Размер имеет значение⁠⁠

Даже так: размер, ну просто ужасающе, решает! Все эти утешения в духе «главное не размер, лишь бы человек был хороший» или «подходит тютелька в тютельку» — вранье. А на самом деле: ай, больно! Или… хм, болтается.

Кликбейт сработал, так что уходите все, кто пришел сюда за членами.

К совершеннолетию у меня был сорок первый размер ноги при росте 180 сантиметров. Стопа узкая, подъем высокий. Мой случай — тот самый, когда откровенно хотелось бы покороче. Проблемы начались задолго до сорок первого. В двенадцать лет у меня уже был сороковой, и нормальную обувь было не найти. Интернет тогда был где-то в кино, где молодежь трахала пироги и ловко взламывала банки через банкоматы с помощью дискет. Мы с мамой почти каждый сезон обходили все рынки и магазины. И всегда наши покупки начинались от обратного: не «какие милые туфельки, принесите померить», а «есть сороковой на девочку?». Детских моделей на такую ногу просто не было в природе. Женские, конечно, существовали, но разве хочется подростку ходить в случайных чунях? Ну и шили на заказ, но далеко не самую модную обувь.

Когда нога доросла до сорок первого — начался ад. Стандартная женская колодка на такую длину предполагает даму комплекции «женщина-купец» — с тяжелой, полнокровной, толстомясой стопой. Мои «спички» в этих бабских ботах просто болтались. В восьмидесятые люди ездили в Москву за колбасой, а в девяностые мы с мамой и папой мотались туда за туфлями для меня. Не помню ни разу, чтобы мы возвращались из столицы хотя бы без одной заветной коробки.

В мои юные годы не было проблем только с боксерками — я была преданным поклонником Adidas. Но и тут крылся подвох. Мужская обувь по умолчанию шире женской, поэтому, чтобы зафиксировать ногу, мне приходилось затягивать шнурки намертво — так, что берцы сходились буквально встык. По глупости я пыталась экспериментировать с толстым махровым носком, чтобы заполнить лишний объем, но тогда стопа теряла настил. Так что спасала только экстремальная шнуровка и смешные, топорщащиеся складки спереди и над пяткой.

В двухтысячные начались благодатные времена — выбор в магазинах наконец-то появился, хотя найти что-то конкретное и удобное все равно могло стать квестом. Сейчас в разы проще, но я заложник нескольких брендов. В этой истории все как с зависимостью: дилер подсадил тебя на крючок. Теперь плати, как будто они сшиты руками родоначальника бренда или вообще из его кожи. Ну и рулетка маркетплейсов, конечно.

Ко всему вышесказанному, для меня существуют абсолютно запретные модели: балетки, кеды, длинноносые (свят-свят, сгинули, но опять вернутся, как любая нечисть), массивные трендовые кроссовки и тяжелые ботинки. Ну и еще что-то, что забыла. В них я либо шлепаю, как ластоногая, либо качусь, как лыжник, либо топаю, как йети.

Поэтому мой выбор — только каблук, только тру секси обувь, которая за счет изгиба укорачивает стопу. Она хотя бы помогает спрятать Бигфута. Длинный комплекс побежден, слегка подпитан высокий комплекс (лукавлю, я кайфую, что выше многих) – на каблуке уже 190. Ну и редкое исключение для жизни вне шпилек — аккуратные дизайнерские сникеры, беговые или фитнес-кроссовки строго по размеру. И я благодарю в неверии своем Господа за то, что три беременности не раздавили мою стопу до сорок четвертого, а только до сорок второго. Тогда, конечно, оставались бы кроксы, валенки и радикальный городской барефутинг. Иного пути нет.

А члены женщины, за редким исключением, при прочих равных выбирают, конечно, побольше, потолще, подлиннее и покрасивее.

Адью!