Средства и цели (часть 3)⁠⁠

Роб сидел на контейнере, облокотившись на выкрашенную в зеленый стену, и пытался отдышаться. Всего лишь лестничный пролет между вторым и третьим этажом, а сил у него почти не осталось. Втащить контейнер в подъезд было легко, встроенные колеса и небольшая высота ступеней помогали. Первый пролет тоже дался несложно. Тут наверное помогали алкоголь и сигарета. Но после второго этажа исчезла даже эйфория от долгожданной встречи. Роб встал, ноги не хотели разгибаться. Времени на отдых оставалась все меньше. Скоро ученики начнут возвращаться домой, и ему было необходимо успеть затащить свой бесценный груз в квартиру. Любая встреча сейчас гарантировала проблемы. Он кувыркнул контейнер на ступени, уперся плечом в дно, а ногами в пол, и резко выдохнув, выпрямился. Контейнер поднялся на пять ступеней, самым сложным было, не отпуская контейнер, найти новую опору. Вот так, строишь годами планы, думаешь, что учел все, до последней мелочи, а в итоге получаются грыжа и заворот пустых кишок. Он знал вес посылки, семьдесят один килограмм, и это его совсем не беспокоило. С другой стороны, что он мог сделать? Переехать на первый или хотя бы на второй этаж, нанять кого-то в помощь? Все это трата времени и сухарей, а в запасе не было ни того, ни другого. И по той же причине он не мог больше есть, набирать мышечную массу, согласно медицинским нормативам. Утяжелители, которые невозможно было обнаружить на теле, стали хорошим вложением. Они позволяли не потреблять калории больше минимально необходимого и не попасть в стационар на принудительное кормление после каждого медосмотра. Но за все надо платить.

Роб лежал на полу прихожей, жадно глотая воздух. Голова, пульсируя, готова была взорваться. Казалась, что горящие легкие набиты песком, и бешено вздымающаяся грудь работает в холостую. Кажется, он успел, и не попался ни кому на глаза. Но он не был в этом уверен. Под конец он почти ничего не слышал, из-за гула в ушах, а цветные пятна, взрываясь, мешали видеть. В любом случае, он смог втащить контейнер домой и запереть дверь. Теперь только бы отдышатся. Впервые ему было так плохо. Он даже был согласен снова рискнуть сократить путь домой через третью линию. Тогда его сильно помяли, но такого ощущения, что он вот-вот сдохнет, не было.

Когда гул в голове утих, а дышать стало чуть легче, Роб попробовал встать на четвереньки. Конечности слушались, но то и дело норовили подломится и приземлить его лицом в пол. Не рискуя вставать, Роб пополз на четвереньках к столу. На ощупь, он достал бутылку и стал пить, не обращая внимания на льющеюся мимо воду. Немного передохнув, вторую бутылку он пил уже аккуратно. Несмотря на на постоянную комфортную температуру в комнате, его била мелкая дрожь. Пропитавшаяся потом одежда неприятно прилипала к телу. Нервное напряжение и напряжение физическое, сговорившись, слились в одно. Опираясь на стол, Роб попытался встать, но ударившись коленом об угол, осел на пол. Шипя сквозь стучащие зубы, он зашарил по карманам в поисках сигарет. Запалить зажигалку удалось только двумя руками. Первая затяжка обожгла горло и легкие. Закашлявшись, он выронил изо рта сигарету, но она повисла прилипнув к нижней губе.

Туша окурок в пролитой на пол воде, а может быть собственном поту, Роб чувствовал себя гораздо лучше. Дрожь почти прекратилась, голова заметно опустела, а мышцы расслабились. Он смог, контейнер дома, дверь заперта, и он в относительной безопасности.

Роб выволок контейнер на середину комнаты. Он провел пальцами по крышке, черный пластик сливался с кромешной темнотой комнаты, казалось, что он трогает пустоту. Руки слегка дрожали теперь уже от предвкушения.

-  Свет три, - несмотря на хриплый голос, система распознала команду. Тьма плавно превратилась в  сумрак. Контейнер, казалось, поглотивший весь тусклый свет, показал свои контуры. Роб достал ЭД, приложил его к крышке и запустил файл с рабочего стола. Планшет начал вибрировать, отбивая код на открытие. Роб затаил дыхание, вдруг замок поврежден, или у него неправильный код. А может вообще, это не его контейнер. Дневник перестал вибрировать, а на крышке замигал зеленый индикатор. Код принят, все в порядке. Роб шумно выдохнул и потянулся к защелкам. Вот этот момент, пять лет ожидания сейчас закончатся. Пальцы нащупали пластик скобы. Нет, не так это должно произойти. Он в грязной, наверняка рваной, форме еле стоит на ногах. Так не встречают мечту. К тому же, если он прямо сейчас откроет контейнер, у него скорее всего случится сердечный приступ.

Яркий свет в ванной заставил Роба зажмуриться и прикрыть глаза рукой. Проморгавшись, он начал раздеваться, только сейчас ощутив насколько сильно в практически стерильном воздухе силен запах пота. Ком грязной одежды полетел в недра вакуумного упаковщика. Ящик, поглотив добычу, мелодично загудел на мотив школьного гимна. Сплюнув в раковину, Роб врубил в душевой горячую воду на максимум и закрыл штору. Проскользив спиной по пластиковой плитке, он опустился на пол и закурил. Какая это уже сигарета за сегодня? Четвертая? Ванная постепенно наполнялась тяжелым паром, а Роб тупо сидел, пытаясь пускать дым колечками. Вакуумный упаковщик закончил мелодию и сбросил в приемный лоток аккуратный полиэтиленовый сверток с грязной формой.

- Извини, в стирку я тебя уже не успею отнести, - сверток печально таращил на него глаз-пуговицу, - Наверно надо было тебя обменять. Кстати.

Роб прошлепал босыми ногами в комнату к столу, оставляя за собой струйку табачного дыма. По пути проведя пальцами по крышке контейнера. Почувствовав неровности штампованной формы, борозды царапин и прилипшие крупинки грязи. Из стола он достал приготовленный еще днем напиток. Спирт, вода, и немного сухарей «А» и «В» класса, самый простой и популярный в школе коктейль. Почему-то он назывался «клубничный». Роб был уверен, что никто из школьников никогда не пробовал никаких ягод, тем более настоящей клубники. Сделав небольшой глоток, он вернулся в ванную. Подумал улыбнувшись,  как было бы забавно, если тогда, умирая от жажды, он схватил, не разбирая, именно эту бутылку, а не простую воду.

Брошенный в раковину окурок гулко зашипел, провалившись в сливное отверстие. Выставив привычную температуру, Роб зашел в душ. Повальное нарушение правил подняло его настроение, он впервые вел себя образцово плохо. Алкоголь и сигарета прогнали страх и тревогу, успокоили. Он использовал весь шампунь и гель, тщательно выжимая тюбики. Уже не было смысла экономить. Ему даже понравилась такая трата ресурсов, еще один удар по системе изнутри.

Роб выключил воду, взял полотенце. Секунду подумав, бросил его в вакуумный упаковщик. Раз уж сегодня день “первый раз”, можно нарушить и это правило. В зеркале на него смотрел тощий подросток с осунувшимся лицом и робко проступающей синевой мешков под глазами. Отросшая щетина начала угрожать школьному имиджу. Роб достал из тайника бритву. Покрутил ее в пальцах и, разломив надвое, бросил в раковину. Представив, что кто-то из завтрашних гостей, тайком от остальных, заглянет в ванную в поисках наживы, улыбнулся. Вещь немалой ценности, намеренно превращенная в мусор, расстроит кого угодно.

Сделав еще глоток, Роб отставил бутылку. Теперь он, кажется, был готов к встрече с мечтой. Столпившиеся за спиной дни ожидания настойчиво подталкивали наконец-то открыть ящик. Руки, поддавшись на уговоры, самостоятельно нашли скобу замка. Мягкий щелчок, один готов. Щелкнул второй. На третьем рука остановилась, сжимая воздух в кулак. Растопыренные пальцы на миг замедлились, и с силой рванули последнюю скобу.

Закаченный в контейнер углекислый газ слегка приоткрыл крышку, с легким шипением выходя наружу. За ним, в небольшую щель устремилось слабое фиолетовое свечение флюоресцентной обивки. Затаив дыхание, Роб медленно открыл крышку. Внутри находилась его мечта. Опершись подбородком на прижатые к груди колени, она смотрела на него пустыми холодными глазами. Сердце Роба замерло, словно спринтер на старте. Ноги подкосились, и он ухватился за крышку контейнера, чтобы не упасть. Вырвавшийся из легких воздух дал старт, и сердце сорвалось в бешеный галоп. Получилось, у него все получилось. Он сделал практически невозможное. Вот она здесь, рядом, его мечта. Он держался за сердце и улыбался как ребенок. Она все так же холодно смотрела на него. Этот взгляд нисколько не пугал Роба. Все было в порядке. Сейчас она находилась в стандартном транспортном положении. Первый запуск, загрузка системы, поиск владельца. Сейчас она сканирует его, сопоставляя его биометрию и идентификатор с вшитыми в нее данными владельца, которому она будет служить до конца его жизни.

Девушка свела глаза к переносице и трижды моргнула. Пошевелила пальцами рук, ног. Покрутила головой, облизнула губы. Роб сделал шаг назад. Она одним плавным движением выпрямилась и шагнула вперед навстречу Робу. Они стояли друг напротив друга. Он, со все еще мокрыми взъерошенными волосами, в одних трусах, единственной оставшейся у него одежде. Тощий, вытянутый. Она, чуть ниже его, совершенно голая. Короткая стрижка, среднестатистическое, абсолютно непримечательное лицо. Средняя фигура, с легким намеком на грудь, талию и бедра.

- Компаньон Анжелика и корпорация Южная эра рады приветствовать тебя, - произнесла она нейтральным, слегка механическим голосом.

Роб вздрогнул, шаблонная фраза приветствия мгновенно уничтожила всю сказочность момента. Проклиная вполголоса корпорацию, Роб нашел в контейнере кейс с сервисным оборудованием. Прорвавшись через тонны упаковочного пластика и рекламной макулатуры, он достал коннектор для программатора. Взяв ее за руку, чтобы подвести к кровати, Роб поморщился. На ощупь ее кожа напоминала обивку дивана. Продолжая материть корпорации и заложенные по умолчанию настройки, Роб уложил ее на кровать. Достав из недр матраса программатор, он немного повозился, путаясь в разъемах переходника, прежде чем подключить его. Индикатор сообщил условным сигналом об установке соединения и начале передачи данных. Последний, самый важный, завершающий этап. Настройки внешности, характера, мимики, голоса и всего прочего, написанные им собственноручно, загружались в нее.

Закурив, Роб смотрел как она преображается. Он смутно помнил как все началось, но отчетливо помнил когда появилась его одержимость. Наверняка, как и все его ровесники, он познакомился с ней в начальной школе. Среди скудного разнообразия развлекательного детского контента она ничем не выделялась. Не имея супер способностей, генных модификаций или супер мега нано костюма, сложно было привлечь, обрести преданных друзей. Ее оружием были ум и ловкость. И если бы не коллекция байков на все случаи жизни и коронный удар с вертухи, быть ей девчачьим героем. Ее друзья, взрослея, переходили в среднюю школу и она встречала их там. Тоже чуть старше. Ее приключения становились менее глобальными и более глубокими. Злодеев, приобретших характер и внятную мотивацию, уже не раскаявшихся после одной “вертушки” и разговора о дружбе. Ценность дружбы особенно подчеркивали фанаты перебегавшие в стан новых героев. Их можно было понять. Совершенно новые персонажи с новой историей были куда интересней той, которую знаешь практически всю жизнь. Да и вообще, средняя школа была местом абсолютно новым, таинственным, неисследованным. Новые обязанности, проблемы и возможности почти не оставляли времени для старой подруги. К тому же возраст. Все вдруг стали проявлять интерес к девочкам. Никто не понимал почему и зачем, но все знали что девочки это интересно.  Иногда он, раз или два в месяц, находил предлог, чтобы оставить компанию и уйти. В кровати, накрывшись с головой одеялом, он включал на электронном дневнике мультсериал и как в детстве отправлялся в приключения с ней.

Роб отлично помнил то утро, когда его жизнь изменилась. Как обычно, перед началом уроков они собирались в парке, чтобы идти всем вместе на занятия. Кто-то выменял у старших флешку с новыми видео. Небольшая драка за очередность скачивания была обычным делом. Необычным было то, что всех интересовал один конкретный видиоролик. Рекламный ролик. Все знали как сложно было доставать что-то из большого мира, и никто никогда не скачивал рекламу. Получив свою копию, Роб уселся под деревом, подальше от галдящей толпы. Это была презентация от корпорации «Южная эра». Симпатичная девушка на сцене рассказывала про прорывные технологии, подкрепляя свои слова голографическими проекциями графиков и схем. Роб смотрел на скорости х2 и часто проматывал, чтобы успеть посмотреть видео до начала уроков. Все эти нано, кибер, био и прочие штуки были ему не очень интересны, и он все никак не мог понять почему этот ролик вызвал такой интерес у его друзей. После очередного тапа он чуть не выронил дневник. На сцене, в свете прожекторов, стояла она. Та, которую он знал с детства, и до сих пор тайно встречался. Она живая, настоящая. Новейшая, передовая разработка корпорации Южная эра. Пик научного прогресса, андроид компаньон Анжелика. Она могла получить любую внешность, девушка ведущая презентацию тоже оказалась Анжеликой. Но они решили дать ей внешность своего самого популярного маскота, девушки секретного агента. Каждый раз, вспоминая этот момент, Роб вздрагивал покрываясь мурашками. Никогда больше он не испытывал такие сильные эмоции.

Программатор просигналил об окончании передачи данных. Отключенное, теперь уже бесполезное устройство отправилось под кровать. Процесс изменения внешности начался почти сразу. Она стала вытягиваться. Волосы на голове меняли цвет и удлинялись. Изменились черты лица, форма носа. Грудь, бедра, длина ногтей, менялось все. Она превращалась в девушку его мечты. Именно такую, как он представлял. Внешность, мимика, жесты. Он постарался учесть все.

Тело изменялось постепенно, словно пластилиновое. Завороженный этим, Роб немного потерял связь с реальностью. Прошедшие часы стали казаться ему сном. На самом деле он в виртуальном симуляторе, снова моделирует ее идеальную внешность. Просматривая с разных ракурсов, каждый миллиметр ее кожи, крутит и крутит ползунки. Стлевшая до самого фильтра сигарета обожгла пальцы. Он вздрогнул, отбрасывая окурок. Изменения шли медленно, это была совсем не топовая модель. Но и не та, по сути сырая, кукла, представленная миру семь лет назад. Сейчас он знал практически все об андроидах компаньонах в общем, и о модели Анжелика в частности. И был уверен, что только слепой мог принять тех двух кукол из первой презентации за живых людей. Он пересматривал эту запись много раз. Видел неправильность движений, несовершенность мимики и внешности. И главное она. Она лишь слегка была похожа на ту настоящую себя. Это был лишь ее образ, изуродованный в угоду целевой аудитории и истинному предназначению.

Роб подошел к окну, осторожно раздвинул жалюзи. Время отбоя почти наступило, парк полностью соответствовал уставному расписанию. Бумажно-белый свет дежурных фонарей подчеркивал тишину и пустоту заоконного пейзажа. Роб сел за стол. Достал остатки концентрата, бутылки с водой и спиртом. Переливая жидкости по бутылкам, он представлял, что решает олимпиадные задачи по химии, и улыбался. Кусочек концентрата растворялся во рту, щекоча вкусовые рецепторы на языке. Поселившийся в комнате табачный кумар цеплялся за глаза и ноздри. С ним осторожно пыталась спорить пластиковая обертка от концентрата, источая, как сказано в инструкции, ароматы фруктов. Роб подумал, что можно было что-то обменять на настоящую еду. Он пытался вспомнить вкус цитрусовых, кажется ему нравился мандарин. Запивая концентрат коктейлем, он, чтобы снова не выпасть из реальности, переводил стоимость компаньона в такие вот порции. Нули получившейся цифры терялись в алкогольном тумане, застилавшем мозги.

- Роб? - этот бархатный, с чуть детской интонацией, голос прокатился волной жара по его телу. На мгновение перед глазами промелькнули ползунки настроек, а эхо собственного имени заметалось в черепе. Она смотрела на него слегка наклонив голову. Фиолетовая челка, чуть прищуренные голубые глаза, вздернутый нос пуговка и едва заметная улыбка. - Опять сеном давишся? - сказала она, улыбаясь, и похлопала ладонью по кровати рядом с собой.

Роб кивнул, отставляя едва не выпавшую из руки бутылку. Не отводя глаз, медленно подошел и сел рядом.

- Ну чего ты? Я здесь, у тебя все получилось. Выдыхай. - она ласково провела пальцами по его губам, стряхивая невидимые крошки. Роб улыбнулся, ловя ее руку и прижимая к щеке.