В чужих стенах⁠⁠

— Заходи, — бросила она мне так, словно я ей уже испортил всю прошлую и будущую жизнь, оставил долгов на три поколения и лишил всяких надежд на сказочный финал как в голливудских фильмах. Я даже не успел понять, когда мы перешли на ты.

Постель моя была хоть и чиста, но в ней ощущался какой-то холод. Меня явно здесь не ждали. Я знал, что до меня на этом белье уже спали другие мужчины. От этого мне тоже было не по себе. Присев на краешек, я потер лицо руками и задал себе вопрос: «Что я здесь делаю? Дома ждет жена, а я тут, среди чужих мне стен, среди грязи…»

Кстати, о грязи. Я обратил внимание на пыль на полу. Да, здесь явно плохо убирали. Хозяйка была неряшлива. Куда более неряшлива, чем другие. Я знаю, у меня были другие. Много.

Она зашла не скоро, я уже успел облачиться в домашнее. Мне так больше нравится. Тапочки, любимые домашние штаны — так я чувствую себя спокойнее, будто частичка уюта со мной, а все остальное... Все остальное неважно.

— Чаю, кофе? — спросила она так, что мне ничего из этого не захотелось. Думаю, сколько сахара ни добавь в сделанный ею чай — он все равно будет горчить.

— Спасибо, ничего не нужно, — улыбнулся я.

— Хорошо, — бросила она слишком резко. Думаю, ей пришелся не по вкусу мой новый облик.

Затем из ее уст донеслось что-то про ресторан, про то, что я даже могу принять душ. Я слушал лишь вполуха, а сам думал о другом: о жесткой постели, о жене, о том, что мне надо бы работать и зарабатывать деньги для семьи, а не тратить их на ерунду вроде ресторанов. Потом она снова бросила на меня уничижительный взгляд, но, кажется, в нем уже было меньше ненависти. Я подумал, что она поняла: я безобидный и даже, возможно, приятный. Мы могли бы провести эту ночь в согласии и даже расстаться друзьями.

Я решил пока к ней не приставать и уставился в окно. Думаю, нам обоим нужно было время привыкнуть и притереться друг к другу. Вскоре мне захотелось есть. Все уже было готово, оставалось лишь разогреть. Я подошел к ней и попросил воспользоваться микроволновкой.

— Не работает, — коротко ответила она.

— Ясно. А вилку можно?

— Есть только ложки.

— Можно ложку.

— Только чайные.

— Пусть так.

Я ел холодную картошку с отбивной, приготовленные чужими мне руками, пил воду, принесенную с собой, и читал Маркеса. Мне было почти хорошо. Доев, я улегся на кровать и прикрыл глаза. А когда открыл, передо мной стояла она…

— Осталось полчаса, — сказала она.

— Как полчаса? — вскочил я. — Уже?

— Да.

— А можно мне тогда кофе?

— Только растворимый. Кофемашина сломалась, — ответила она, и я понял: ласки в ней не прибавилось ни на йоту.

— Хорошо.

Она вернулась с кофе через пять минут и сказала, что я обязан снять постельное.

— Но оно было застелено, когда я пришел…

— Сдаем постельное, — с нажимом повторила она и протянула мне терминал для оплаты кофе.

Вскоре я уже был в Саратове, а она поехала дальше. В ее кроватях снова спали другие, другие пили растворимый кофе и, возможно, кто-то даже принял душ за сто пятьдесят рублей. А я поставил ей в приложении 4 балла и пошел своей дорогой.

Стюардесс я всё же люблю больше.

Александр Райн

Дорогие друзья, приглашаю вас на свои ближайшие концерты. Калуга, Брянск, Смоленск, Санкт-Петербург, Красноярск, Иркутск ,Улан-Удэ, Чита, Благовещенск, Владивосток

Подробности тут raynalexandr.ru/news

по промокоду RAIN20 скидка 20% на все билеты