Путь Алины
Шестая глава: продолжение. Лирическое.
Обстановка осталась прежней: несколько человек бродят туда-сюда и обязательно четверо из них с копьями, кои представляли из себя прямое, обожжёное древко, а в качестве наконечника обломок ножа, примотанный к древку чем-то вроде кожаных ремешков. Я начала слушать... Всех разговоров было о том, когда наконец вернутся охотники, а то устали овощи жрать. Просканировав пространство, я обнаружила, что в домике, стоящем в самом центре лагеря сидят ещё три человека.
Не ощущая в них и доли враждебности, я решила всё-таки показаться перед ними, но не стала проявлять себя прямо посреди лагеря, чтобы не пугать, а отлетев на несколько сотен метров, достала из того самого кармана уже нормальный рюкзак, положив в него всякое, что обычно берут в поход, добавив туда немного еды - крупы, соль, специи, вяленое мясо, ну и двинулась в их сторону.
Заметили меня уже почти на самом пороге входа в периметр. Как они забегали! Всей толпой они подбежали ко входу, встали там и стали меня ждать. Я не стала их разочаровывать, но на всякий случай накинула на себя щит, подойдя ближе. Встав в нескольких метрах от них, поприветствовала:
- Здравствуйте. Разрешите передохнуть у вас?
- А ты, э-э-э... Кто? - отозвался самый здоровый из них.
- Ну, звать меня Алина. Просто путешествую. Издалека увидела ваш забор и решила посмотреть, что за ним. - сама же в этот момент быстренько заглянула в его мысли (знаю, что нельзя!) и... Ничего там не увидела, кроме реального офигевания от моего появления здесь.
- Наш главный на охоте сейчас. Пока что я за него, так что приглашаю к нам. Правда у нас еды почти не осталось. Овощи только, да и тех маловато.
- На этот счёт не беспокойтесь. У меня есть немного, но, если тут все, то хватит каждому на порцию.
Меня проводили в один из домиков (не центральный, что подозрительно). Внутри оказалось довольно уютно и даже не слишком темно, но мне темнота не страшна. Я и ночью вижу как днём.
Выложив на стол продукты, незаметно добавив к ним ещё втрое больше того, что было в рюкзаке, предложила их им, чтобы приготовили. Но для начала нужно познакомиться:
- Я вам уже представилась. А как зовут вас?
- Я Игорь, вот это Иван, тот рыжий тоже Иван. Вот этот коротышка Женька, а с остальными уж потом познакомитесь.
- Давайте на ты перейдём. Так проще.
- Да легко. Алина, а ты откуда? - он всё это время не отрывал от меня глаз. Я боялась увидеть в них хоть намёк на вожделение, но ничего такого не было. Лишь дикая заинтересованность.
- Я с севера. У нас там посёлок. В нём и живу. Вот, решила попробовать поискать ещё людей. Нашла вас.
- И не испугалась подойти?
- Я же не совсем дурочка. Понаблюдала немного за вами. Вроде вы мирные.
А сама в это время постоянно мониторила мысли каждого из них по очереди. Да, некультурно, да, обещала отцу не пользоваться этим без разрешения, но это совершенно незнакомые мне люди, потому осторожность лишней не будет, да и отец об этом никогда не узнает.
А мысли у них были одинаковы - о том, что они, наконец нормально поедят. Мне их даже жаль стало.
- Вы все годы после катастрофы так тут и живёте? - мне захотелось узнать их историю.
- Что?! Нет! Мы типа кочевников. По паре лет стоим на месте, пока зверь не начинает нас бояться и идём дальше. Со времени тряски сделали уже переходов семнадцать или восемнадцать. Почти от Москвы бывшей идём.
- Ого! Это же очень далеко! Больше тысячи километров!
- Погоди, а ты знаешь, где мы сейчас?
- Конечно! Это Урал. Бывшая Свердловская область. Практически самая южная её точка. Дальше на юг бывшая Курганская область.
После моих слов мужчины переглянулись непонимающе, а Игорь проговорил, обращаясь будто ко всем, но больше сам к себе:
- К главному возникли вопросы.
- Что-то не так?
- Да как тебе сказать, Алина. Вообще-то мы шли на юг. Точнее, он нас вёл. Его Николай зовут. Это тебе на будущее, когда он придёт.
- И когда это должно случиться?
- Сегодня вот и должны вернуться. Мы договорились, что охотники не ходят дольше трёх дней. Если не появляются через три дня, то снимаем лагерь и делаем новый переход. Представь, сколько раз не возвращались охотники, если нас поначалу было почти пятьдесят человек.
Я прикинула. Если они выходят на охоту по четыре человека, а их от пятидесяти осталось четырнадцать, значит как минимум девять раз им приходилось бросать своих людей, если те всё-таки были живы.
Тут, вдруг от входа в лагерь раздался громкий, почти на пределе голосовых связок крик:
- Идут! С добычей идут! Айда на помощь, братцы!
Игорь с остальными мужчинами тут же, бросив всё, поднялись со своих мест и пошли на выход. Игорь же обернулся ко мне:
- С нами пойдёшь, познакомишься, али тут обождёшь?
Этим он поставил меня в тупик, но я решила - была не была. Надо узнать, кто в среднем домике. Вот и посмотрю быстренько, пока они своим помогают, потому ответила:
- Останусь. Извини, устала очень с дороги. Ноги совершенно не хотят разгибаться.
- Добре. Ты Николая не боись, ежели чего. Он мужик нормальный. Ребёнка и женщину нипошто не обидит.
Странный какой-то говор у него. Никогда такого не слышала, но кажется довольно интересным. Тем временем из лагеря вышли вообще все, кроме тех троих, что в домике. Я молнией переметнулась к домику, тут же накинув на себя невидимость и начала заглядывать в окошечки, которых было по периметру наделано много, но они были маленькие.
Сразу же увидела Диму. Рядом с ним сидело ещё двое детей, но чуть постарше его возрастом. Они не были связаны, на столике у них стояла тарелка, наполовину заполненная овощами типа репы, моркови и свеклы. Не ахти набор, конечно, но это показывало, что дети не голодают. При этом они сидели, переговариваясь и чему-то посмеиваясь.
Жаль, подслушать не могу. Почему нет способности сквозь стены ходить, или слух усиливать? Надо попробовать потренироваться. Вдруг как и щит, само активируется что-то из них.
Узнав всё, что мне нужно, я также молнией перебежала обратно в домик, где меня принимали и непринуждённо приняла свободную позу, при этом достав из рюкзака запасные штаны и начала зашивать на них небольшой разрез. Когда-то давно неаккуратно приземлилась с полёта на торчащую из земли арматурину. Рану тогда свою залечила так, что и шрама не осталось, а вот штаны так не залечишь.
Только я начала входить во вкус, как открылась дверка и внутрь вошёл мужчина, размерами кабы ещё не побольше Игоря, посмотрев на меня, он поздоровался:
- Здравствуй, добрая девица. Не против, если я тут посижу? Расскажем друг другу чего интересного. Игорёк сказал, что ты из местных почти?
- Здравствуйте. Вы хоть покушали с дороги? Сначала подкрепитесь. Все разговоры потом. - Снова выковыряла из кармана прямо в рюкзак кусок вяленого мяса, два помидора и несколько сухариков и выложила это всё на стол перед ним.
Он, увидев эти продукты аж замер, глядя на них, как на нечто невообразимое. Да для него наверное они чем-то подобным и были. Кроме мяса разве что.
- Помидоры?! Но откуда? И сухари?! Значит есть хлеб!
- Ешьте. Я же попросила - все вопросы потом.
Ел он хоть и с жадностью, но аккуратно, неторопливо. Я же продолжила зашивать штаны.
Когда он закончил, закончила и я, уже сложив штаны и швейные принадлежности обратно в рюкзак.
- Ну что. Вот теперь можно и поговорить? Для начала познакомимся. Меня зовут Алина. Наш посёлок находится на севере отсюда. Решила попутешествовать и наткнулась на ваш лагерь. Ваши люди любезно разрешили мне передохнуть у вас.
- И правильно. Я им всегда говорил, чтобы давали кров каждому, кто попросит. А меня Николай зовут. Вот уже пятый год, как главный я среди этих людей. Предыдущий помер от какой-то болезни. К счастью, не заразной. А скажи-ка, Алина, далеко ли до вашего посёлка? И чем там вообще люди занимаются?
- Недалеко. Я первых выживших ещё дальше нашла, чем вас. Наш посёлок между ними и вами как раз стоит. А занимаемся абсолютно всем, чем можно заниматься в нынешнем мире - живём. Заметьте: не выживаем, а живём.
- Я к тому и спрашиваю, красавица, что давно уже хочу людей своих вывести к какому-нибудь толковому поселению, где люди делом занимаются, а не с крошки на крошку перебиваются. До сих пор нам такие не попадались. В одном даже чуть нас самих не сожрали. Хорошо, что предыдущий главный увидел в их глазах искры странные, да охрану выставил на ночь.
- Они хотели съесть вас?! Людей?!
- Ну, да. Оказалось, они и живут этим. Охотятся и на зверей, конечно, но человечина им более по вкусу.
У меня в животе кажется весь набор кишок после этих слов несколько раз провернулся в разные стороны, прежде чем у меня получилось поставить их "на место". Значит, папа всё-таки был прав в своё время - люди едят людей.
- Давно это было? - раз сказал про бывшего главного, значит больше пяти лет назад.
- Да солнца ещё не видать было. Примерно за год до того, как оно показалось.
- Да уж. Сможете мне примерное место на карте указать, где это было?
При этих словах он довольно странно на меня зыркнул, но моментально сделал вид, что лишь удивлён наличием у меня карты:
- У тебя карта есть? Я могу лишь небольшую область кружком обвести да и то, погрешность возможна немалая.
- Это не страшно. Мне просто важно знать хотя бы радиус километров в сто. - развернула перед ним карту бывшей страны, после чего он, немного призадумавшись, водил по ней пальцем, начиная откуда-то из-под Москвы. Затем уверенно обвёл в кружочек область неподалёку от Нижнего Новгорода и вернул мне карту.
Я видела, что у него на языке прямо-таки вертится ещё один вопрос, но он никак не решается его задать, в то же время, я в момент блеснувших глаз поняла, что это за вопрос. Ведь не зря у них молодые парни в отдельном домике все втроём сидят. Всем остальным много за тридцать. Николаю, к примеру я не дала бы меньше сорока пяти лет.
- Николай. Прежде чем вы зададите свой вопрос, а вы его зададите, и я даже предполагаю, каким он будет, хочу предупредить, что захватить меня будет огромной ошибкой для всех вас. Я знаю, кто сидит у вас в центральном домике, вот только не понимаю, почему вы их прячете.
А он не смутился ни на йоту! Абсолютно спокойным и ровным голосом заговорил:
- Да. Вопрос я задать хочу. Видя твой возраст, не могу не спросить - ты ведь тоже из колдунов, в твоём случае - колдуний?
И тут я, не выдержав, захохотала так, как давно уже не смеялась. Не меньше двух минут меня трясло от смеха, пока не начала икать, как обычно. Кое-как успокоившись, вытерла слёзы и повернулась к Николаю. А он всё это время сидел и смотрел на меня абсолютно спокойным, но выжидающим взглядом. Ну а мне скрывать нечего, однако, я на всякий случай снова накинула на себя щит.
- Да. Только мы у себя называем таких людей одарёнными, потому что эти способности - это дар. Они нам помогают так или иначе. Вы боитесь таких как я, Николай?
- Нет. Наоборот, я поклялся защищать до последнего вздоха каждого колду... одарённого, которого встречу. Сам себе поклялся. У нас изначально в команде было два ребёнка. Когда настало время, один из них стал видеть будущее, а вторая могла летать. Мы были знатно удивлены поначалу, пока в очередном поселении не узнали, что и у них младшие дети стали кол... одарёнными. Алин, но ведь слово "колдун" проще выговорить! Чего язык-то ломать.
- Вы продолжайте историю свою. А я потом объясню, почему именно так и не иначе.
- Хорошо. В общем, эти детишки нам весьма помогали в наших делах: Лёня каждый вечер глядел в будущее и предсказывал удачу, или где поберечься бы стоило, а Ниночка за разведчика у нас была. Взлетала повыше и смотрела, где пройти полегче, если по лесу топали. Где зверь есть, если охотились, а то и на поселения указывала. Мы при ней даже такой толпой ни дня не голодали, пока... - тут он закрыл руками лицо и довольно долго так сидел. Затем, думая, что делает это незаметно, вытер выступившие слёзы, продолжил, - в очередной раз по лесу мы шли, ну и попросили её взлететь. Она едва над деревьями поднялась, как выстрел грохнул и Ниночка камнем вниз полетела. Какой-то дед, всю жизнь дикарём в лесу проживший, увидел человека летающего, да и принял её за беса, вот и пальнул. Ниночка еще до падения на землю умерла, а деда в горячке мужики так отмутузили, что и он крякнул.
- Как же Лёня этого не увидел? Простите, если что, мне это важно знать.
- А он вообще ничего не увидел накануне. Впервые за всё время чернота одна у него перед глазами была.
- Ну а с ним что случилось?
- Почти через год после смерти Нины, Лёня увидел в своём видении кровь. Обычно это говорило о том, что будет удачная охота, поэтому мы даже обрадовались было такому видению. Вот только это он свою кровь увидел. Он всегда в середине колонны шёл, как самый ценный среди нас. То есть и тропа уже утоптана для него была, и ветки срезаны, и позади защита есть. А тут как рок злой. Видать у сосны, мимо которой шли, когда-то давно ветка надломилась, да так и висела, подсыхая все эти годы. А от нашего топота выбрала момент сорваться... В нескольких местах она Лёнечку нашего проколола. Сколь ни пытались мы раны перетянуть, да в двух местах артерии были порваны. Он ещё с минуту прожил. Там и похоронили, под сосной той окаянной. С того момента я и поклялся, что каждого одарённого теперь от себя и на метр не отпущу, если не буду уверен в его полной безопасности. Потому и сидят парни в домике. Кормим их до отвала, чем можем, но гулять только внутри лагеря пускаем, либо со мной выходят наружу. Вот ты какой дар имеешь, что так бесстрашно в одиночку ходишь?
- За меня можете не беспокоиться. Мне даже попадание ядерной бомбы не страшно. Можете попытаться сейчас ткнуть в меня ножом,чтобы убедиться в этом.
- Одурела что ли?! Чтобы я в человека ножом тыкал, да ещё в одарённую? Я с ума не сошёл ещё!
- Ну, тогда просто смотрите.
Я сама схватила со стола большой охотничий нож и несколько раз со всего маху остриём ударила по второй руке, лежащей на столе. Ожидаемо - на ней не было ни царапины. Николай же сначала дёрнувшийся было в мою сторону, чтобы перехватить, уже после первого удара уставился на мою руку и сейчас продолжал пялиться на места, куда попадало остриё.
- Убедились?
- Да уж. Это кожа такая твёрдая?
- Пожалуй, я оставлю пока в секрете, как работает эта способность, уж не обессудьте.
- Да ничего. Слушай, может выйдем? С другими познакомишься, да и мальчишки проветрятся.
- Да, с удовольствием! Идёмте.
- И давай уже ко мне на ты. Ты всё же одарённая, а я так - старикан неотёсанный.
- Уж как папа воспитал, так и обращаюсь к людям старшего возраста, но раз уж ты сам просишь - хорошо.
Мы вышли из домика. Остальной народ сгрудился вокруг костра, над которым на вертеле жарился немалых размеров кусок мяса. Все они одновременно повернули головы в нашу сторону и не отворачивали взгляда, пока мы не подошли. Николай сразу прошёл на своё место, там стоял довольно большого диаметра чурбан. Для меня же мужчины, тут же засуетившись откуда-то достали аккуратный чурок, затем бросили на него ворох тряпок, пусть и грязноватых, но заботу я оценила и от души поблагодарила мужчин.
- Игорь, парней приведи, пусть тоже с нами посидят, - Николай отдал распоряжение своему заместителю, после чего тот сразу встал и пошёл в середину лагеря.
Через пару минут он пришёл в сопровождении троих мальчишек, которых я уже успела разглядеть в лица, но вот в полный рост не видела. Дима был вполне стандартен для ребёнка десяти лет, а вот парни были либо моими ровесниками, либо просто вытянулись, ибо ростом они были выше меня, хотя по лицам им не дашь больше четырнадцати лет.
После того, как все расселись, произошло знакомство, где я снова представилась всем, сказав, кто я и откуда, и что здесь делала. Мужчины тоже по очереди рассказали о себе. Я же ждала, что будут говорить мальчики. И дождалась. Первым заговорил слегка рыжеватый парень, худощавый с длинным прямым носом и тёмно-зелёными глазами:
- Я Арсений. Мне шестнадцать лет. Не могу сказать, где жил раньше. Сбежал от своих. Они меня боялись с того момента, как у меня появилось волшебство. Я сквозь любой материал могу смотреть. Едва научился в лесу более-менее соображать, куда идти, чтобы не заплутать, так и ушёл, потом вот на них вышел, - кивнув головой в сторону Николая, рассказал свою историю паренёк
Следом заговорил второй. Этот был круглолицым, розовощёким пареньком, нос картошкой, волосы как и у меня чернее чёрного и глаза синие. Я уже знала, какую способность он назовёт, потому интересовало лишь откуда он.
- Я Даниил. Мне пятнадцать лет. Пошёл с этими людьми искать поселение получше чем наше, как только дядя Коля меня позвал с собой. Я будущее вижу. Бывает случайно, но сейчас каждый вечер заглядываю, что нас ждёт.
Так я и думала. потому Николай его и выдернул с родного места и я его понимаю и даже рада за парнишку, потому что теперь они, дойдя до Новоуральска начнут жить по-человечески. Ну а теперь самое главное - Дима:
- Меня зовут Дима, мне десять лет. Я как-то пошёл погулять, а там на меня заяц выскочил, ну я с перепугу его ножом успел полоснуть, а потом он в траву побежал и я за ним, только куртку скинул, чтобы бежать быстрее. Думал, уж догоню раненого-то. Вот и заблудился. Так и ходил, пока меня эти дяденьки не нашли во время охоты. Сейчас даже не знаю, в какой стороне мой дом. Я пока не знаю, какая у меня способность.
- Зато я знаю, в какой стороне твой дом, - не выдержала я, едва сдерживая слёзы от радости за то, что Даша и её семья вновь воссоединятся.
Все с большим удивлением уставились на меня, но у Димы оно было больше всех.
- Я знакома с твоей семьёй, Дима. И сегодня утром их всем составом, даже вместе с вашим домом перевезли в наш посёлок, который стоит на месте Новоуральска и продолжает так называться.
- Вы знаете Дашу? - у него даже дыхание перехватило.
- Да. Мы очень хорошо подружились и с ней и с твоим дедом Денисом и папой Олегом и мамой Алёной, - перечислила я имена его родных, чтобы у него все сомнения отпали, что я говорю правду, - если ты не против, то с утра я перенесу тебя к ним, а вы, уважаемые собирайтесь и выдвигайтесь в ту сторону. Точку направления я уже внесла в головы каждого из вас, уж простите за наглость.
- Конечно я согласен! А как?!
- Мы полетим, Димочка, - не способная сдержать улыбки, огорошила я его ещё больше.
На этом Николай строго пресёк все дальнейшие разговоры и велел располагаться на боковую. Мне выделили отдельный домик. Едва я прилегла, как моментально отключилась.