Про отчима⁠⁠

До сего момента была только читателем Пикабу, но тема оказалась очень близкой.

Мне не хватает папы.

Так было не всегда. Но в последнее время я стала часто ловить себя на этой мысли.

У меня, как у любого человека, есть отец. В моём случае это чужой мужик, вписанный в документы, благодаря которому я мечтаю сменить фамилию и отчество. Он ушёл (мама его выгнала), когда мне было шесть лет. Детская память весьма избирательна, и почему-то одно из ярких воспоминаний – это как он стоит в коридоре на коленях перед мамой. Причиной их расставания стало бесчисленное количество его любовниц, которых мама знала по именам-телефонам-адресам. Он даже хотел назвать меня в честь одной из них.

В следующий раз мы увиделись через десять лет на юбилее бабушки – с ней я общалась все эти годы и порой ездила в гости. После этого несколько раз я попыталась с ним созвониться, несколько раз перебрасывались смс, даже встречались. Мне не понадобилось много времени, чтобы понять, что этот человек мне чужой. Ни любви, ни привязанности – скорее, было нечто негативное, и то зарытое так глубоко, что я не могу (не хочу?) его вытащить и распознать. Нечто сродни презрению. Я прекратила писать и звонить первой, даже в его день рождения. Он иногда шлёт сообщения, поздравляя с праздниками, но и их я оставляю без ответа.

Через несколько месяцев после ухода отца из семьи появился отчим, которого меньше чем через полгода я стала называть «папа». Этот момент прошёл для меня как для ребёнка совершенно безболезненно – возможно, потому, что мы и раньше с ним пересекались, он со мной играл и не был для меня чужим человеком. Одно из самых ярких воспоминаний (до сих пор, а прошло уже 20 лет) - как он показывал мне, пятилетней, фокус - выловил из лужи сушёную рыбу. Вспоминаю, и каждый раз восторг пробуждается по-новому.

Папой я стала называть его примерно через полгода после того, как он к нам переехал. Этот момент я тоже помню очень чётко. К нам должна была приехать дедушкина тётя, и мама на одной из прогулок попросила меня называть Вадима при прабабушке папой. Через месяц иначе я его уже и не называла. А в 11 классе, когда заполняли кучу всяких документов, одноклассники и учителя удивлённо спрашивали: он что, тебе не родной? Потому что все помнили, как он меня водил в школу и забирал из неё, переодевал в холле и делал причёски на все праздники.

То, что он у нас есть, на самом деле – большое везение. Благодаря ему я дважды побывала в деревне (которая, не много, не мало, находится от нас за тысячу километров). Он подтолкнул маму впервые поехать на море – да так и ездим вот уже шестнадцать лет подряд. И самая большая благодарность просыпается во мне, когда я понимаю, что он ни на минуту не отходил от мамы, когда она сильно болела. Мне было восемь лет, я не осознавала серьёзности ситуации, и узнала, насколько всё тогда было плохо, спустя почти десять лет. И, конечно, они с мамой подарили мне самую большую радость моей жизни – сестрёнку, которую я никогда не позволю называть сводной.

Четыре месяца назад умерла мать отчима, и я не могу себе простить, что не нашла в себе сил нормально поддержать его - потому что с ней у меня взаимоотношений почти не было. На похоронах он познакомил сестрёнку со своим сыном от первого брака (старше меня на три года и женат на моей однокласснице - мир тесен). Самое главное,  что я после этого услышала от сестры - у неё не изменилось ко мне отношение, не появилось восприятие "сводная" (просто до этого момента мы никогда вслух не обсуждали наличие разных отцов). В сестрёнке я души не чаю - лет в 16 сказала маме: прости, но мне кажется, что её я люблю больше, чем тебя.

Я очень хорошо помню, как в старших классах читала допоздна, параллельно ожидая папу с работы – он часто приходил за полночь. Слышала, как отпирается дверь, и шла ставить чайник. А потом сидела и смотрела, как он ужинает, и мы вместе пили чай (а иногда и что покрепче). Спустя ещё пару лет я начала курить и могла делать это, не прячась и не стесняясь, сидя с ним за одним столом. Он не поощрял этого, конечно, но у обоих родителей всегда была логика «лучше сколько угодно [условно] с нами, чем по чуть-чуть за углом». Да, здесь ещё речь была о качестве выпиваемого и выкуриваемого.

Мне не хватает Друга. Друга-мужчины, опоры и поддержки, которую мне хотелось бы видеть в папе. Не хватает мудрого советчика, сидящего вечером, ночью на тихой кухне и курящего последнюю на сегодня сигарету. Не хватает человека, которого можно на что-то раскрутить (кто бы знал, с какой тоской я вспоминаю поездки на рыбалку и за грибами). Я знаю в глубине души: случись что – он грудью встанет на мою защиту и порвёт на куски. А я со своей стороны помогала деньгами и звонила по несколько раз в день, когда он болел прошлой осенью. Но я такой человек, который не умеет читать тишину. И я очень давно не слышала, чтобы он говорил «я люблю тебя» или хотя бы называл доченькой.

Я скучаю по папе. И очень сильно его люблю.

P.S. Этому посту около трёх лет - я писала его для творческого проекта. Сейчас внесла в него некоторые корректировки, но большая часть скопирована оттуда. Когда этот пост возник в голове как идея, я боялась одной мысли о том, чтобы его выложить, боялась маминой реакции. Потому что он назывался "У меня никогда не было папы". А потом вспомнила, что он был. Тот мужчина, много лет назад сидевший поздно ночью на кухне с рюмкой коньяка и синим пэл мэлом и проникновенно рассуждающий о том, кого мне выбрать - Серёжу или Андрюшу. И не менее проникновенно утверждающий, что оба - дураки на букву "м".