с головой.

- Я сверну тебе шею, если ты заупрямишься. – рявкнул наёмник и толкнул девочку к траку. – Быстрее.

- Я не могу. Я умру, если сяду в грузовик.

- Не умрёшь.

- Оставь меня… я тебе помогла. Что ты еще от меня хочешь?

В тонком голоске появилась плаксивость. Еще немного и чертовка заплачет, как заправская актриса. Только для него её ухищрения насмарку. Секст с раздражением ударил кулаком по траку.

- Жми на чёртову кнопку. Пока мы с тобой не поговорим, я тебя не отпущу.

- У меня нет денег. Совсем. А пропуск на борт стоит немало. – скороговоркой проговорила Софья, хлопая глазами и озираясь по сторонам. У нее дрожали руки.

- Я заплачу. Вводи свои данные, пока я не передумал.

Она тут же вернулась к меню и быстро-быстро принялась регистрироваться. А он с опаской озирался вокруг. Где-то в воздухе барражировали всевидящие беспилотники, если только его паранойя ничего не выдумала.

«Ваш пол и возраст».

Девчонка не хотела, чтобы он подсматривал за ней. Но Секст специально следил за вводом данных. Скорее, по старой привычке, подмечать каждую мелочь, очевидную и не очень.

Зелёный луч отсканировал девчонку. Раздался короткий сигнал.

«Неверные данные. Введите корректную информацию» - зажглось в окошке.

Непонимающий Эций с изумлением смотрел Софи. По щеке у неё катилась крупная слеза. Она боялась его, и наверняка боялась вытаскивать из тёмного места настоящую правду. Её звали не Софи. И она точно была не в бегах. Но как она могла ошибиться в возрасте и поле?

«Женский. 14 лет».

- Вводи правильные данные. – потребовал твёрдо наёмник. – Иначе я не смогу тебе помочь. Эта система видит нас лучше людей. Третьего шанса может и не быть.

Софья кивнула и настучала на сенсорной клавиатуре:

«Женский. 27 лет».

Эций думал, ему померещилось. Спутать двойку с единицей можно, и всё же со зрением у него никогда не было проблем. Девчонка точно ввела «27» и этот факт поверг его в состояние отупения. Система «проглотила» ответ и выкатила новые вопросы Софьи, которая с молниеносной быстротой расправилась с ними. А наёмник опомнился только тогда, когда девчонка толкнула его в бок.

- 257 жетонов стоит вход!

- Что?

- 257… жетонов…

Она прекрасно поняла, о чём он думает. Софи больше не выглядела тринадцатилетним несмышлёнышем. В узких глазах, окаймлённых морщинками, плескалась обречённость двадцатисемилетней женщины, которая по какой-то причине выглядела значительно моложе. Секст Эций почти догадался об этом. Только правда была слишком фантастичной, чтобы её принять.

- Секс?!

Лгунья ждала его решения. Ситуация требовала раз и навсегда покончить с очередной занозой в заднице, оставив Софи с «ребяческим» лицом на парковке. Но она ведь этого и добивалась с самого начала. Привести жертву в нужное место и заманить в трак. А самой остаться на месте для дальнейших приказаний. Смазливую девку легко могли завербовать терроры. Это их территория! Заслать опытного диверсанта с детским лицом – очень умно! Даже матёрый бродяга не заметит подлога, не говоря о менее искушенных мужиках. Только девчонка запросто могла его убить этой ночью и обчистить карманы? Почему она так не сделала?

Всё стало слишком сложно.

Секунды ожидания стремительно приближали развязку. Неужели это женское отродье, волчица в шкуре ягнёнка, всерьёз рассчитывала его обхитрить? Слезами Эция не сломить, как и печальным бабским личиком. Только почему она больше его не умоляет, почему молчит, потупив лживые глазёнки в асфальт? Это её новый хитроумный план?

-Sus-ra! – выругался Эций очень тихо.

Он с отстранённым взглядом приставил запястье к табло с требованием уплаты за проезд. Мигающий красный сменился зелёным индикатором – с его счёта сняли криптовалюту.

«Регистрация завершена». – отчеканила система.

Потерянная Софи судорожно нажала на кнопку входа. Дверь поползла вверх. «Лже-подросток» схватил пропуск, и бросился вовнутрь, бесцеремонно толкнув найма. Чертыхаясь, Эций собирался последовать за Софи, но он застыл на месте. Его глаза были устремлены на горизонт. Он ни капли не удивился, когда из утренней дымки вывалились три чёрные точки и с крейсерской скоростью устремились к парковке. С каждой секундой они увеличивались в размерах, приближаясь к траку всё ближе.

На дисплее высветилось приглашение занять своё место. Зелёный луч заморгал красным, подсвечивая входную дверь. Только Секст не торопился. Ему больше некуда спешить. Сучьи «птички» окружили его, жужжа своими крошечными механическими сердцами над головой и посылая оператором нужные координаты.

Терроры нашли его!

(продолжение следует..).

У него не выходила из головы мысль, что у него на шее затягивалась петля, а девочка лет тринадцати несёт угрозу. Вероятность встретить любую женщину в отдалённом уголке Дикой Территории стремилась к нулю, не говоря уже о ребёнке. В совпадение наёмник никогда не верил. А когда твой зад пытается поджарить команда подготовленных спецов-диверсантов, от «случайной встречи» несло отвратительным предчувствием подвоха.

Не купился он и на надуманную историю с бегством от Ладоги. Сто миль на запад по дебрям – это слишком много для выжившей девочки. Пересечь россыпь мелких озёр, речушек, кряж, кишащее насекомыми болото и гектары леса напрямую невозможно. Только в обход, по извилистым тропинкам и грунтовым дорогам, где и в лучшие годы мало кто ездил. Она точно не добралась сюда пешком. Её обувь относительно цела, не разваливается, а плохая одежда совсем не показатель блуждания по Карелии. Да и сомнительно, что Софья отправилась на Дикую Территорию пешком без нужных вещей, налегке.

- Далеко ещё? – спросил он у вынырнувшей из-за камней девчонки.

- Два или три часа. Должны успеть. В прошлый раз я видела его рано утром. – авторитетно заявила она. – Пойдём?

- Да.

Неподъёмная тележка плохо слушалась в рыхлом песке. Колеса вязли и Секст с трудом удерживал механизм в нужном положении. Кое-как он приспособился, и дело пошло на лад – Саркофаг с Дайаной плыл среди деревьев медленной торпедой. Иногда воровка с русским именем Софья возвращалась и помогала ему, порой бросая короткие недоверчивые взгляды то на Эция, то назад. Её тоже что-то тревожило, но девочка предпочитала молчать. Наёмник мотал информацию на ус, подмечая и другие странности в образе спутницы.

Девчонка держалась очень уверенно. Её поведение не вязалось с зарёванной в доме воровкой. Она двигалась, как опытный охотник, шагая бесшумно и уверенно. А ведь ей на минуточку тринадцать, может, четырнадцать лет. Такому нельзя научить в раннем детстве, да еще в неблагоприятных условиях с отвратительной экологией. Или он сейчас себя накручивал, подгоняя факты под одну нелепую теорию.

- Ты так и не сказал мне своё имя. – проговорила Софья, глядя за вспотевшее лицо наёмника.

- Имя? Зови меня Секст.

- Как секс?

- Нет. СексТ с буквой Т на конце.

«Дурацкое имя, знаю. Но других документов у меня не было под рукой».

- Понятно. Я не вру насчёт трака. Честно.

- Смотри за дорогой.

Девочка демонстративно отвернулась и ушла вперёд, хмыкнув типичное «ага». Русскоязычные люди часто так говорили.

Наёмник не любил огромную Россию. Хотя самые жирные контракты были оттуда. Заказчики с необъятной «раши» платили не торгуясь, как правило. И редко пытались набиваться в друзья, что очень привлекало Секста. Но холодный край вызывал в нём дикое ощущение собственной неполноценности. Эций не понимал, как можно выживать в таких условиях и верить в человечество и духовные принципы, например. Носители «русского» мыслили другими категориями, отторгая от себя и одновременно вызывая восхищение своими поступками. Только в России нельзя быть уверенным в чём-либо. Проще жить одним днём, как это делают местные.

- Софи! – позвал наёмник девчонку.

Она вернулась не сразу. Спустя десять секунд из порослей папоротника вынырнула худая и бледная девка невысокого роста. Её лица он по-прежнему не видел. Только огромные глаза.

Секст протянул ей плитку твёрдого, как камень, сублимированного мясного батончика.

- Пять минут привал. Ты хотела есть? Ешь!

Она недоверчиво взяла из рук найма батончик, понюхала его. Затем пустила в ход зубы, отвернувшись от мужчины. Эций сел на Саркофаг. Есть он перехотел, в отличии от выпивки. Он с наслаждением потирал натруженные ноги, мечтая снять наконец с ног тяжёлые ботинки.

- Секс-д! – позвала она его с батончиком в руке.

- Что?

- Это всё из-за неё? Погоня?

- Не твоё дело! Ешь, у нас мало времени!

Она запечатала угощение и сунула в карман. Сверкнули глаза в сумраке.

- Потом догрызу.

До рассвета они шли молча. Они оставили за собой еще пять полных миль по бездорожью. Эций натёр ногу и сбил дыхание, и как следует, приуныл. Будущее не предвещало ему ничего хорошего. Истощённый организм требовал полноценного отдыха, и чем скорее, тем лучше.

- Еще полкилометра. – сказала Софья, ткнув пальцем в едва видимую точку. Она будто прочитала его мысли, озвучив то, о чём он мечтал с самого утра.

– Там парковка за мусорными кучами. – шепнула она почему-то и снова посмотрела назад. Наблюдательный наёмник отметил про себя эту маленькую особенность.

- Во сколько прибывает твой трак?

- Рано. Я видела его лишь раз, и то издалека. – ответила девочка и запнулась, будто хотела ещё что-то сказать, но в последний момент передумала.

- Хорошо.

Они заложили крутой вираж по дороге к парковочному месту. Девчонка пыталась ему возразить, но Секст настоял на своём. Транспортная стоянка притаилась рядом с бывшим мусорным полигоном, а это считай, сотни гектаров открытого пространства. В любой момент из-за леса могли вынырнуть вражеские птички-коптеры и заснять прогуливающих беглецов. Кроме того, Эций всё еще сомневался в словах подростка. Софья могла всё придумать или приукрасить, как часто это делают дети. Поэтому полкилометра очень скоро превратились в милю, и Эций сотню раз пожалел, что не решился на риск.

Теперь они двигались черепашьим ходом. Всё чаще Секст прибегал в оптическому визору, который не выпускал из рук. Он рассматривал воздушное пространство и поглядывал на местность. Особенно его интересовала дорога с разбитым асфальтовым покрытием. На ней действительно виднелись относительно свежие следы от чёрных шин. Дорогой пользовались, нечасто, но следы протектора на засохшей грязи читались издалека.

Он оставил в покое Саркофаг и развернулся к Софии.

- Останься здесь! Я хочу осмотреться и провести дополнительную разведку. Если с капсулой что-то случится, или ты потеряешься, то клянусь всеми богами, я найду тебя и разделаю на органы.

Она утвердительно закивала, прекрасно понимая, что сильный злобный мужчина не шутит. Эций, в свою очередь, побрёл к стоянке – осмотреться. Но вскоре он вернулся к девочке, которая распечатала батончик и с урчанием грызла его.

- Что ещё? – буркнула она.

Эций шагнул к ней и бесцеремонно схватил её в охапку. Девка пискнула от такой грубости. Секст ощупал одежду, провёл руками по плечам, бёдрам, обшарил талию. Девчонка лишь взрагивала от холодных прикосновений его рук. Проверил он и волосы у подростка. Та смутилась, но ничего не сказала, стерпела.

- Скоро буду! – бросил он напоследок, и быстро направился к стоянке.

Его беспокоили мусорные кучи.

Он потратил битый час, изучая наслоения старого, утрамбованного твёрдого мусора, поросший сверху сорняками и ползучей травой. Паранойя и опыт подсказывали ему, что в таких нагромождениях легко спрятать роту боевиков для хорошей засады. Или парочку диверсантов-наблюдателей. Но терриконы и навалы выглядели безжизненными холмиками без видимых следов местных обитателей. Так же, как и дорога, уходящая серым полотном далеко за лес.

Наёмник послонялся вблизи парковки еще какое-то время, и потопал к Софье.2.

Маленькая чертовка хорошо ориентировалась в лесной местности. Она безошибочно, несмотря на темноту, выбирала нужный путь, чтобы можно было без проблем вести каталку с капсулой. Наёмник едва поспевал за ею, обливаясь потом и завидуя её лёгкости. В свете ионного излучателя фигура девочки выглядела невесомой и воздушной, несмотря на обноски.

- Ты неплохо знаешь эти места. Откуда?

- Я выросла в трёхстах милях отсюда. Отец научил.

Они пересекли странную полянку с выжженным центром по самому краешку, вышли на опушку векового леса к груде валунов, облепленных мхом и летучими соцветиями. Софья забежала за груду гранита, а Секст тяжело плюхнулся на задницу.

У него не выходила из головы мысль, что у него на шее затягивалась петля, а девочка лет тринадцати несёт угрозу. Вероятность встретить любую женщину в отдалённом уголке Дикой Территории стремилась к нулю, не говоря уже о ребёнке. В совпадение наёмник никогда не верил. А когда твой зад пытается поджарить команда подготовленных спецов-диверсантов, от «случайной встречи» несло отвратительным предчувствием подвоха.

Не купился он и на надуманную историю с бегством от Ладоги. Сто миль на запад по дебрям – это слишком много для выжившей девочки. Пересечь россыпь мелких озёр, речушек, кряж, кишащее насекомыми болото и гектары леса напрямую невозможно. Только в обход, по извилистым тропинкам и грунтовым дорогам, где и в лучшие годы мало кто ездил. Она точно не добралась сюда пешком. Её обувь относительно цела, не разваливается, а плохая одежда совсем не показатель блуждания по Карелии. Да и сомнительно, что Софья отправилась на Дикую Территорию пешком без нужных вещей, налегке.

- Далеко ещё? – спросил он у вынырнувшей из-за камней девчонки.

- Два или три часа. Должны успеть. В прошлый раз я видела его рано утром. – авторитетно заявила она. – Пойдём?

- Да.

Неподъёмная тележка плохо слушалась в рыхлом песке. Колеса вязли и Секст с трудом удерживал механизм в нужном положении. Кое-как он приспособился, и дело пошло на лад – Саркофаг с Дайаной плыл среди деревьев медленной торпедой. Иногда воровка с русским именем Софья возвращалась и помогала ему, порой бросая короткие недоверчивые взгляды то на Эция, то назад. Её тоже что-то тревожило, но девочка предпочитала молчать. Наёмник мотал информацию на ус, подмечая и другие странности в образе спутницы.

Девчонка держалась очень уверенно. Её поведение не вязалось с зарёванной в доме воровкой. Она двигалась, как опытный охотник, шагая бесшумно и уверенно. А ведь ей на минуточку тринадцать, может, четырнадцать лет. Такому нельзя научить в раннем детстве, да еще в неблагоприятных условиях с отвратительной экологией. Или он сейчас себя накручивал, подгоняя факты под одну нелепую теорию.

- Ты так и не сказал мне своё имя. – проговорила Софья, глядя за вспотевшее лицо наёмника.

- Имя? Зови меня Секст.

- Как секс?

- Нет. СексТ с буквой Т на конце.

«Дурацкое имя, знаю. Но других документов у меня не было под рукой».

- Понятно. Я не вру насчёт трака. Честно.

- Смотри за дорогой.

Девочка демонстративно отвернулась и ушла вперёд, хмыкнув типичное «ага». Русскоязычные люди часто так говорили.

Наёмник не любил огромную Россию. Хотя самые жирные контракты были оттуда. Заказчики с необъятной «раши» платили не торгуясь, как правило. И редко пытались набиваться в друзья, что очень привлекало Секста. Но холодный край вызывал в нём дикое ощущение собственной неполноценности. Эций не понимал, как можно выживать в таких условиях и верить в человечество и духовные принципы, например. Носители «русского» мыслили другими категориями, отторгая от себя и одновременно вызывая восхищение своими поступками. Только в России нельзя быть уверенным в чём-либо. Проще жить одним днём, как это делают местные.

- Софи! – позвал наёмник девчонку.

Она вернулась не сразу. Спустя десять секунд из порослей папоротника вынырнула худая и бледная девка невысокого роста. Её лица он по-прежнему не видел. Только огромные глаза.

Секст протянул ей плитку твёрдого, как камень, сублимированного мясного батончика.

- Пять минут привал. Ты хотела есть? Ешь!

Она недоверчиво взяла из рук найма батончик, понюхала его. Затем пустила в ход зубы, отвернувшись от мужчины. Эций сел на Саркофаг. Есть он перехотел, в отличии от выпивки. Он с наслаждением потирал натруженные ноги, мечтая снять наконец с ног тяжёлые ботинки.

- Секс-д! – позвала она его с батончиком в руке.

- Что?

- Это всё из-за неё? Погоня?

- Не твоё дело! Ешь, у нас мало времени!

Она запечатала угощение и сунула в карман. Сверкнули глаза в сумраке.

- Потом догрызу.

До рассвета они шли молча. Они оставили за собой еще пять полных миль по бездорожью. Эций натёр ногу и сбил дыхание, и как следует, приуныл. Будущее не предвещало ему ничего хорошего. Истощённый организм требовал полноценного отдыха, и чем скорее, тем лучше.

- Еще полкилометра. – сказала Софья, ткнув пальцем в едва видимую точку. Она будто прочитала его мысли, озвучив то, о чём он мечтал с самого утра.

– Там парковка за мусорными кучами. – шепнула она почему-то и снова посмотрела назад. Наблюдательный наёмник отметил про себя эту маленькую особенность.

- Во сколько прибывает твой трак?

- Рано. Я видела его лишь раз, и то издалека. – ответила девочка и запнулась, будто хотела ещё что-то сказать, но в последний момент передумала.

- Хорошо.

Они заложили крутой вираж по дороге к парковочному месту. Девчонка пыталась ему возразить, но Секст настоял на своём. Транспортная стоянка притаилась рядом с бывшим мусорным полигоном, а это считай, сотни гектаров открытого пространства. В любой момент из-за леса могли вынырнуть вражеские птички-коптеры и заснять прогуливающих беглецов. Кроме того, Эций всё еще сомневался в словах подростка. Софья могла всё придумать или приукрасить, как часто это делают дети. Поэтому полкилометра очень скоро превратились в милю, и Эций сотню раз пожалел, что не решился на риск.

Теперь они двигались черепашьим ходом. Всё чаще Секст прибегал в оптическому визору, который не выпускал из рук. Он рассматривал воздушное пространство и поглядывал на местность. Особенно его интересовала дорога с разбитым асфальтовым покрытием. На ней действительно виднелись относительно свежие следы от чёрных шин. Дорогой пользовались, нечасто, но следы протектора на засохшей грязи читались издалека.

Он оставил в покое Саркофаг и развернулся к Софии.

- Останься здесь! Я хочу осмотреться и провести дополнительную разведку. Если с капсулой что-то случится, или ты потеряешься, то клянусь всеми богами, я найду тебя и разделаю на органы.

Она утвердительно закивала, прекрасно понимая, что сильный злобный мужчина не шутит. Эций, в свою очередь, побрёл к стоянке -  осмотреться. Но вскоре он вернулся к девочке, которая распечатала батончик и с урчанием грызла его.

- Что ещё? – буркнула она.

Эций шагнул к ней и бесцеремонно схватил её в охапку. Девка пискнула от такой грубости. Секст ощупал одежду, провёл руками по плечам, бёдрам, обшарил талию. Девчонка лишь взрагивала от холодных прикосновений его рук. Проверил он и волосы у подростка. Та смутилась, но ничего не сказала, стерпела.

- Скоро буду! – бросил он напоследок, и быстро направился к стоянке.

Его беспокоили мусорные кучи.

Он потратил битый час, изучая наслоения старого, утрамбованного твёрдого мусора, поросший сверху сорняками и ползучей травой. Паранойя и опыт подсказывали ему, что в таких нагромождениях легко спрятать роту боевиков для хорошей засады. Или парочку диверсантов-наблюдателей. Но терриконы и навалы выглядели безжизненными холмиками без видимых следов местных обитателей. Так же, как и дорога, уходящая серым полотном далеко за лес.

Наёмник послонялся вблизи парковки еще какое-то время, и потопал к Софье.

(продолжение следует...).

- Тебя всё равно достанут, наёмник! И девку твою тоже. Не я, так кто-то другой.  Твоя рожа в списках на уничтожение во всём Московском округе. Двадцать агентов, первоклассных спецов, выехали по твою шкурку. Они тебя разыщут, и трахнут. Беги, крыса, беги!

Секст Эций подобное слышал не раз.

- Спокойной ночи!

Импульсная винтовка хлопнула дважды. Раненый дёрнулся в последний раз и затих. Зловещее лицо покойника уставилось на хмурое сентябрьское небо.

Тень, загородившее собой солнце, вдруг разом исчезла.

Секст Эций опустил чужое оружие. Вздоха облегчения он не почувствовал. Если террор прав, то проблемы у найма только начинались. Он едва не погиб в схватке с двумя бегунками, и чудом спасся от переносной армы, когда спрыгнул с бота в поросль. А противостоять квадам из двадцати боевиков – самоубийство. Оставалось только бежать куда глаза глядят. Но куда?

Даже «на колёсах» у него оставалось мало вариантов. Мобильный противник наверняка патрулирует основные трассы. Оставалось пробираться просёлочными дорогами через болота и леса, срезая там, где это возможно. Секст мог попробовать выехать к радиационному сектору, и улизнуть по краешку опасного участку, проезжая мимо выжженных посёлков и городков. Вариант неплохой, но убитый Эцием террор на него так и вышел. Проехал по следам протекторов, видных даже ночью, и едва не снёс ему голову. Теперь эти рассуждения бесполезны. Мотобот уничтожен. Достать грузовик он не сможет, не говоря о приспособленном для перевозки тяжестей мобильном байке. Пора забыть в ближайшей перспективе о транспорте.

Уйти от терроров он мог лишь пешком, продираясь по лесам и полям Карелии далеко на Север. Затем сотню миль пробираться вдоль очага заражения, пытаясь замести следы. В одиночку это нетрудно, даже с тяжёлым рюкзаком на спине. Благо есть подвесная система. Главное, не останавливаться. Если повезёт, он сбросит преследователей раньше, выйдя к Ладогскому морю. Перезимовать не проблема, когда есть рядом озеро или река под боком. Наловить рыбы он сможет, а в полях неизменно попадался дикий картофель.

Вопрос в другом. Как быть с ней?

Эций склонился над автономной капсулой, где в технологической жидкости плавала синеволосая девушка. Она казалась спящей куклой, которая вот-вот откроет глаза и скажет «мама». Вот уже полгода она колесила вместе с ним по городам и дорогам. Они спасались от Волны и войны, радовала своим молчанием, когда у него были психические обострения. За неё авансом заплатили большие деньги, чтобы наёмник за ней присматривал. Он и присматривал.

Пока его самого едва не убили. Теперь на повестке дня встал вопрос о собственном выживании. Он не сможет таскать за собой эту куклу по пересечённой местности. Терроры загонят его, как дичь, даже не запыхавшись. А Саркофаг нуждался в периодическом обслуживании, не говоря уже о том, что тушку внутри нужно периодически подкармливать белково-углеводным коктейлем. На две недели у него осталось еды для «неё». Но протянет ли он в бегах такой огромный срок?

Полмиллиона криптоденег за мёртвого Эция – неудивительно, что терроры взялись за него всерьёз, раз сами, без посредников, подрядились на этот контракт. Обычно они мало занимались ликвидациями, предпочитая подрывать терминалы с топливом и логистические хабы. Но не в этот раз. Видимо, заказчику требовалось кровь с носу стереть с лица земли беглого наёмника. Вот он и отправил резервы на немедленное уничтожение. Интересно бы узнать имя заказчика!

Секст Эций обобрал карманы убитого. Винтовку он бросил в овраг, патроны ссыпал в карман. Маячок с GPS-сигналом сразу же уничтожил. Пока труп найдут, он сможет на пять-шесть часов оторваться. С большой неохотой он схватился за двухколёсную тележку с капсулой, и обречённо поволочил ноги по сыпучей балке, толкая впереди себя груз.

Каждое движение сопровождалось болезненными ощущениями в мышцах. Вены на руках вспучились от серьёзных физических нагрузок. Пошёл третий день, как он спасался бегством от погони. Теперь его желание сводилось к простому «упасть и не вставать». Нечеловеческими усилиями он заставлял себя двигаться дальше, по узким, едва заметным звериным тропам Дикой Карелии, и тащить капсулу с синеволосой девчонкой. Все чаще его посещала мысль оставить синеволосую девку в укромном месте, и залечь на дно в какой-нибудь берлоге. А ведь рядом проходила граница, разделяющая безлюдную Карелию и цивилизованный Питерский округ.

Неспроста эти места называли Дикими землями. Безлюдные, малонаселённые территории с густой растительностью, гнусом и болотами привлекали редких искателей приключений. Пустынные дороги зарастали травой и кустарником, бетонные шоссе терялись в лесных чащах и огромных зарослях мутировавшей ежевики. Чем ближе к Запретной зоне, тем чаще попадались места с повышенным радиофоном.

Но такое название Карелия получила не из-за бурной растительности и близости к точке падения ядерной боеголовки. Что-то жуткое и потустороннее происходило на Дикой территории. А нет ничего сильнее, чем сильный людской страх, вызванный вмешательством тёмных сил.  Поэтому и называли её Дикой или Ничейной территорией.

Наёмник Эций скептически относился к подобным россказням, искренне считая сказки плодом воображения. Он привык доверять научной мысли, но не людским пересудам. Даже когда терроры загнали его глубоко в тыл, Секст больше опасался преследователей, чем потусторонней гиперборейской кары. Этими байками только детей пугать.

Закат солнца застал измученного Эция у подъёма на невысокий холм, густо поросший лапчатым ельником. Он бросил Саркофаг вместе с рамой и направился в лес – отлить и немного осмотреться.  Это была первая остановка после стычки с боевиками. Всё это время наёмник рвался изо всех сил на северо-восток, поближе к зоне загрязнения. Терроры прочёсывали окрестности, пуская дроны далеко вперёд. Спутники пока работали в этих местах, чем с успехом пользовался и противник. Рано или поздно они его настигнут, если только Секст чудом не оторвётся.

Он сильно обрадовался, когда наткнулся на развалины старого дома. Крепкое строение встретило его запустением и шуршащей крошкой под ногами. А еще крышей над головой. Сегодня Эций заночует не в лесу, где шныряют рыси и голодные лисоволки, а под охраной кирпичных стен. Если только убийцы не выйдут на него.

Наёмник только со второй попытки сумел втянуть внутрь тяжёлую двухколёсную телегу. Отстёгивать Саркофаг он не стал, оставив его в полулежачем положении. Зато сбросил ненавистный рюкзак. На большее сил у наёмника не хватило. Он растянулся на пыльном полу, упёршись спиной к стене, прикрыл веки. Он хотел лишь с полчасика перевести дух, но в итоге усталость сморила путника.

Очнулся он в полной темноте от тихого шороха. Он сразу понял, что допустил серьёзную ошибку, позволив уставшему организму уснуть. Но волновало теперь его не это. Кто-то копался в его вещах, притом внаглую, ничего не боясь. Даже рысь и та побаивалась подходить настолько близко к человеку. Пистолет сам влез в пальцы, придав уверенности наёмнику. Он моргнул глазами несколько раз, привыкая к темноте, и наконец увидел, кто там шурудит. Фигура воришки вынырнула из чернильного пространства худым сгорбленным силуэтом над большим походным рюкзаком. Его рюкзаком!

Наёмник собрал все силы в кулак и резким движением поднялся на ноги. Захрустел песок под ботинками, в бок отлетел кусок кирпича.

- Стой! Или я стреляй! – косноязычно рявкнул Секст, ловя силуэт пистолетом.

От окрика и возни за спиной фигура коротко, по-детски, вскрикнула и застыла на месте. Через миг тишину наполнили жалкие всхлипы плачущего воришки, подозрительно похожего на подростка-девочку.

- Не убивайте! – сквозь слёзы проговорила воровка. Её плечи содрогались от тихих всхлипываний. Обескураженный Секст замялся с ответом. Он совсем не знал, как себя вести с детьми.

- Замри на месте. Только не убегай. И тогда я не причиню тебе зла.

- Ага. – всхлипнула девочка.

- В боковом кармане лежит излучатель. Дай сюда.

Она шмыгнула носом. Худые руки проворно зашарили по рюкзаку. Наконец она извлекла из одного из них небольшой карандаш.

- Это?

- Давай.

Наёмник выдернул из рук воровки излучатель, сломал его наполовину и нажал на углубление в одной из половинок. Тусклый синий свет выхватил из кромешной темноты распотрошённый рюкзак, часть Саркофага, мирно покоящегося на треноге с двумя колесами, и худую растрёпанную замарашку с узким разрезом глаз. Более жалкого зрелища он не видал. Даже бедняки в трущобах одевались поприличнее. Воришка хлопала зарёванными глазами и щурилась, со страхом и интересом рассматривая мужчину с пистолетом напротив.

- Зачем шла за мной? Говори! – он опустил пистолет, но взгляда с неё не сводил. Где-то недалеко по Дикой территории колесили вооружённые тройки терроров, которые усиленно искали одного наглого наёмника с одним ценным грузом. И тот факт, что за ним таскалась бродяжка, о которой он даже не догадывался, сильно напрягала Эция.

- Честное слово, я не специально, мне было страшно! Я заблудилась немного, и отчаялась выбраться с этой глуши. Но появился ты, и я стала держаться возле тебя. Ты большой, добрый и сильный. Здесь были и другие люди, злые. А ты…ты не злой.

Девочка села и обняла свои драные колени.

- Это я-то добрый?

- Ты добрый. Ты возишься с этой капсулой. В ней перевозят людей, которые упали без сознания. Будь ты плохим, давно бросил длинный ящик и пошёл бы налегке.

«За это мне заплатили наперёд».

- Почему ты копалась в моих вещах?

- Я думала, ты умер. Ты выглядел, как умерший. Я вначале хотела уйти, но я не знала, где взять еды. Я не ела два дня. В лесу нет ничего. Тут нигде нет ничего съестного! – снова всхлипнула девочка. На вид ей было 12-13 лет.

Она не врала. Судя по обноскам, маленькая путешественница шла долго по Дикой территории. И эту бескрайнюю пустошь не зря называли «дикой». Люди обходили стороной местность, прилегающую к радиоактивному пятну, и даже звери предпочитали не соваться вглубь пустынного безмолвия. И тем более было безумным встретить здесь худосочного подростка с хлюпающим носом и спутанным пучком волос.

- Я мог тебя убить. Я думал, ко мне крадётся рысь.

«Или терроры!» - закончил мысль Эций.

- Но я не рысь! Не убивайте меня, пожалуйста. Я всего лишь хотела есть!  

- Ты меня пыталась обокрасть. Тебе придётся уйти.

- Тогда я умру тут одна… - плакала беззвучно девочка, вытирая крупные слёзы рукавом.

- Не умрёшь. Одному всегда проще выживать. На западе есть море. Огромное море. Там полно рыбы. И есть люди.

- Плохие люди. Я от них сбежала. Пошла напрямик через леса и пустыни.

- У меня мало еды. – наёмника не покидала мысль, что девочка взялась здесь не просто так. Она явно что-то скрывала.

- Возьмите меня с собой. Есть способ покинуть это место. Уехать на огромном грузовике. Я знаю, где он останавливается. Знаю и покажу, только возьмите меня с собой. Пожалуйста.

А вот это уже было интересно. Трак, в Карелии? Любопытно.

- Какой ещё грузовик? – поинтересовался Секст.

- Большой. Он перевозит людей. Я видела сама. Но куда он едет, я не знаю. Возьмите меня, не пожалеете. Я не буду плакать и покажу, где он обычно останавливается.

Эций наморщил лоб. Здравый смысл подсказывал ему поступить по-своему – придерживаться первоначальному плану. Верить на слово чумазой девчонки – сомнительный выбор. Только вот пространства для манёвров у него не осталось. Куда ни глянь, его везде ждал риск. А подросток предлагал ему реальный шанс выбраться из переделки. Если только она не соврала…

- Где эта остановка?

- Недалеко. – подумал немного, ответила она. – Там.

Палец девчонки указывал на северо-восток. Слегка не в ту сторону, куда бежал Эций.

- Если ты меня обманула, я убью тебя! – сказал серьёзно Эций, пряча пистолет. Аборигенка испуганно кивнула.

Далеко отсюда ночную тишину порвала оружейная очередь. Стреляли из крупного калибра. Терроры подобрались совсем рядом и совсем не скрывали своих намерений.

Эций выкатил двухколёсную тележку с капсулой из убежища, и неспешно направил её в горку. Воровка, опомнившись, бросилась ему помогать, подталкивая Саркофаг, заодно облегчая наёмнику жизнь.

- Меня Софья зовут! – сказала она.

(продолжение следует...)