Властелин Колёс. Отзыв о романе Роберта Джордана «Око Мира»⁠⁠

Вы помните момент, когда жанр высокого, героического фэнтези отступил в тень под наплывом фэнтези темного? На экранах это произошло, пожалуй, в 2011 году, когда вышла «Игра Престолов». Тогда все вмиг поняли, что сказка про драконов увлечет куда сильнее, если где-то рядом люди будут резать друг другу глотки, потакая своим меркантильным интересам и прихотям, а на фоне единорогов, вопреки заветам Джоан Роулинг, начнут-таки трахаться.

В сфере книжного рынка вытеснение высокого фэнтези темным протекало более плавно. Уже в конце 80-х вышли первые рассказы по «Ведьмаку», да и «Черный Отряд» начал свое шествие, но люди по-прежнему отдавали предпочтение чему-то более разумному, доброму, вечному. «Око Мира» Роберта Джордана – одна из последних попыток (и по итогу весьма успешных) разогнать сгущающуюся «тьму» над жанром. На дворе стоял 1990-й год. До выхода «Игры Престолов» оставалось 6 лет.

Не знаю, как воспринималось творение Джордана в те годы, но сейчас, открыв увесистый томик в прекрасном переиздании от издательства Азбука, я узрел нечто, что в день сегодняшний скорее всего столкнулось бы с большими проблемами уже на этапе редактуры. Потому что в плане языка перед нами если не эталонный образчик, то уж точно сборник болезненных отголосков «литературы 1.0» (привет почившему каналу Badmaestro). Мне сложно представить, как Джордан каждый год мог выдавать по 800-страничному роману, потому что даже на то, чтобы просто это прочитать, у меня ушло два месяца.

Диалогов и активных действий в романе практически нет, все происходит настолько плавно и размеренно (даже во время боевых столкновений), будто книга специально пытается тебя усыпить. Когда дело доходит до драки, то описания становятся максимально невыразительными, даже какими-то стыдливыми. Именно благодаря таким книгам мне лет до 14 казалось, что подробно описывать схватки в литературе – это какой-то моветон. Многие разговоры скатываются не в обсуждение актуальных проблем героев, а в какие-то предания о днях давно минувших, в которых читателя из раза в раз старательно грузят десятками имен, прозвищ и названий, хотя практически ни одна из этих историй не становится важной для сюжета – это просто предания и все. В местном лоре (по крайней мере на момент первой книги) копаться тоже не шибко интересно, потому что большинство сказаний сводится к «Жил-был великий король N, а потом пришел Темный, смутил его разум, гроб, гроб, кладбище, троллоки».

Главных героев тут частенько терзают как один похожие друг на друга кошмары, и порой возникает ощущение, что ты и сам странствуешь по чьему-то сну – яркому, по сравнению с серой действительностью, но вязкому и тягучему. Чтобы вы понимали объем творящейся графомании – первые 50 страниц описывается то, как молодая пастушка стирает одежду, таскает ведра с водой и пялится на ворон. Причем, что самое забавное, такие вот повседневные эпизоды у Джордана прописывать получается порой интереснее, чем те, которые явно призваны быть захватывающими.

То самое вкусное издание. Ну как тут устоять?

Что до самих героев, то они получились не то что бы сильно выразительными. Редко такое бывает, но к концу романа, когда персонажи находились в самой большой опасности, мне было наплевать практически на всех. Разве что один бедный Перрин Айбара смог немного выделиться на фоне остальных. Все трое главных героев представляют из себя деревенских простачков, но если из Ранда и Мэта автор старательно пытается вылепить нечто большее, то Перрин хорош именно в этом амплуа и не делает неубедительных попыток выйти за эти рамки, развиваясь внутри данного ему в самом начале образа, благодаря чему получается пусть и простым, но понятным и приятным героем. Что до остальных… они словно побочные персонажи, которых случайно сделали главными. У каждого из них есть какая-то одна отличительная черта (Мэт – шутник, Лан – суровый молчун, Найнив – молодая девушка со сварливостью старухи, и т.д.), но в остальном они зачастую говорят и рассуждают одинаково. Есть, например, в повествовании такой человек, как менестрель Том Меррилин. Все хвалят его за то, что он мастерски рассказывает истории, но если зачитать какую-нибудь из этих историй в его исполнении, а потом послушать очередную легенду от волшебницы Морейн или даже простую сельскую небылицу от отца главного героя – особой разницы вы не почуете. Скорее всего, за 14 огромных томов каждый из героев успеет превратиться в яркую индивидуальность, но, как мне кажется, это можно было сделать и в рамках одного романа (весьма и весьма немаленького, чтобы на это вдруг не хватило хронометража). К сожалению, автор слишком увлечен создаваемым им миром, и в жертву этому приносится все – как герои, так и динамика основного сюжета.

все бы ничего, если бы проблемы романа заканчивались на крайне неспешном темпе. Нет, этап редактуры, на котором у автора должны были возникнуть серьезные проблемы, я упомянул не только лишь поэтому. Вещью, которая в «Оке Мира» меня смутила сильнее всего – это то, что первая половина романа является калькой «Братства Кольца». Чтобы не быть голословным:

В древние времена некий великий герой (Льюс Тэрин/Исильдур) победил высшее проявление вселенского Злобного Зла (Темный/Саурон), но поехал кукухой и трагически умер. В следующую эпоху, в деревеньке на отшибе мира, где никогда ничего не происходит, народ спокойный и мечтает только о том, чтобы за всю жизнь никуда не отходить от дома (Эмондов Луг/Шир), живет себе «не такой как все» паренек (Ранд/Фродо). Накануне большого праздника (Бэл’Тайн/День рождения Бильбо) вокруг деревни начинают замечать неких зловещих темных всадников (мурдраалы/назгулы), которые почему-то охотятся на нашего героя. В компании своих друзей-весельчаков (Мэт и Перрин/Мерри и Пиппин), под руководством явившегося в деревню накануне мудрого волшебника (Морейн/Гендальф) и могучего рыцаря-отшельника, чей род ведется от великих королей древности (Лан/Арагорн), он должен отправится в город волшебников (Тар Валон/Ривенделл), чтобы получить ответ, зачем вдруг понадобился Злому Злу. Преследуемые темными всадниками и злобными звероподобными существами (троллоки/орки), герои вынуждены пойти по небезопасной дороге через руины мертвого царства (Шадар Логот/Мория), где когда-то пробудилась некая темная сущность (Мордет/Балрог). Оказавшись там и подвергшись нападению злобных существ, они разделяются на три группы, и каждый начинает собственное путешествие.

Ну как вам такое?

На самом деле Роберт Джордан и не пытался отрицать, что списал половину романа с «Властелина Колец». Насколько я понял, он мотивировал это тем, что в те времена многие, кто брался за фэнтези, хотели чего-то максимально похожего на творения Толкина, так что пришлось создать такое начало ради того, чтобы завлечь читателей в собственную историю. Весьма рискованно, но, как оказалось, это вполне сработало. Лично меня такой подход в первый раз оттолкнул, и, не понимая, зачем мне читать апокриф «Братства Кольца», я книгу дропнул, вернувшись к ней лишь 2 года спустя (снова спасибо шикарному переизданию от Азбуки). Становится ли книга лучше, когда заканчивается копирование и начинается оригинальный сюжет? И да, и нет.

Стилистически перед нами будет все та же тягомотина, где герои идут через пол мира, рассказывая друг другу байки у костра. Но когда Джордан начинает творить собственные истории, читать их уже всяко интереснее. Как только герои разделяются, повествование больше не идет от лица одного лишь Ранда, и переключается сразу на трех персонажей. Автор, как я упоминал ранее, хорошо умеет описывать повседневный быт и создавать атмосферу такого походного уюта. Где-то в течение трехсот страниц читатель задерживается в, пожалуй, лучшей части книги. Тут вам и описание промысла команды корабля, путешествующего по рекам внутри континента, и попытки двух героев зарабатывать на хлеб, устраивая представления в тавернах, и встреча с цыганским табором, и первое посещение деревенскими пареньками огромного города.

А потом сюжет снова ударяется в глобальную арку банальной борьбы доброго добра со злым злом, и ты окончательно понимаешь, что в 2020-м году этот жанр практически себя изжил. Мартин, Сапковский и Аберкромби уже слишком приучили нас к сложности человеческой натуры и циничности таких вот противостояний, чтобы всерьез воспринимать происходящее. Снова тут у нас поднимает голову обязательный герой-избранный из пророчеств (и перед нами на полном серьезе пытаются разыграть интригу, кто же это – главный герой (спойлер – да) или два его сайдкика?), а окружают его мудрые волшебники, прекрасные принцессы и страшные чудовища, которых он забарывает вопреки здравому смыслу, просто по факту своей избранности. Даже лингвистически Джордан пытается подчеркнуть «волшебность» своего мира, из-за чего все звучит как-то приторно. Просто проговорите в голове эти названия: Айз Седай, Айя, Эгвейн, Морейн, Найнив, Иллиан, Льюс Тэрин Теламон, Логайн, Ба’алзмон, Кэймлин, Салдэйя… продолжать можно долго. От сочетаний «эй» и «ай» уже к концу первой трети романа начинает сводить челюсть.

Да, я сейчас предъявляю сказке за то, что она сказка. Глупо? Пожалуй.

И вот если воспринимать «Око мира» (и, по всей видимости, весь дальнейший цикл), не как некую важную веху в жанре, а именно как сказку на ночь для юного слушателя, то она… ну, практически идеальна. Четырнадцать увесистых томов, которые поставь на полку – и ты гарантированно найдешь, чем усыплять ребенка по вечерам года на три вперед. Попутно герои донесут до него правильные мысли о том, что злу надо давать отпор, друзей ценить, а чувств не стесняться.

Для меня же «Око мира» напомнило скорее скелет динозавра. Его интересно поразглядывать, вообразить себе, как когда-то он дышал, бегал и рычал, и это было, несомненно, очень круто, но сейчас это просто скелет, и если тебе хочется посмотреть на живого динозавра, то куда как легче включить «Парк Юрского Периода», а не идти в палеонтологический музей.

И знаете, что самое ужасное? Когда книга закончилась, и последняя страница была прочитана, вместо мысли «наконец-то эта нудятина кончилась» у меня промелькнула внезапная «И что, и все?». Роберт Джордан словно бы сплел какое-то хитрое заклинание, и на последней странице выдав следующее:

«— Ты пойдешь домой, Ранд? Твоему отцу, должно быть, очень хочется повидаться с тобой. Даже Мэтов отец наверняка страсть как хочет снова увидеть сына. На следующий год я возвращусь в Эмондов Луг. Хотя бы ненадолго.

Ранд провел ладонью по эфесу меча, кожей ощущая бронзовую цаплю. Мой отец. Дом. О Свет, как мне хочется увидеть...

— Нет, не домой.

Куда-нибудь туда, где не окажется людей, которым можно будет причинить зло, если я не смогу удержать себя. Туда, где буду один. Неожиданно юноша почувствовал, что на балконе холодно, совсем как в снежном сугробе.

— Я собираюсь уйти, но не домой. — Эгвейн, Эгвейн, почему ты должна стать одной из них... Он обнял девушку и прошептал, зарывшись лицом в ее волосы: — Домой — никогда.»

…заставил меня захотеть прочитать продолжение.

P.S. Через весь роман весьма толстой нитью идет концепт, который в наши дни восприняли бы не иначе как либеральную повестку. Джордан то и дело как будто бы пытается выставить женщин (причем, именно в коллективном плане) в лучшем свете, чем мужчин. Так, совет деревни Эмондова Луга тут похож на сборище нерешительных тюфяков, и неформальный орган власти Круг Женщин создан как раз за тем, чтобы разруливать конфликты и вносить вето в решения, которые они сочтут идиотскими (и такое частенько происходит). Самой процветающей страной тут традиционно правит именно королева, а король при ней скорее просто консорт. Все волшебницы – женщины. Если мужчина начинает практиковать магию, у него непременно едет кукуха, магию он творить будет исключительно во зло, а потом его разрывает на куски от силы, которую он не в состоянии контролировать. Выглядит… жирно, но тут стоит держать в голове, что писалось это во времена, где не пропускающий ни одной юбки полуголый Конан считался чем-то обыденным.

Впоследствии видна попытка Джордана вписать в правила мира четкое деление его природных сил на мужское и женское начало, и, насколько я могу судить, с мужиками там все так не слава богу, потому что этот самый волшебный источник мужской силы, с которым взаимодействовать могли только мужчины, то ли заглох, то ли был разрушен, и в «Оке Мира» начинается его возрождение. Так что по итогу посыл тут скорее не в том, что «женщины – круто», а в том, что у каждого пола свои сильные стороны и свои методы достижения цели, но, прикладывая усилия, все могут в конечном счете прийти к одному результату, нужно только прилежно учиться и знать, где искать. Посмотрим, оправдается ли моя теория в следующем романе или все-таки «Колесо Времени» – это просто цикл про классных девчонок и тупых парней, которые все время косячат :D

Еще больше рецензий в профиле или в группе вконтакте: https://vk.com/public192524799