Про бизнес конца девяностых⁠⁠

Окончив ВУЗ в девяностых, я далеко не сразу нашел работу по специальности. Заработать деньги удавалось, конечно. Но грыз, где-то внутри, червячок сомнения, что не для того я пять лет загибался за партой. Знания были, и требовали применения.

Наконец удалось устроиться в крупную компанию на должность экономиста третьей категории и начать зарабатывать бесценный опыт, стаж по специальности, связи. Причем все это совершенно бесплатно. Деньгами оклад можно было считать только достигнув последней грани отчаяния.

Пилить бабло и жить на откатах мне не позволяли совесть, воспитание и незначительность должности. Соответственно нужно было что-то делать - искать заработок на стороне.

Перетряхнув друзей и знакомых, знакомых знакомых, дальних родственников друзей знакомых знакомых, пустота в кошельке заставляла быть крайне настойчивым, я нашел вариант.

Был найден контакт. Руководитель среднего звена, из моей же компании. Ну, пусть Володя. У него был небольшой бизнес на стороне. Четыре точки по продаже модной одежды в торговых центрах города. Которые, вроде бы, работали, вроде бы, приносили деньги, и неплохие. И Володя был нескрываемо горд за успешное дело, но его слегка беспокоило то, что раз в несколько месяцев приходилось докладывать в бизнес приличную сумму.

Мне он предложил стать кем-то вроде коммерческого директора и вывести компанию на путь процветания.

Надо сказать, что на тот момент было множество вещей, в которых я, как экономист, разбирался намного лучше, чем в модной одежде. Например, квантовая механика или геометрия Лобачевского. Но тогда меня это совсем не смутило. И, что уже как-то странно, не смутило Володю.

В мои обязанности входило участие в закупках товара, учет, ценообразование, контроль за работой магазинов и комплекс мероприятий, который Володя назвал «Эта твоя экономическая лабудень». Там слово было другое, но фонетически очень похоже.

Два раза в месяц, в пятницу после работы мы прыгали в машину Володи, это была длиннобазовая Нива, и мчались в гараж. Там машина спешно переобувалась с литья на штамповку. В багажник закидывалось еще два колеса. И впереди нас ждал путь в Москву.

Десять-пятнадцать часов захватывающих приключений на дороге, которая по документам была федеральной трассой. Но на деле от нее старались держаться подальше и чемпионы легкового Дакара. Вообще ни разу не слышал, что хотя бы один из них к ней приблизился хотя бы на сто километров. В некоторые ямы Икарус мог бы зарыться по второе сиденье. Я имею в виду то, что второе в гармошке.

Каждые два-четыре часа менялись местами. Спали в машине на въезде в Москву. Проснувшись, первым делом снимали и выкидывали два самых квадратных колеса, заменяя на те, что в багажнике.

Ну и примерно в десять утра начинали объезжать поставщиков. За день успевали объехать двух-трех.

Если к чему и готовила меня суровая юность на рабочей окраине, то точно не к этому. Море шмоток. Джинсы, блузки, блузоны, кардиганы, пуловеры, апаш, бриджи, бермуды, капри и еще куча всего. Преимущественно Турция, но один из поставщиков предлагал краденые с заводов Китая брендовые вещи. Без ярлыков, но на некоторых встречались принты, выдававшие происхождение.

Из всего многообразия я вначале четко мог выделить лишь названия островов, ну и джинсы. Тем ни менее, достаточно скоро узнал, что такое «косая строчка», «усиленный ряд» и мозоли на бедрах.

Обычно демонстрационный зал поставщика выглядел как огромный ангар, где стояли стеллажи и вешала с образцами. Иногда же они были на полу расстелены, а то и просто свалены кучей в углу. Такое было в порядке вещей, если шмот был лишь побочным направлением бизнеса, а большую часть зала занимали ксероксы или рулоны финской типографской бумаги.

И вот ты ходишь между образцами вместе с менеджером и говоришь: «Мне вот это, это, это и вон то, что блестит в уголке.

Ну, со стразами.

Как не стразы?

Стекловата сверху лежала?

Тогда не надо».

После того как предварительный заказ сделан, нужно было перемерить его. Потому что Турция, ну или Китай.

Пробовали за день померить двести пар джинсов? Про мозоли на бедрах не вру.

Я тогда был молодой и красивый. Причину этого вижу в спорте, здоровом питание и отсутствии возможности вести разгульную жизнь. А Володя был человеком уже состоявшимся, в теле.

Естественно, что нам очень сильно не хватало женщин. То есть мы накрывали два основных типажа наших покупателей. И с мужской линейкой было все ровно, но женскую промерить мы никак не могли.

Ранее я уже говорил, что когда мне нужно, то могу быть очень настойчив, навязчив, настырен. Но все познается в сравнении. Володя же был просто неудержим.

Женскую линейку примеряли сотрудницы поставщиков. Они, конечно, первое время сначала отнекивались, пытались прятаться, возмущались, угрожали уволиться, но эти жалкие попытки сопротивления гасли как свечка в тропический шторм.

Это все было раньше. Теперь же когда нас видели на пороге, то с женских уст срывалось что-то вроде: «Ура! Опять они». Первое слово другое, но количество букв было то же.

На какой-то выставке нашли нового поставщика. Они арендовали помещение в какой-то типографии на окраине Москвы. Когда мы приехали, то оказалось что персонал сугубо мужской. Десяток турок, из которых лишь двое худо-бедно могли лопотать на могучем.

Володя не растерялся, выскочил в коридор и оттуда послышалось: «Что тут у нас? Бухгалтерия? Отлично! Идем! Срочное дело!»

Он вернулся с невысокой, худой девочкой. Подвел к примерочной, указал на огромную кучу шмотья высотою примерно метр. И сказал:

-Раздевайся. Тебе срочно надо все это померить.

Она посмотрела на турков, на шмотки, потом на меня. Эти глаза… У нее был взгляд кролика, которого бросили в клетку со стаей удавов.

Примерно через полтора часа, когда кучка вещей подходила к концу, Володя сказал:

-Повезло вам с бухгалтером.

Из-за шторки послышалось обиженное:

-Я не отсюда! Я с типографии!

-Все равно умница! В следующий раз привезу тебе шоколадку.

Хорошая девочка. Потом не раз нас выручала.

Продолжение следует…