Психолог на приёме у клиента⁠⁠

В уютном, но видавшем виды, кабинете сидел Николай Сергеевич — дипломированный психолог с десятилетним стажем и самооценкой студента-первокурсника, забывшего про экзамен. Его кресло скрипело, будто жаловалось на жизнь вместе с ним, а на столе лежала книга «Как поверить в себя», открытая на главе «Шаг первый: перестаньте бояться своего отражения».

Напротив него в кресле развалился клиент — уверенный в себе молодой человек, который, судя по всему, пришел сюда больше ради развлечения, чем за помощью.

— Знаете, доктор, — начал клиент, закинув ногу на ногу, — к вам меня послала моя девушка, она говорит, что у меня проблемы с эмпатией. Что вообще такое эта «эмпатия»? Мне, наверное, нужно рассказать вам о себе. У меня ощущение, что мне ничего не страшно. Я всегда добиваюсь своего, легко нахожу общий язык с людьми.

Николай Сергеевич вежливо кивнул, чувствуя, как его внутренний голос ехидно комментирует ситуацию: «Тебе бы его проблемы, эмпатии, видите ли не хватает».

— Эмпатия… это важно, — пробормотал он, потянувшись за ручкой, но внезапно засомневался, стоит ли записывать. В конце концов, какой смысл, если клиента и так все устраивает?

— А вы что об этом думаете? — спросил молодой человек, с интересом глядя на психолога.

Николай Сергеевич внутренне напрягся. Думать? Вот уж чего он точно старался избегать в последнее время. В голове всплыли слова его собственного терапевта: «Николай, вам нужно поработать над уверенностью в себе».

Он вздохнул.

— Ну… эмпатия — это способность чувствовать другого человека, понимать его эмоции. Возможно, ваша девушка хочет больше внимания к своим переживаниям?

— Хм… может быть, — задумался клиент, а потом неожиданно добавил: — А у вас как с эмпатией?

— У меня?.. — психолог сглотнул.

Как будто сейчас доберутся до самого сокровенного, что никак не должно быть обнаружено.

Если бы он должен был ответить максимально искренне, он бы сказал: «Я настолько чувствителен к чужим эмоциям, что, когда соседка плачет в подъезде, мне хочется принести ей плед и поплакать рядом». Но так говорить клиенту нельзя.

— Ну, эмпатия у меня есть, конечно. — выдавил он. — Я ведь психолог.

Клиент кивнул и улыбнулся.

— А вы уверены?

«Нет» - сразу пронеслось в голове психолога.

— Конечно, — сказал Николай Сергеевич, сжав подлокотники кресла так, будто держался за остатки своей профессиональной репутации.

— Тогда вот что, — предложил клиент. — Давайте я расскажу вам историю, а вы попробуете угадать, что я чувствую.

— Хорошо. — вздохнул психолог, предчувствуя катастрофу.

Клиент начал рассказывать какую-то банальную ситуацию про ссору с коллегой. Николай Сергеевич кивал, делал «умное лицо», но потом понял, что слушает не клиента, а свой внутренний монолог: «А вдруг я скажу что-то не то? А если я не угадаю эмоцию? Может, мне самому к психологу?»

— Ну, что скажете? — спросил клиент, закончив рассказ.

Николай Сергеевич открыл рот. Закрыл. Открыл снова.

— Мне кажется, вы… эээ… чувствуете…

Господи, подскажи мне!

— …раздражение? — рискнул он.

— Нет, — усмехнулся клиент. — Удовольствие. Я просто обожаю доводить коллегу!

Николай Сергеевич судорожно записал что-то в блокноте, надеясь, что клиент примет это за профессиональную работу, а не за попытку скрыть нервную дрожь.

— Интересно, — пробормотал он. — Возможно, вам стоит задуматься, почему вам это нравится?

Клиент пожал плечами.

— Может, мне просто весело?

Николай Сергеевич задумался. Вот оно, настоящее спокойствие — просто принимать свои эмоции такими, какие они есть. Как жаль, что он сам этого не умеет.

— Что ж, — подытожил клиент, вставая. — Спасибо, доктор. Вы классный.

Он ушел, оставив психолога наедине с его вечным другом — самокопанием.

Николай Сергеевич посмотрел на книгу «Как поверить в себя» и вздохнул. Может, все-таки почитать?