Ты неси меня река
Да за крутые берега...
Вот, значит, плывем. У нас необъятное количество водки. Три лодки. Одна сдувается. Товарищи укатили вперед нас, ну и ладно. Река одна, не промахнемся. Нас четверо, и четыре весла.
Кругом красота-красотища. Ну дождик был, кто-то дождевик надел, а кто-то водкой грелся.
Два товарища взяли и уснули. Я только их накрывала то кофтой, то кепкой, чтобы лицо не обгорело, потому что после дождя солнце вылезло снова. Все было прекрасно, и ничего не предвещало. Багаж из багажной лодки не выпадывал. Сдувающуюся лодку подкачивали, а чтобы в луже не сидеть — под жопой были надувные подушки. И гитара. И товарищ, который на ней играл типа луч солнца. Так что можно было плыть лежа, иногда подгребая, когда нашу связку из трех лодок совсем уж прибивало к берегу.
Ты неси меня река.... за крутые берега...
Оказалось в таком расслабленном состоянии мы пробакланили устье пышмы — а это надо умудриться, но мы умудрились. Так что даже не поняли, что половину пути уже проплыли, и когда все очухались — все ждали это устье, а его все нет и нет.
А потом начали что-то паниковать. Солнце садится. Сигареты мокрые. Устья нет. И вообще мы мокрые тоже все, а уже холоднее становится. А мы все плывем и непонятно куда, хотя река-то одна, не промахнешься. Стали подгребать и смотреть по сторонам.
В какой-то момент все равно расслабились, и на прекрасном закате солнца опять залегли на дно, с песнями и гитарой. Лежим, значит. Поем то ли луч солнца то ли через акваторию мчится катерок. А нам напарники чота орут со своих лодок, мы нифига не слышим, а тут шторки открываются — и пиздец )
Пиздец выглядел, как здоровенная коряга поперек течения. И омут. И коряга. И течение. И лодка сдувается. Тогда-то мы весло и погнули. Хоть я и пьяная была в жопу, но экстренный режим сработал. Я закидала все ценное в сумочку (телефон, карточка, сиги, бамбук) и сумочку накинула на Виталю. А гитара на нем и так была. И весло тоже у него.
А нас, сцуко, затягивает под эту корягу! Реально! Затягивает! Течение-то сильное! Я просто нырнула за борт, я же блин второй разряд (юношеский) по стилю брасс. И давай эту лодку выталкивать из под коряги. Махом протрезвела и кирпичей отложила. При помощи такой-то матери (возможно даже богоматери) мы каким-то чудом выбрались, хоть и с пятиугольными глазами, мокрые и замерзлые.
Усталая, как чорт, мокрая до трясучки, даже водка не помогала, я закрябалась обратно в лодку. И тут у нас пошла дискуссия. Я считала, что мы и полдороги не проплыли, потому что устья никто не видел. Остальные тыкали пальцем в ориентиры — вот же боры пошли. Вот же баня серегина! Да мы почти уже приплыли! А я сняла все мокрое, замоталась в свой же спальник (который моментально промок в дырявой лодке) и надеялась на чудо.
Чудо не замедлило свершиться. На наши громкие споры (а звук по воде хорошо разносится) в ответ мы услышали человеческие звуки. Мы были почти у лагеря, и наши в ответ тоже кричали. Мы были совсем рядом, только небольшая петля через полуостров.
Так что прибытие было фееричное. Уже почти стемнело. Нам кричали, махали, ждали. Я замерзлая до костей, в спальнике, на дне лодки прибыла к месту назначения, почти ничего не соображая и не помня. Меня как-то выгрузили.
Муж у меня — святой человек. Прикиньте, твоя баба приезжает голая, только в спальнике. С тремя пьяными мужиками!
Меня толпой дотащили до зиндана, растерли, забрали мокрое. Одели в сухое. Положили у костра.
Продолжение следует )