Путь в никуда
Некоторые люди звонят тебе в тот момент, когда тебе нужен этот звонок, когда тебе удобно говорить. Некоторые же — когда ты стоишь около входной двери, держа в одной руке тяжелые пакеты, разрезающие ладонь тонким натянутым полиэтиленом. Другой рукой судорожно шаришь в карманах в поисках ключей. Этот звонок был из второй категории.
— Максим Олегович, добрый вечер! Ваши анализы готовы. Вы можете их забрать в любое удобное время.
Я смутно помню, как закинул пакеты в квартиру, как выбежал во двор и сел в машину, как оказался на нужной улице и попал в клинику.
Примерно час я общался с доктором, но после сказанного "полгода" я уже ничего не понимал. Говорят, перед смертью люди больше всего жалеют о том, что мало путешествовали, почти не проводили время с любимыми и постоянно находились на работе. Я такого сказать не мог. Работа всегда помогала мне отвлечься от тяжелых мыслей и давала понять свою значимость. Вот и в тот день, глядя на капли дождя, стекающие по лобовому стеклу, я решил отправиться именно туда, чтобы остыть.
— Привет! Что-то ты сегодня рано, — вошла в кабинет коллега.
Промычав что-то нечленораздельное, я с удивлением обнаружил, что уже девять часов утра. Чуть больше суток без сна.
— За кофе идем? Макс? У тебя все в порядке?
— Да, да, идем!
Начало приходить осознание того, что через полгода по этим лестницам будут подниматься все те же люди, ведя такие же разговоры о котировках, сроках, сдаче новых проектов и прочей сверхважной дребедени, не помня вчерашний день. Изменится только одно — на этих лестницах не будет меня. Я уйду вместе со вчерашним днем. На мое место придет новый человек, постепенно вытесняя меня из памяти, переписывая мой код, стирая мои комментарии. Я просто растворюсь.
— Сонь, ты никогда не думала о страхе забвения?
— Чего это тебя потянуло на такие философские темы? Да, в детстве я мечтала сделать что-то великое: изобрести новое лекарство от страшной болезни, приготовить самый вкусный в мире торт или стать самым известным спортсменом.
— А что изменилось?
— Жизнь изменилась, Макс. Мы выросли. Готовить мне не очень нравится, к биологии меня никак не тянет, а в спорте меня хватает только на тренажерный зал, да и то в последнее время я стала часто прогуливать. Тем не менее, я получаю кайф от своей работы, я счастливый человек, а большего мне и не нужно.
Неосознанно я старался делать свою работу как можно лучше, оставляя подробные комментарии к каждой строке нового кода, чтобы никому в голову не пришло изменить хотя бы эту часть моего пятилетнего труда, чтобы никто не стер память о моем существовании. Буквы начинали расплываться, смысл написанного постепенно ускользал, заставляя меня возвращаться к проклятой строчке снова и снова. Дабы отвлечься, я открыл поисковую систему и вбил в строку первое, что пришло в голову. Байкал. Что ж, хороший вариант. Еду.
— Я в отпуск, — объявил я коллегам через 15 минут, которые потратил на заполнение бумаг о переносе отпуска с октября на завтрашний день. Сегодня мне уже нужен отдых.
— Макс, у тебя все в порядке? — Не успел я выйти из бизнес центра, Соня уже мне звонила.
— Ага, я просто решил, что мне пора в отпуск.
— А работа? Ты не передал дела. Тебя долго не будет?
— Всего-то две недели. Задачи я все сделал сегодня, передавать нечего.
— Хорошо тебе отдохнуть.
Я взял палатку, котелок и топорик, купил продуктов, закинул в машину и отправился в путешествие по стране. Плана никакого не было. У меня впереди были две недели и половина страны. А может, и вся. Как повезет. Я не знал, что я делаю и зачем.
Мне сегодня повезло с погодой. Немного пасмурно, зато не жарко, да и солнце не отражается в раскаленном асфальте. Едешь себе спокойно под любимую музыку.
Чуть больше двухсот пятидесяти километров, и вот мой первый незнакомый город. Даже странно, я прожил в Кемерово тридцать четыре года и ни разу у меня не мелькнула мысль посмотреть, а что там, за знаком конца населенного пункта. Видимо, должно было произойти что-то ужасное, чтобы выпнуть меня из берлоги.
Новосибирск показался мне каким-то аляповатым. Совершенно хаотично натыканные здания разных цветов сливались в единую непривлекательную массу. Итак, что я знаю о городе? Ну, зимой тут каток в центре города неприличной формы. Еще в июне запускали торт по Оби вместо салюта на день города. Кажется, я понимаю, почему меня сюда не сильно-то и тянуло.
Я припарковался где-то в центре и решил прогуляться по городу. Интересно, во всех городах страны площадь Ленина — это самый центр? И везде ли сохранился памятник вождю мирового пролетариата?
В Новосибирске, в отличие от Кемерово, Ильич никуда не указывал, просто задумчиво смотрел вдаль в компании каких-то рабочих. Видимо, памятники не по одному шаблону штамповались.
Я обошел скверик и даже полюбовался на оперный театр. В принципе, неплохо. Погуглил Новосибирск, на первой странице не нашел ничего интересного поблизости, пришлось импровизировать — прогуляться по центру города. Интересно, как устроен другой город, но в целом ничего особенно интересного я для себя не нашел.
После вкусного обеда я решил немного окупить свой отпуск и зарегистрировался на Блаблакар. В Новосибирске долго задерживаться не хотелось, поэтому я выставил маршрут Барабинск-Омск через пять с половиной часов и отправился навстречу своему возможному новому знакомству.
На удивление, ни один попутчик не нашелся. Видимо, нужно действовать как-то иначе. Что ж, отправился я в Омск в полном одиночестве.
Ух, и большая она, наша страна. Удивительно, но довольно много мест по трассе, где не ловит связь, да даже радио не ловит. Я такого не предполагал, живя в Кемерово. Там перебои со связью — большое событие, куча возмущений от жителей. А здесь целая деревня живет в информационном вакууме. Наверняка, связь с большим миром только через Первый канал.
Пожалуй, в Омске надо будет накачать себе музыки хотя бы до Ишима. Да и навигатор бы как-нибудь обновить, а то это здесь же все понятно, мало ли, что случится в дороге.
Мои мысли прервал голосующий человек на обочине.
— Здоров, в сторону Челябы бы.
— Садись.
— Веня, — представился мой попутчик, залезая на переднее сиденье.
— Максим, — протянул я ему руку.
— Ты сам-то куда путь держишь?
— Да не знаю, отпуск у меня, думал просто по стране покататься.
— Значит, по пути?
Веня, похоже, не сильно торопился. Предложил заехать в Омск, показать мне город, раз уж я в отпуске. Удивительно, но Омск мне вполне понравился. В интернете столько шуток про него ходит, я-то думал, что это большой промышленный серый город без дорог и каких-то благ цивилизации, с огромными проблемами. Оказалось, он весьма неплох — много парков, старинных интересных зданий. Только Ленина не смог найти. Видимо, это не центральная площадь города, ну или я что-то перепутал.
Мы перекусили и выдвинулись в Ишим. Как-то быстро мы с ним нашли общий язык. Я как-то и забыл о музыке, которую хотел накачать себе.
Стоило мне подумать о музыке, Веня потянулся к магнитоле и настроил какое-то странное Омское радио. Новости вещали какую-то жуть. Убийство в подворотне, стрельба, наводнение, землетрясение. Казалось, в этом городе случилось все, что могло случиться, сплошное беспросветное горе. Потом заиграла какая-то грустная песня: "Ночь прижалась лицом к стеклу. Ты само одиночество..." Как будто всю радость высосали.
Визг тормозов, крик Вени.
Я очнулся лежа на сдутой подушке безопасности. Справа от меня впечатанные в столб остатки автомобиля. Вроде ничего не болит. В окно стучится фельдшер, я открываю дверь.
— Не двигайтесь. Что-нибудь болит? — Он светит мне в глаза фонариком, трогает мои руки и ноги. — Чувствуете? — Закончив осмотр, он говорит, что я на удивление абсолютно здоров.
Я аккуратно выхожу из машины. Впереди смятый как консервная банка грузовичоок. Похоже, марки Хайс. Вокруг него толпятся пожарные, полиция и скорая. Я обернулся. Позади моей машины на противоположной стороне дороги стоит Веня и ловит попутку в сторону Омска.
Апхчи!
Я очнулся за рулем своего целехонького автомобиля, мимо проехал тот самый Хайс. Попутчика рядом со мной не было. Только играл тот самый грустный трек: "Ну, а, впрочем, всё, как всегда…"