Прошлые ошибки (2)⁠⁠

Продолжаем знакомиться с книгой Дэвида Маунтина

"Прошлые ошибки. Как мы неправильно истолковываем историю и почему это имеет значение".

Со школьной скамьи нам известен образ гениального математика Пифагора, который и теорему доказал, и простые и иррациональные числа открыл, и даже само слово «математика» придумал. А ещё он стандартизировал меры веса, изучал движение планет, а также первым догадался, что Земля круглая. Коперник, Кеплер, Галилей считали его основателем гелиоцентризма. Коперник даже назвал свою теорию «Пифагорейской астрономией». А ещё он был знаменитым философом и путешественником, обсуждавшим этику с дельфийским оракулом, символизм с египетскими жрецами, а науку о снах с древними евреями. Он учил о переселении душ и призывал к вегетарианству, чтоб не съесть себе подобного ненароком. Вегетарианство впоследствии долго называли «пифагорейской диетой». Цицерон считал, что «высшая мудрость» его учения «принесла гармонию в мир».

Пифагор на фреске Рафаэля

Всё враньё, и фреска тоже. Историки уже давно стали подозревать, что не может простой смертный совершить такую массу подвигов. Правило у них простое: хочешь правды – копай глубже. Ищи ранние свидетельства. И оказалось, что чем раньше источник, тем более блёклый образ у нашего героя. Аристотель считал его основателем нескладной математической философии. Живший ранее Платон же вообще не знал о его связи с математикой. Для него Пифагор был лишь таинственным религиозным гуру. Короче, никакой он не светоч науки. А страдавший манией величия чокнутый жулик. Неудивительно, что не сохранилось его сочинений: он ни слова и не написал (вопреки Рафаэлю). И, конечно, не доказывал теорему, которая была известна задолго до его рождения. А имя своё получила через 400 лет после его смерти. С давних времён наличие математического таланта необязательно, чтобы прослыть великим учёным. Надо всего лишь иметь толпу верных поклонников.

И если для начала не надо было что-то из себя представлять, чтобы довериться босому горлопану, то со временем неофитам нельзя было раскрывать рот. Сдай всё своё добро в общак и слушай Великого Господина из-за занавески. Вот пройдёт пять лет – и коммуна примет решение, проанализировав твою личную жизнь. И если повезёт, тебя примут и можно будет смотреть гуру в глаза. Но нельзя будет совокупляться ради удовольствия, отливать в направлении солнца, чистить зубы лавровым листом и публично купаться. А также есть яйцекладущих животных, подбирать крошки и употреблять алкоголь. И упаси Господи есть бобы!

Нумерология его больше похожа на религию, чем на математику. Десятка – счастливое число, семёрка – несчастливое. Хотя пожалуй, представление о том, что цифры правят миром, подвигнуло кое-кого из его учеников на подлинные находки в математике. Филолай даже стал отрицать, что Земля – центр Вселенной.

Короче, какое-то наследие этот прощелыга оставил, но назвать это школой нельзя. Это была скорее секта, восхваляющего своего основателя и приписывающая ему свои и чужие заслуги, будь то иррациональные числа или гармонические пропорции. В Средние века по Европе циркулировали уже сотни псевдопифагорейских трактатов.

Да, Древняя Греция – это не только философы и демократия. И не только Афины. Это большое количество слабо связанных между собой колоний на утёсах Средиземноморья. Греки тратили больше времени, истребляя друг друга, чем борясь против иноземных захватчиков. Несмотря на это, начиная с эпохи Возрождения, они стали предметом поклонения со стороны европейцев, которые строили дома в любимом стиле, изображали себя в плащах на холсте и эллинизируя свои языки. Всё хорошее превозносилось, о плохом умалчивали. Как можно говорить плохо о колыбели цивилизации!

А что в этой колыбели пасть жертвой покушения или побивания камнями было проще простого – это так, бывает, сэр. Что хвалёная афинская демократия распространялась лишь на граждан, которыми был лишь каждый десятый – ну, всё ж лучше олигархии! Олигархия, кстати, пользовалась поддержкой подавляющего большинства знаменитых философов. Тот же Платон, являясь богатым аристократом, презрительно относился к тем, кто был «низшими в добродетели и породе». Восхваляемая им в Государстве система была, по словам автора, «авторитарным, тоталитарным и коммунистическим кошмаром».

Презрение к демократии и массам вообще было не единственным родимым пятном Древней Греции. В копилку должны пойти дичайшие суеверия, магии, вера в сверхъестественные и таинственные феномены. Вся эта пифагорова чушь была вполне в духе своего времени. Самозваных пророков было хоть отбавляй. Эпименид умер якобы в возрасте 157 лет. Аристей якобы умел путешествовать во времени. Абарис обходился без еды. Якобы. Амфион якобы двигал скалы силой мысли, а Эмпедокл прыгнул в кратер Этны в попытке доказать своё бессмертие. Последний мог, впрочем, и взаправду это сделать. Был ещё такой Александр Пафлагонец, который заклинал божественного змея Гликона, воплощение легендарного Асклепия.

Гликон

На самом деле его Гликон был куклой, надеваемой на руку, как в детский передачах. Но пипл схавал, и культ прижился на пару столетий. Как видите, скульптуры красивые потомки наваяли.

В принципе, иногда можно было и не совершать рискованных поступков. Достаточно было провозгласить себя сыном Зевса, как это сделал Александр Македонский. Многие верили. Обожествляли и Платона, правда после его смерти.

Автор предполагает, что культ героев является неотъемлемой частью нашей психики. Ну не можем мы жить, не сотворив себе кумира, несмотря на вторую Заповедь. Томас Карлейль в девятнадцатом веке написал монументальную историческую панораму, состоящую почти целиком из деяний великих людей, ведущих человечество от свершения к свершению. Он просто принимал данностью, что немногие рождаются героями, многие же им поклоняются.

Мы все любим великих людей, разве не чувствует каждый настоящий человек себя выше, когда ссылается на что-то, что реально выше его?

И хотя историки называют его теорию «романтической болтовнёй», она очень влиятельна, эта болтовня. Как итог – раздутые поклонниками биографии и всё новые мифы, в этот раз про героев сегодняшних дней, будь то композитор Игорь Стравинский, на премьере которого якобы подрались зрители или якобы непобедимый стратег Джордж Вашингтон. А история... Она по-прежнему будет оставаться комбинацией больших и долгих процессов и способности личностей и групп на эти процессы адекватно реагировать.