Высокодозная Химиотерапия как стиль жизни
Это продолжение моей истории
С чего все начиналось:
Как я жил с раком первые месяцы
Как меня обманула Изольда
Как события развивались дальше
Существует такое направление лечения онкобольных как адъювантная химиотерапия – лекарственная терапия после опреации, направленная на уничтожение раковых клеточек, гуляющих по организму и готовящих "БУУУУУУНД". Перед ее началом пациента готовят похлеще, чем космонавта в полет: заряжают различного рода протекторами организма – «разноцветными витаминками» – и только потом уже вводят химический коктейль, способный снести башню не только тебе, но и непрошеным «членистоногим» гостям. Ибо как говорит моя дама сердца, под словосочетанием «богатый внутренний мир» должны подразумеваться интеллект и одаренность, а не разнообразие мутировавших клеток.
Мой курс терапии состоял из нескольких блоков, каждый из которых был представлен трем видом химий: слабеньким апперетивчиком (2 захода в больничку по 3 дня в ней), более крепким алкоголем *зачеркнуто* (2 захода по неделе) и, наконец, Его Величеством Абсентом – высокодозной химиотерапией. На ней можно остановиться поподробнее.
Мощное и действенное оружие массового поражения против солдат раковой армии (и это я не про игроков в Доту) – это высокодозная химиотерапия, и имя ей метотрексат. Если обычно людям капают по 9 000-10 000 мг, то мне, большому мальчику-супермутанту, нужно было накапать 24 000 мг. От химозы дохнут кони, ну а я – бессмертный пони!
Зимне-весенний сезон 2018-го года казался мне одним большим днем сурка: Песочка-капельницы-дом-Песочка. Сама химия капалась 12 часов, а вот протекторы... Они весели круглые стуки, кап-кап по венам. Сильных ударов от первых двух препаратов я не чувствовал – переносил всё прекрасно. Правда, это больше относилось к моему самочувствию, по анализу крови всё было не так радостно. Но если бы и кровь была огонь, то это означало, что химия вовсе не помогает, поэтому я и не жаловался.
Единственное, что как-то меня напрягало – это жор, который преследовал меня от волшебного противовоспалительного препарата дексаметазона (стероиды, хе-хе), и режим беременной женщины – от химии. Сейчас ты хочешь одно, через пару часов понимаешь, что в жизни это никогда не съел бы (даже если блюдо не представляет из себя кулинарный изыск по типу селедки, панированной в кофейных зернах и разогретой в микроволновке).
По бумажкам, в Песочку меня клали в пятницу, но выходные, по договоренности с врачом, проводил всегда дома. Какой смысл лежать в больничке, когда есть возможность провести два лишних дня за любимым компьютером в кругу семьи? Благо все это понимали, поэтому отпускали без проблем. У меня даже была выработана своя схема: раскидать в палате вещи (вдруг проверка? Узнают – по голове настучат всем) и уехать на 109-м автобусе домой. Тяжелый у этого автобуса маршрут – целых четыре онкологические больницы на пути. Утренняя фура с кровью для вампиров КНПЦСВМП(о) для сдачи крови вечно забитый битком и обязательно с людьми с диагнозом страшнее чем у тебя. Война костылями!!! Однажды я даже стал свидетелем того, как при резком торможении автобуса мужичок случайно выбил костылем стекло-перегородку, осыпав миллионами осколков переднюю площадку.
Выходные перед курсом химии всегда пролетали практически незаметно. И всякий раз неизменно в 9 утра я появлялся на пороге своей палаты, заряженный отдыхом и с большим мешком стеклотары, наполненной волшебным напитком, делающим всех моих сопалатовцев немного счастливее (вот и подумайте теперь, о каком напитке идет речь). Как правило, я приносил 9 литров – к обеду, собственно говоря, не оставалось ничего.
Далее шла подготовка к бою: для того чтоб вены на руках не сгорели окончательно, на время проведения химиотерапии мне ставили подключичный катетер. Это очень удобная штука – благодаря ей у тебя свободны руки. Ничего не тянет и полная свобода действий, только вешалку толкай. Этот катетер этот ставят в реанимационном отделении, где так не любят гостей с четвертого этажа (отделение химиотерапии и солидных опухолей – ударение на первый слог) – уж очень мы частые мы гости их подвала.
Помню, когда мне делали высокодоз впервые, в лаборатории, заведующей препаратами, не знали заранее о моей нехилой дозировке, поэтому в их арсенале имелись только ампулы по 100 мг. Итог: на одного человека им пришлось вскрывать… хмм…несложными подсчетами… 240 ампул. Думаю, меня возненавидела половина лаборатории. Запомнила, по крайней мере, точно.
В день в меня вкачивалось 5-6 литровых банок протекторов. На отделении меня прозвали богатырем, потому что вешалку с банками я не толкал, а носил на весу и всегда набирал все банки – уж очень надоедал этот звук колёсиков об линолеум, он чем-то напоминал аэропорт или вокзал. Время не теряем, спортом занимаемся, так сказать – в добавок к зверскому аппетиту я не мог себе позволить не делать хоть какие-то нагрузки, пусть и самые малые.
Для проведения высокодозной составляющей моего блока лечения требовалась специальный подход. Каждый день мне выдавали листочки с таблицами, где я должен был заполнять показатели своего здоровья, где самым странным показателем было Ph мочи. Мне выдали специальные индикаторы этого показателя, и каждые 3 часа я должен был делать замер. Если в норму не попадал, то у меня было два варианта развития событий: либо сода внутривенно, либо зеленая стеклянная бутылка (это важно!) Ессентуков 17 орально. Минералогическая составляющая – наше все! Да, именно это пойло я приносил в стеклотаре своим сопалатовцам, а не то, что вы подумали.
Далее из таблицы была кровь. Серьёзно? Кровь?! Да. Каждые 6 часов сдача крови на выведение этой химии, до тех самых пор, пока она не выведется до определенного показателя. У меня мощные войска, но даже они не могли так быстро выводить метотрексат. Полностью вывелся он только через 4 дня. В месте, где была венка для забора крови на всю жизнь остался рубец – она исстрадалась изрядно…
Развлечение, конечно, с этими заборами и замерами было ещё то. Именно тогда я очень сблизился с медперсоналом: с процедурными и постовыми медсестрами, с некоторыми из них я общаюсь и по сей день. Им был выдан такой-же лист-таблица, где они должны были отмечать мои показатели. Иногда даже ставки делали)
Таким образом, что мы имели к концу битвы – печень не первой свежести (но в базарный день продать можно). В марте подхватил какую-то ОРВИшку, но тогда она мне точно не казалась проблемой для моих целей. Крякнем, плюнем и надежно склеим скотчем. Все починим и будем готовы к следующему сражению – именно такая установка была у меня на момент.
5.03.2018
____________________
Спасибо большое, что Следите за моей историей, мне это действительно очень важно!
У меня ещё есть инстаграм, в котором я стараюсь делать посты. Не всегда получается, к сожалению. @/grigory.kiryakov
