Птица с железными перьями, глава 9
Из-за закрытой двери слабо доносились голоса. В комнате было темно. Освещали ее только оранжевого оттенка отблески с улицы. Несколько минут Йоттар лежал, глядя в потолок, и ни о чем не думал. Голова уже не болела, да и в целом чувствовал он себя куда лучше.
Он медленно сел, спустив ноги на пол. Как оказалось, за время сна бинт окончательно свалился с головы, и теперь лежал, скомканный, возле подушки. Поднимать его Йоттар не стал. Царапина уже почти не чувствовалась, а значит, теперь все пройдет само.
Все так же медленно он вышел из комнаты. В коридоре его радостным курлыканьем встретил голубь. Возле птицы стояли две миски, одна – с какой-то крупой, другая – с водой. Должно быть, снова Оруфи успела позаботиться.
Как оказалось, водопровод все еще был цел и вода в ванной текла исправно, так что получилось умыться и привести себя в порядок. Над грязной раковиной висело маленькое засиженное зеркало без рамы. После взгляда в него, Йоттар обнаружил, что под правым глазом у него красуется синяк, нижняя губа разбита, а от левой скулы к виску наискось тянется красная полоса. Царапина начала заживать, но морщиться пока было больно.
Дверь на кухню была плотно закрыта, из щели над порогом пробивался свет. Оттуда и доносились голоса, которые он услышал после пробуждения. Йоттар толкнул дверь. На звук обернулись Фавио и Оруфи – они сидели за столом и говорили о чем-то. Император, увидев его, напряженно замолчал.
– Чего пожрать есть? – небрежно поинтересовался Йоттар.
Не дожидаясь ответа, он направился к навесным шкафчикам, но распахнуть дверцы не успел. Из окна, почти прижимаясь к стеклу, на него уставилась знакомая оплывшая морда. Безгубый рот что-то произнес. Что именно, из дома слышно не было, но Йоттар был уверен, что слово это – «Чщ-щелавек-кх».
– Твою мать!
Отшатнувшись от окна, он добавил еще несколько более красочных выражений. Рука сама собой дернулась к винтовке, но приклада за плечом не оказалось. Точно, он же отдал оружие Оруфи перед дракой…
– Оно не войдет внутрь, – торопливо успокоила его девушка. – Оно даже к стеклу прикоснуться не может.
– Что эта гадость вообще здесь забыла?
– Чует добычу, – беспечно объяснила колдунья. – Добраться не может, но на несколько миль вокруг нет больше никого, поэтому остается здесь.
– И давно тут эта хрень?
– Минут двадцать.
– Что, так и пялится?
– Да.
Йоттар криво усмехнулся. Такое пристальное внимание определенно заставляло нервничать.
– А заклятье точно его удержит? – уточнил он на всякий случай.
Оруфи кивнула с видом полной уверенности. Фавио так и не сказал ни слова – обижался, наверное. И черт с ним. Йоттару все равно ничего от него не нужно. Свалит отсюда через пару дней – и пусть хоть заобижается.
– Еда в подвале, – заботливо просветила его девушка. – Люк под тем ковриком. Там довольно много, должно хватить на несколько дней.
Кивнув, Йоттар ногой отодвинул указанный коврик и сдвинул крышку люка. Из подвала пахнуло холодом и затхлостью. По грязной приставной лестнице он спустился и огляделся по сторонам. На деревянных полках стояли ряды банок с соленьями и крупами, подписанные ящики. В условиях осады многоножками это было настоящим богатством. Стоило бы сказать спасибо за это хозяевам, но тех, должно быть, давно уже съели. А если не съели – вряд ли они обрадуются, что в их доме кто-то мародерствует и жрет запасы.
Света в подвал падало достаточно, чтобы, хоть и с трудом, разглядеть содержимое банок и надписи. Возвращаться за фонариком не хотелось, так что дальние банки приходилось доставать на свет, чтобы понять, что в них. Наверху снова заговорили император с колдуньей. Вернее, заговорил один император. Похоже, он рассказывал девчонке те сведения об империи, которые в Таигале знал любой ребенок.
– С северо-запада мы граничим с двумя странами: Астминн и Тефрас, на востоке – с Кьяром. С северо-востока империю омывает океан. На юг мы забрались намного дальше соседей, и значительную территорию с трех сторон окружают Дикие земли. К северу от Файнара начинается горный хребет. На сотню миль это просто каменные скалы, зато дальше идут поросшие лесом горы. Оттуда на юг течет река Кея. На ней и стоит Файнар. Забавный факт: не смотря на то, что Кея полноводная река, на юге возле нее вместо растительности, которая в этом климате могла стать очень пышной, есть только все те же голые камни.
Ничего забавного в этом факте Йоттар не видел, но промолчал – не орать же из подвала. На верхней полке он обнаружил составленные одну за другой несколько банок с полосками вяленого мяса. За это точно стоило поблагодарить Вечное небо или хотя бы удачу – Йоттар уже было решил, что следующие несколько дней придется питаться исключительно кашами и лежалыми овощами.
– Таигальская империя была основана около четырехсот лет назад. Четыреста двадцать два года, если точнее. В те времена, как ты, вероятно, знаешь, весь юго-восток занимали Дикие земли. Таигаль, маленькое тогда еще королевство, было городом-государством недалеко от берега моря. Сейчас там находится наша столица, которая, кстати, по-прежнему носит свое древнее название – Таигаль. Знаменитый король Арвеан четвертый Храбрый собрал под свои знамена войска соседних государств и начал свое блистательное завоевание юга. Кстати, он был моим предком. Дойдя до самого Разлома, он победил темного бога Коири и этим снискал милость Вечного неба. С тех пор империи благоволят небесные боги, потомки Арвеана занимают трон, и ни одно чудище не смеет пересечь границ Таигаля. То есть… Так было раньше. Теперь…
В подвале было слышно, как тяжело вздохнул Фавио. А Йоттара ждали еще пара радостей – среди картошки и гречки он обнаружил целый ящик яблок и большую бутыль вина. Поиски на сегодня можно было смело заканчивать.
– Эй, профессор, хорош трепаться! – крикнул Йоттар, подтаскивая добычу к лестнице. – Помоги жратву поднять!
Фавио ответил не сразу – размышлял, наверное, над ответом.
– Что, сам не справишься? – отозвался он наконец.
– Самому мне два раза лазить придется. Подними уже жопу и сделай хоть что-нибудь полезное!
Через несколько секунд обиженного молчания император наконец показался над люком. Йоттар передал ему ящик с яблоками, затем – банки с мясом и вино, и наконец вылез сам. Фавио, насупившись, молча следил за ним. Синяков у него на лице было больше, чем у Йоттара.
– Да, да, – пробормотал Йоттар, закрывая люк. – Ты мне тоже не нравишься. Но можешь не переживать – отлежусь денек и свалю отсюда, и нам больше никогда не придется разговаривать. Ну, или ты можешь свалить первым.
Кажется, услышав это, Фавио хотел что-то спросить, но после короткого размышления буркнул:
– Вот и отлично.
Оруфи молчаливо наблюдала за ними. Она уже не выглядела испуганной, но все равно сидела тихая и настороженная. Сейчас Йоттар вспомнил, что она и в «Змее» была такой. Сев на табуретку рядом, он облокотился на стол и открыл банку. Оттуда сразу запахло специями. Выудив полоску мяса, Йоттар сунул ее в рот. Многоножка за окном завистливо облизнулась.
– Ты чего такая тихая? – с набитым ртом поинтересовался он у колдуньи. – Этот придурок тебя достал своими лекциями, а ты стесняешься сказать, чтоб он заткнулся?
Девушка улыбнулась уголками губ.
– Нет, это я попросила рассказать мне про империю. Фавио хорошо объясняет.
Самодовольно усмехнувшись, император сел напротив. Йоттар, зубами отрывая очередной кусок мяса, перевел взгляд на него.
– А ты что, успел все разболтать? Ну, про корону свою.
– Это ты все разболтал, пока орал здесь! – возмутился Фавио. – Мне после этого ничего не оставалось, кроме как объяснить, о чем мы говорили.
– Я никому не расскажу, – заверила его Оруфи. – Мне все равно некому…
Последняя фраза прозвучала тоскливо. Не придумав, что сказать в утешение, Йоттар сунул девчонке банку с мясом.
– Будешь?
– Мне нельзя мяса, я ведь говорила.
– Точно… – сочувственно кивнул он. – Дерьмово так жить, наверное. А яблоки можно?
– Можно.
– Тогда ешь, пока я все не сожрал, – дружелюбно ухмыльнулся он.
Хотелось бы поблагодарить девчонку чем-нибудь повнушительнее ворованных продуктов, но пока было нечем. Кроме того, он по-прежнему чувствовал себя виноватым перед ней. На самом деле чувство вины распространялось и на Фавио, но об этом Йоттар старался не думать, утешая себя тем, что императору полезно познакомиться с настоящим миром.
Некоторое время они молча ели. Многоножка продолжала облизываться и корчить рожи за окном. Внутрь она действительно не совалась, и постепенно даже перестала портить аппетит. Фавио, который заедал мясо найденным в шкафчике хлебом, то и дело бросал на Йоттара сосредоточенные взгляды. Не выдержав, император все-таки спросил:
– Куда ты собираешься теперь?
Йоттар неопределенно пожал плечами.
– В столицу, наверное. Там сейчас безопасно, – с сомнением отозвался он.
Путь до столицы, при самом удачном исходе, займет не меньше полутора недель. Два-три раза ему придется ночевать в пустыне, став при этом легкой добычей для чудищ. А потом его опять ждут незнакомые города, отсутствие крыши над головой и полное безденежье. И это – если слухи о его связи с колдовством не успели просочиться из Файнара. Что будет в последнем случае, даже думать не хотелось.
Фавио мрачно кивнул.
– А ты? – обратился он к Оруфи. – Что ты будешь делать?
Колдунья погрустнела сильнее.
– Не знаю, – тихо отозвалась она. – Не хочу возвращаться в Дикие земли, а тут… мне некуда идти. Наверное, останусь здесь. Людей здесь нет, а чудища меня не тронут.
На последних словах успевший проникнуться сочувствием Йоттар встрепенулся:
– Слушай, – вспомнил он, – так как ты отпугиваешь этих чудищ?
Девушка задумчиво подняла глаза к потолку.
– Все вещи у меня заговоренные, да они и так не тронут меня – чуют свою. Для того, чтобы не пустить их в дом, пришлось провести ритуал… – осекшись на полуслове, Оруфи добавила уже веселее: – Это довольно сложный ритуал, с первого раза с ним не справиться. Но я могу проводить его хоть каждый день, например, на каждом новом месте ночлега.
Очевидное решение напрашивалось само собой – вернее, это девчонка на него намекала.
– Полетишь со мной? – выпалил Йоттар, пока император не успел вмешаться.
Фавио возмущенно открыл и закрыл рот. Оруфи смущенно улыбнулась.
– Даже не знаю. Что мне делать в городах? Меня ведь могут вычислить.
– Да брось, – широко улыбнулся Йоттар. – Я тебе помогу. Объясню все. Я, кстати, эти города изнутри знаю, а не по учебникам, так что помогу освоиться. А если хочешь, высажу тебя где-нибудь в деревне на севере. Не проводить же тебе всю жизнь в этой дыре.
Девушка опустила глаза. Вряд ли ей вообще требовались уговоры. Фавио, чуть не плача, смотрел на нее с видом рухнувшего доверия. Йоттар отвел глаза. Он и сам понимал, что поступает подло.
Но не брать же с собой этого придурка! Во-первых, Йоттар его терпеть не может, во-вторых, от него нет никакой пользы. И троих голубь не унесет. С двумя-то совсем недолго лететь сможет. И то, что парнишку тут сожрут чудища, его точно никак не касается. Не помогать же теперь всем убогим, верно?
– А ты, вроде, в горы собирался? – выдавил Йоттар.
Фавио коротко кивнул. На ресницах у него уже блестели слезы.
Нет, такого идиота с собой точно брать нельзя. Сразу все испортит, или начнет ныть, или выльет всю питьевую воду, потому что в дороге ему приспичит помыться. С полминуты Йоттар сидел, выдумывая новые, один другого хлеще, примеры, почему императора никак нельзя брать с собой. К огромному своему сожалению, он понял, что во время драки спустил почти всю свою злость на парнишку. Оставшаяся легкая неприязнь с трудом порождала аргументы, все менее и менее убедительные.
– Вообще-то… – неохотно пробормотал Йоттар, последними словами ругая себя за мягкотелость. – Вообще-то, голубю будет сложно с двумя лететь. Лучше уж пешком, а на птицу припасы погрузить… А в горах можно продать этот комок перьев и купить нормальную животину, чтобы быстрее добраться.
Чего императору точно не стоило делать, так это играть в покер – по лицу бывшего правителя можно было распознать абсолютно все известные человечеству эмоции, и даже парочку новых. Поняв, что имеет в виду Йоттар, Фавио просиял, а затем нахмурился.
– Мне не нужны подачки.
– Ты-то тут при чем, чучело? – поразился Йоттар. – Я о птичке забочусь, и о себе! Сдохнет она в полете – вот хреново будет! А ты вообще можешь здесь сидеть.
Оруфи поглядывала на них с любопытством.
– Пешком? Ну, раз ты так говоришь… хорошо, – робко согласилась она.
Интересно, она и правда была не против, или просто привыкла соглашаться со всем, что ей велят делать? Сейчас Йоттар не был в этом уверен.