Подросший Кай, воспитанный Снежной королевой, оказался юношей сколь пылким, столь и коварным. Частые ледяные оргии, практикуемые хозяйкой, давно перестали впечатлять молодого человека. Кусочек льда в груди становился больше с каждой длинной северной ночью, рискуя никогда уже не вернуться в свое прежнее состояние. Идея вытащить Королеву в мир людей овладела Каем. Сложность была только в категорическом нежелании снежной твари находиться в мире людей дольше часа. Идея пришла неожиданно, когда королева отправил снежных демонов в северные горы, а ездовой олень стоял без дела уже почти неделю. Молодой человек, выкравший у ледяного лекаря капли асгарда, пропитал ими платок, незаметно прокрался к дремавшей царице и резко прижал ткань к прекрасному холодному лицу..... Погружая в сани, запряженные всхрапывающим оленем, временно бесчувственную королеву, Кай всё более возбуждаясь, представлял, как медленно таящая Матрона, будет стонать, растворяясь под теплыми ветрами Орхуса.
Подросший Кай, воспитанный Снежной королевой, оказался юношей сколь пылким, столь и коварным. Частые ледяные оргии, практикуемые хозяйкой, давно перестали впечатлять молодого человека. Кусочек льда в груди становился больше с каждой длинной северной ночью, рискуя никогда уже не вернуться в свое прежнее состояние. Идея вытащить Королеву в мир людей овладела Каем. Сложность была только в категорическом нежелании снежной твари находиться в мире людей дольше часа. Идея пришла неожиданно, когда королева отправил снежных демонов в северные горы, а ездовой олень стоял без дела уже почти неделю. Молодой человек, выкравший у ледяного лекаря капли асгарда, пропитал ими платок, незаметно прокрался к дремавшей царице и резко прижал ткань к прекрасному холодному лицу..... Погружая в сани, запряженные всхрапывающим оленем, временно бесчувственную королеву, Кай всё более возбуждаясь, представлял, как медленно таящая Матрона, будет стонать, растворяясь под теплыми ветрами Орхуса.