Ничего не изменно. Похоже попрошайничество у них в крови
Литва, Вильнюс. У входа в магазин Maxima стоит с коробочкой и терминалом. Как можно себя так унижать?
Показать полностью
1
0 просмотренных постов скрыто
Исповедь дворца на площади Даукантаса
От автора: рассказ о Президентском дворце в Вильнюсе написан от лица самого дворца. Подписи к изображениям в традиционном ключе.
Меня называют по-разному. Епископский, Генерал-губернаторский, Кутузовский, Президентский. Я не обижаюсь. Имена приходят и уходят. Остаётся только камень. И память.
С какой бы стороны вы ни вышли на площадь С. Даукантаса, узкая улочка внезапно расширяется и приводит на площадь, где доминируют строения конца XVIII – начала XIX в. в стиле классицизма: бывшие дома вельмож и нынешний Президентский дворец.
Глава 1. XIV век. Крещение и первый камень
Всё началось в 1387 году. Великий князь Ягайло, крестив Литву, подарил моё место Виленскому епископату . Тогда здесь стояли палаты Гаштольда, и я был ещё деревянным, готическим. Но уже тогда понимал, что мне суждено стоять в центре истории.
Глава 2. 1795 год. Приход империи
Когда случился третий раздел Речи Посполитой, всё изменилось. С 1795 года я стал официальной резиденцией генерал-губернатора Северо-Западного края. Российская империя. И началось...
Через меня прошли они все. Павел I в 1797-м, с мальчиками Александром и Константином . Потом — Кутузов. Дважды сидел в моих стенах как губернатор, в 1800-м и 1809-м. Тихий был, хозяйственный. А в 1812-м... О, 1812-й я помню особенно.
Глава 3. 1812 год. Два императора
С апреля здесь жил Александр I. Император всероссийский. А через пару месяцев, в июне, в мои покои вошёл Наполеон. Француз. Враг. Я помню запах его одеколона и скрип сапог по паркету, который ещё не высох после русской весны. Он ночевал в тех же комнатах, где за несколько недель до него спал русский царь. Вот это была ирония.
В кабинете Александра полковник Балашов на вопрос Наполеона, как лучше пройти к Москве, спокойно ответил: «Есть несколько дорог, Ваше величество. Карл XII, например, шел через Полтаву». Я замер. Дерзость была неслыханная. Но Наполеон не был бы так популярен, если бы не был великодушен. Балашов ушел спокойно.
Балашов и Наполеон, работа Андрея Владимировича Николаева (1922-2013)
А в конце года вернулся Кутузов. Уже фельдмаршал, победитель. В Белом зале Александр I вручил ему орден Святого Георгия первой степени — «за спасение Отечества». Я видел эту сцену. Видел, как старый полководец плакал. Или мне показалось? Стены иногда слишком далеко.
Белый зал сегодня.
Глава 4. 1824–1832 годы. Лицо империи
Потом пришёл петербургский архитектор Стасов. По приказу Александра I он перестроил меня, придал тот вид, который вы видите сейчас. Строгий, величественный, классицистический — настоящий имперский ампир. Те самые белые колонны, треугольные фронтоны, симметрия, от которой захватывает дух. Я стал лицом России в этом крае. И оставался им больше ста лет.
Фасад дворца.
Здесь, в моих стенах, с 1819 года действовала домовая церковь Святого Александра Невского. С походным иконостасом, который сам император возил в войне 1812 года. Здесь, в кордегардии напротив, открыли Музей графа Муравьёва в 1901-м. Спорная фигура, да. Но это была эпоха.
Кордегардия (слева; ныне Колонный зал).
Музей памяти графа М.Н. Муравьева в Вильно (1901—1915 гг.).
Глава 5. XX век. Разруха и переименования
1915-й. Музей эвакуировали, памятник Муравьёву с площади увезли. Потом были поляки, Пилсудский, репрезентативный дворец Речи Посполитой. Потом Советы. Сначала Дом офицеров, потом Дом работников искусств. В Белом зале, где Кутузов получал орден, танцевали под духовой оркестр. Я молчал. Я умею ждать.
Глава 6. 1997 год. Переходный период
И вот — 1997-й. Реставрация, шум, строительная пыль. Меня готовили к новой роли. Теперь я — резиденция президента Литвы. Жёлто-зелёно-красный флаг над моей крышей. Каждое воскресенье в полдень — торжественная церемония, солдаты в средневековых доспехах. Красиво. Имеют право.
Но я помню. Я всё помню. Я помню запах ладана в Александро-Невской церкви. Помню звон шпор русских генералов. Помню, как пахло кожей императорских карет на площади, где сейчас стоят флагштоки ЕС и НАТО.
И знаете, я не держу зла. История не терпит сослагательного наклонения. Но я — камень. И могу позволить себе быть терпеливым.
Сегодняшние хозяева принимают здесь делегации, подписывают договоры, ориентируются на Брюссель. Это их право. Они выбрали свой путь. Я лишь смотрю.
Но я видел слишком много смен власти, чтобы верить в вечность какого-нибудь выбора. И когда-нибудь в Вильнюсе наверняка вспомнят простую географию: для Москвы эта земля — форпост, а для Брюсселя — задворки.
Странные скульптуры рядом с Президентским дворцом. Есть еще.
И когда в Литве возобладает здравый смысл и уважение к реальности, тогда, я уверен, высокие гости с востока снова войдут в мои двери. Потому что Россия никуда не денется. И Литва — тоже. И мой фундамент, заложенный ещё в XIV веке, выдержит и это.
Я не политик. Я — дворец. Мне всё равно, чей флаг надо мной сегодня. Но я знаю: камень, из которого я сложен, — местный. А строили меня русские зодчие для русских генерал-губернаторов. Это — моя суть. Остальное — временно.
Я подожду. Я умею. Мне не привыкать.
Показать полностью
10
Ответ YanSev в «Про украинцев и г08но»7
В мае прошлого года ездили из Москвы в Калининград на машине. Через Литву. В Вильнюсе заехали в Икею поностальгировать по фрикаделькам)
Молодой парень на раздаче русского не знал (что неудивительно), а в английском мы с ним, вероятно, учили разные половины языка. В общем, он позвал, чтобы нас обслужить, пожилую даму, которая хорошо знает русский.
Но никакого негатива в его поведении не было, он сначала честно пытался понять, что мы хотим.
В Мариямполе в маке и на заправке на трассе тоже с нами общались нормально, хотя наверняка с первых секунд поняли, что мы из России.
Или люди нам попадались нормальные, или такое отношение из-за того, что мы клиенты, я сказать не могу.
А около одного кафе на трассе (мы внутрь не ходили, просто покурить остановились) трое парней, увидев русские номера, нам большой палец показали.
При этом в самом Вильнюсе на автобусах и троллейбусах на маршрутоуказателях вот такие надписи, не особо располагающие к любви к России:
Показать полностью
2
Строительство оборонительной стены Вильнюса
Поскольку в начале 15 в, после исчезновения угрозы со стороны Тевтонского ордена, для Вильнюса долгое время никто не представлял большой опасности, столица Великого княжества Литовского (ВКЛ) не была окружена каменной стеной. Считалось, что для её защиты достаточно Верхнего и Нижнего замков.
Ситуация кардинально изменилась в начале 16 в, когда всё большую угрозу стали представлять соседи — усиливающийся Крымское ханство и превращающееся в новый центр восточных славян Великое княжество Московское.
💡На илл. 1а изображена реконструкция обеих крепостей. Их внешний вид можно сравнить с современным центром старого города на илл. 1б. Например, из Верхнего замка сохранилась башня Гедимина с фундаментами прилегающих стен, а одна из башен Нижнего замка стала современной колокольней кафедрального собора, кроме того, легко узнаваем дворец правителей ВКЛ.
⏳В 1503 году набег татар, достигший глубин страны за пределами Вильнюса, настолько напугал горожан, что они попросили магистрата обратиться к литовскому правителю Александру (гравюра 2) с просьбой разрешить строительство оборонительных укреплений. Великий князь Александр предоставил Вильнюсу эту привилегию в том же году. Быстрота этого решения обусловлена тем, что он уже воевал с татарами. Для ускорения работ король даже освободил горожан на один год от военной повинности.
⏳Столицу предстояло окружить стеной за счёт горожан и обустроить в ней пять ворот у важных дорог, а также там, где стена соединялась бы с Нижним замком, где располагался двор великого князя. Строить стену обязаны были все жители города. В привилегии отдельно объявлялось, что те, кто не желает участвовать в укреплении города, будут выселены за пределы стен, а их участки и дома в городе конфискованы. Те, кто из-за нехватки средств не мог строить каменные укрепления, должны были временно укрепить участок стены бревенчатыми заграждениями — частоколом. Но всё равно постоянно была нехватка денег. Строительство своими средствами поддерживал вильнюсский епископ Альберт I Табор (Albertas I Taboras), он же освятил начало строительства стены.
Черным отмечены сохранившиеся стены, ворота и башни, красным – точно известные археологами месторасположения, красным пунктиром – предполагаемые месторасположения
⏳Одним из архитекторов-строителей стены называют Миколаса Энкингера (Mykolas Enkingeris). В скорости за год был построен первый вариант стены, но окончательно все работы завершились в 1522 году. Стена (фото 4), сложенная из кирпича, на самом деле была внушительной: длина — около 3,5 км, средняя высота — около 6,5 м (местами достигала до 12 м), толщина у основания — до 1,5 м. Сверху были устроены крытые галереи для обхода часовых, в самой стене — бойницы. Стену окружали глубокие рвы, наполненные водой из ближайшего речки. Охватываемая ими площадь около 100 га — основная часть сохранившегося до сих пор Старого города. В стене было пять ворот (со временем их число удвоилось), несколько башен. На севере стена соединялась с Нижним замком, который надёжно защищал северные подступы к городу.
💡Оборонительная стена не только защищала от врагов, но и помогала поддерживать порядок, останавливая волны эпидемий, бушевавшие за городом. Если в стране начиналась чума, магистрат объявлял карантин и ограничивал контакты горожан с внешним миром.
⏳В 1648 году картограф Фридрих Гедкант (Frydrichas Gedkantas) составил план города и пригородов (фото 3), по которому мы более менее точно знаем расположение отдельных частей стены. Скорее всего, именно Гедкант спроектировал бастион, сохранившийся до наших дней, предназначенный для усиления города с восточной стороны (фото 5). Этот бастион служил средством обороны против пороховых пушек.
💡К сожалению, до наших дней сохранились только Медининкские ворота, ныне называемые воротами Аушрос / Зари (фото 6). Считается, что это произошло благодаря почитаемой католиками иконе Девы Марии. Её особый религиозный статус заставлял городскую администрацию заботиться о башне и своевременно её ремонтировать.
P.S. Эта статья переведенная на литовский и многое другое есть на моем канале ТГ.
Показать полностью
7
Цемах Шабад 1) Врач-гуманист, ставший прототипом Айболита
Цемах Шабад (1864–1935 гг., также Тимовей Осипович, лит. Cemachas Šabadas, пол. Cemach Szabad) — врач еврейского происхождения из Вильнюса, активный общественный деятель. Считается прототипом литературного доктора Айболита (правда высказывают сомнения по поводу правдивости этой безусловно красивой версии).
Первый раз прогуливаясь по Старому городу Вильнюса, не ожидаешь встретить уютный памятник, изображающий Шабада, разговаривающего с девочкой, которая держит в руках кота. Работа скульптора Ромуалдаса Квинтаса (лит. Romualdas Kvintas) излучает тепло и дружелюбие, и это не случайно.
⭐️ В 1930-ых годах Шабад работал в больнице, где оказывалась бесплатная помощь всем бедным и детям Вильнюса. Он понимал, что многие болезни жителей города обусловлены плохими условиями жизни и несоблюдением санитарных норм. Бедных просвещали и призывали соблюдать чистоту — проводились лекции, печатались и распространялись различные печатные издания.
⭐️ Благодаря Шабаду и возглавляемым им организациям был создан приют для сирот. Также содержались десятки школьных столовых, где питались дети из малоимущих семей.
⭐️ Успешно реализовал проект «Капля молока», предназначенный для малообеспеченных женщин с младенцами, которым бесплатно предоставлялись молоко, одежда и продукты.
Основные вехи биографии:
⏳ в 1889 г. окончил медицинский факультет Московского университета, участвовал в кружках еврейских социалистов;
⏳ в 1891 г. вместе с другими литовскими врачами отправился бороться с холерой в Тамбовской и Астраханской губерниях;
⏳ с 1894 г. жил в Вильнюсе; вернувшись, присоединился к деятельности «Bunda» (*) (идиш "Единство, союз");
(*) Всеобщий союз еврейских рабочих-социал-демократов;
⏳ в 1905 г. был арестован за политическую деятельность, полгода провёл в Лукишкской тюрьме (*), а затем был сослан за границу;
(*) Lukiškių kalėjimas - бывшая тюрьма Вильнюса, знаковое место подобно Крестам в СПб;
⏳ в 1906-1911 гг., обучаясь в университетах Вены, Гейдельберга и Берлина, продолжал заниматься медициной в Германии;
⏳ в 1912 г. получил разрешение вернуться в Литву;
⏳ в 1915 г. служил военным врачом во время Первой мировой войны;
⏳ с 1919 года был членом городской думы Вильнюса; одновременно участвовал в десятках еврейских и литвакских организаций;
⏳ В 1928-1930 годах избирался депутатом Сейма Польши (*) от Народной партии; после раскола партии был избран председателем её «литовской» части;
(*) во время Второй Польской Республики / Речи Посполитой
🪦 В 1935 году умер после того как случайно порезался во время операции и получил заражение крови; похоронен на еврейском кладбище в Ужуписе ("Заречье", район Вильнюса рядом со Старым городом).
Об уважении и любови горожан говорит тот факт, что в день похорон не работали не только еврейские магазины и организации, но и городские коммунальные службы, банки, а проститься с доктором пришло около 35 тысяч человек (при том что тогда в Вильнюсе проживало всего примерно 200 тысяч жителей).
Корней Чуковский в мемуарах вспоминал один характерный случай: «Дети не только сами приходили к нему, но и приносили больных животных…Как-то утром пришли к доктору трое плачущих детей. Они принесли ему кошку, у которой язык был проткнут рыболовным крючком. Кошка ревела. Ее язык был весь в крови. Тимофей Осипович вооружился щипцами, вставил кошке в рот какую-то распорку и очень ловким движением вытащил крючок. Вот я и подумал, как было бы чудно написать сказку про такого доброго доктора.»
Возможно, отсылка на похожий случай и увековечена в памятнике.
P.S. Эта статья переведенная на литовский и многое другое есть на моем канале ТГ.
P.S. Еще пару статей про этот памятник:
Памятник Айболиту в Вильнюсе
Он существует!
Показать полностью
2
В европейском информпространстве неожиданно вынырнула Ангела Меркель!
Некоторые из умозаключений экс-канцлера хорошо нам известны и по сути были лишь повторением. Это относится, в частности, к двойным стандартам Запада по Минским соглашениям 2015 года и задумкам того периода. А вот то, что сказала Меркель о позиции поляков и прибалтов относительно отказа налаживания диалога с Россией в 2021 году по украинской тематике, заслуживает нашего внимания.
Рассуждая вслух, скажем, что более злопыхательски настроенных соседей тогда у России не было. Нет их и сейчас.
Уже тогда Варшава, Вильнюс, Таллинн и Рига ощутили авантюрно-русофобскую суть режима Зеленского и страстно возжелали дальнейшего обострения в отношениях с нами при мощной подпорке блока НАТО. О масштабах бедствия там думать не привыкли. Именно эти эмоции перекрыли здравый смысл и элементарную осторожность в военно-политических расчётах.
Понятно, что им хотелось большого антирусского шабаша, а там, дескать, будет видно! В самом же Брюсселе основное, включая многочисленные пакеты санкций, уже было просчитано. В результате и возобладала штурмовая логика в стиле Бориса Джонсона.
Убеждён, что споры и интерпретации вокруг высказываний Меркель будут продолжены. Их надо взять на заметку для анализа механизма принятия решений в кабинетах Евросоюза.
Отмечу и то, что развёрнутое интервью опытной Меркель вызвало неоднозначную реакцию в самой Германии. Канцлер Мерц, в частности, был раздражён и не скрывал своих резких оценок.
Развитие ситуации будет интересно анализировать.
Показать полностью
Города СССР #45. Вильнюс. Столица Литовской ССР. Фото 1970-80 годов
1. Вид на башню Гедимина. 1974 год.
2. Костёл Святой Анны. 1975 год.
3. Замковая улица. 1976 год.
4. Гоночные автомобили участников соревнований по авторалли. 1979 год.
5. Проезжая часть Зелёного моста. 1979 год.
6. Улица Гаоно. 1982 год.
7. Площадь В.И. Ленина. 1983 год.
8. Вид на город. 1985 год.
9. Теплоход Киев на реке Нерис у причала. 1988 год.
10. Ратушная площадь. 1989 год.
Показать полностью
9
Политика
Наговаривают на прибалтийских тигров2
