Тейлитэ. Часть шестая, глава седьмая. Концерт⁠⁠

Ссылки на главы в комментарии

Оказалось, аграи куп пеле вполне себе ведут интересную культурную жизнь. С самого утра Хкайли Лето сообщила, что на планету прибыли певцы и танцоры и они дадут выздоравливающим госпиталя  концерт.

Страшиле она отправляться на культурную программу запретила, однако предоставила экран, по которому можно было наблюдать издали за всем происходящим.

Эгирэ уговорила Кроша с Вахтером составить ей компанию и посетить концерт.

Представление проходило в огромном амфитеатре в центре группы гигантских строений — госпиталей, научно-медицинских центров, операционных и центров по разработке медсредств.

— Надеюсь, это не самодеятельность? — решил уточнить Крош. Вахтеру добавил причину опасений: — Помню, лежал в Ебургском военном госпитале и к нам прислали местную самодеятельность выступать. Они так гремели ложками и выли типа пели, что не контуженные позавидовали контуженным...

— Аграи куп пеле работают во благо своего рода, им некогда тратить время на обретение умений по развлечениям! — с гордостью, впрочем, как и всегда, когда речь заходила о ее народе, сообщила Эгирэ. — Петь и танцевать будут представители другого человеческого племени — аграи куп саинги. Они специализированы на подобном.

— Фига се, новости антропологии, — буркнул Вахтер.

Эгирэ поняла его слова по-своему и снисходительно улыбнулась:

— Да, возможно, в семье вашего достойного рода аграи куп пеле про это неизвестно, однако в Космосе кроме нашего великого народа имеются и прочие человеческие цивилизации.

— Ух тыыы, — лениво отозвался Крош, лукаво оглядываясь на Вахтера.

— Какие-нибудь безродные мартышки, без чести и умений, — холодно отозвался Вахтер.

— Ходячее унижение вида аграи. Увидел, плюнул, прибил из жалости.

Эгирэ бросила на них удивленный взгляд, но, решив, что в их семействе, безусловно достойном, хоть и неизвестном, прочие расы не особо любят, деликатно промолчала.

То, что Страшила, Крош и даже Вахтер, пусть и каким-то образом превращенный на время в приспешники именно аграи куп пеле сомнению для нее не подлежало — раз уж их именно так определили баллоты. Баллоты точно не стали бы жрать аграи куп саинги.

Во-первых, у них была налажена активная торговля опьяняющими напитками и оружием и дипломатический разлад оставлял бы баллотов с носом.

Во-вторых, куп саинги бухали по-черному, принимали кучу разных видов наркотиков, трахались со всем, что шевелилось (впрочем, зачастую и невозможность двигаться не освобождала объект вожделения от сексуальной ответственности), оттого их мясо было просто опасно есть, существовал риск отравиться или подхватить неизвестную науке заразу.

Эгирэ и Хкайли Лето очень надеялись, что на полудиких собратьев аграи куп пеле малоизвестного семейства, но видимо, достойного рода, произведут впечатления песни и танцы приезжих исполнителей. Хотя те прилетели на концерт уже впечатленными — поскольку отправили их туда прямо на больничных лежаках. Для других больных путешествие до амфитеатра на высоте в сотню метров выглядело чем-то обычным, земляне же до самого пункта посадки сидели, слегка зеленые, крепко держась за поручни.

Эгирэ следовала рядом, сидя на своем лежаке, словно на ковре-самолете и торопливо прихорашивалась. Начала она эту процедуру несколько часов до полета, но, видимо, опыта в укладке волос и подборе нарядов у патрульной рода Ци не имелось. В итоге получилось, что получилось. Что-то вроде рогов-антенн баллотов или двойного торнадо в Теннесси. Как шепотом сообщил Крош Вахтеру — именно так он себе и представляет художественную самодеятельность в полном смысле этого слова.

Сестра Тейлитэ арк Ци Бар сменила и цвета одежды. Теперь она была в фиолетово-черной тоге, издали указывавшей на ее принадлежность роду Ци. Раньше, когда Ци еще существовали, она стремилась, приземлившись после патрулирования, пощеголять в родном городе в своей гражданской бело-серебряной тоге. Та ее сразу выделяла средь фиолетово-черной родни.

Но сейчас требовалось поступить наоборот, чтобы выделиться в однородной толпе, чего она подспудно всегда желала — да и какая девица сего не хочет?

Синоптик, выслушав краткое обсуждение новой прически Эгирэ, авторитетно сообщил, что девушка попросту попробовала выполнить ее так, как делали самые авторитетные дамы рода Ци. Раньше бы ей за подобное уши надрали и оставили бы стоять до вечернего дождя в уголке Раскаяния. Но сейчас то кто что скажет? Сейчас она и впрямь самая авторитетная в своем Ци,  как единственный представитель сего рода. 

— А как же Тейлитэ? — напомнил Вахтер о второй из Ци.

— Тейлитэ сейчас Тетет и аграи куп пеле это четко различают, — пояснил Синоптик. — Иначе пришлось бы брать моральную ответственность за ее поступки.

— Ага, значит, как  ментами-оборотнями, которых увольняют задним числом, как спалятся, — перевел на понятный пример Вахтер. Синоптик не стал отрицать.

— Аграи — они везде аграи!

Раздался мелодичный гонг, концерт начался. Вышла женщина с бледно-голубой кожей и редкими сиреневыми волосами. Разговоры в ложах — коими стали на время медицинские лежаки — сразу затихли. Публика попалась весьма дисциплинированная и почтительная.

Без всякого вступления и пояснения женщина чуть прикрыла глаза и начала петь.

Ни микрофонов, ни оркестров в яме амфитеатр не предусматривал. Но ясный чистый сильный голос исполнительницы легко долетал до самых верхних рядов. С первой же руладой по переполненным трибунам пролетел вздох восхищения. И даже землян проняло.

Понимание технично перевело, что в песне рассказывается о тоске молодой жены по мужу, который ушел в дальний космический поход за черепами ррамов и пропал, и от него нет вестей.

И она растит сына — если жив муж, для поиска, если убит муж — для мести. Вот подрастет и тоже отправится добывать черепа ррамов. Чтоб им пусто было. Смысл дополнялся мощной эмотивной составляющей, благодаря чему просто не могло не вериться, что исполнительница действительно ждет мужа из Космоса, а не поет сочиненный кем-то текст.

— Боже мой, вот это дааа! — восхищенно прошептал Крош, утирая предательскую слезу. Заприметив удивленный взгляд Вахтера, добавил, как бы оправдываясь:

— А что?! Надо понимать, я из поколения, замученного Бузовой.

Эгирэ в свою очередь дополнила, что песня относится к древнему периоду аграи куп пеле, когда их ватаги отправлялись за трофеями и просто повеселиться — пожечь планеты Большой Связи в дальних походах. Правда, иногда подлые ррамы смели сопротивляться и не все атаки завершались удачно. Отсюда и такая печальная песенка.

— Я даже ее название предполагаю, — кивнул Вахтер. — "А нас за шо?"

Уходила певица под восторженные восклицания и стук ладоней о каменные перила лежаков. Когда по ним было несколько сотен человек возникало ощущение, будто град проверяет на прочность жестяную крышу.

К публике вышли три танцовщицы в миниюбках и небольших тряпочках на груди, закружились в затейливом танце с кульбитами и прочими элементами акробатики. Пластика и грациозность впечатлила зрителей, опять прошелся одобрительный гул — в первую очередь среди мужской части публики. Эгирэ, слегка нахмурившись, сообщила шепотом землянам, что при всех прелестях женщин аграи куп саинги ни один мужчина аграи куп пеле ни за что не станет их домогаться. Ибо куп саинги не знают ни умений, ни чести.

— Мартышки! — снова радостно закивал Вахтер, слегка косясь в сторону, будто адресовал свои реплики еще и кому-то невидимому, рядом сидящему.

И вновь по завершению выступления очаровашек в миниюбках грянул стук о камни со всех сторон. Теперь вышел какой-то невысокий мужичок с лицом, испещренным многочисленными морщинами. Для аграи куп пеле вид его был необычен. У них уровень медицины позволял не оставлять морщин на теле, только шрамы, которые при этом считались истинным украшением, их не то что не выводили, наоборот, подкрашивали, оттеняли.

Выступающий осмотрел публику с задорной улыбкой и сияющими молодыми глазами.

— Достойные аграи куп пеле, восхищение рода аграи куп саинги! — крикнул он, изрядно польстив слушателям. — Вы услышали песню, вы посмотрели танцы. Но, как истинное боевое племя, нам, куп саинги, недосягаемый пример в доблести, позвольте показать нечто удивительное!

Человек непонятного возраста, но с молодыми глазами вытащил тонкий стальной стержень и показал публике. Народ молчал, с интересом ожидая, что будет дальше.

— Как известно, аграи куп саинги не могу владеть умениями, как ни пытались они этого делать. Речь Жизни у нас хоть и близка вашей, но слегка иная, что поделать. Однако! Даже при этом мы при должной тренировке можем становиться Мастерами Кресекана!

Аграи куп пеле издали недоверчивый, а местами и просто насмешливый шум. Выступающий стойко выслушал его. Затем вместо всяких оправданий подкинул стальной стержень перед собою. Пока он падал, он выхватил откуда-то из-под одежды сверкающий длинный меч и сумел трижды рассечь летящую сталь. По мраморному полу сцены зазвенели куски прута.

— Есть ли среди вас достойные владетели умения видеть суть предметов? Пусть глянут — мое оружие — обычная сталь! Она служит мне, как служит вам кресекан и видите, что творит!

— Это же меч! — ахнул Крош. — Настоящий двуручный меч!

Ассистенты вчетвером уже втаскивали огромное толстое тело убитого существа — похожего на баллота, жирного, откормленного.

— Тушка Лунного брата, — пояснила Эгирэ. — Крепкие создания, их не каждая Цепь с первого удара берет.

— А поставьте мне его прямо! — попросил ассистентов выступающий. Те подхватили огромное тело по двое за руки. Поставили на огромные и толстые, как бревна, лапища. Свистнул меч, разрубая с одного удара надвое вдоль этой туши и тут же без остановки три удара из стороны в сторону. Когда мечник отступил, на пол арену упало восемь кусков мяса.

Едва это произошло, амфитеатр взорвался от восхищенных воплей и одобрительного каменного стука.

— Во, цирк пошел, — буркнул Вахтер. — Сейчас бабу пилить начнет.

— Как видите, кое-что можно и без умений! — сообщил публике аграи куп саинги. — И теперь самое забавное, достойная публика! Найдется ли среди вас готовый выйти против меня в схватке до первой крови...

В небо подняли свои руки чуть ли не все зрители, независимо от пола и степени увечности. И даже земляне, оглянувшись, чтобы не слыть белыми воронами, лениво приподняли кулаки.

— ...кто имеет умение Мастера Кресекана и готов применять только это умение...

Практически все руки с кресеканами опустились. Осталось не более десятка.

— ... С однородным моему оружию кресеканом?

Тут опустились все руки.

— Что, нет такого? — с деланной грустью спросил публику мечник. — Мда, накладочка. Ну что ж, тогда перейдем к следующему...

С небольшим усилием, все же маринованные ноги еще не совсем ее слушались, поднялась со своего места Эгирэ Ци и громко заявила на весь амфитеатр:

— Найдется! Найдется! Есть такой поединщик!

Вахтер повернулся на ее голос, стараясь разглядеть того дурачка, что решил устроить клоунаду с цирковым мечником. Эгирэ показывала на него.