Первые заработки . Участник группы Каста Шым рассказал о первых заработках.
Дело происходило в 2001 году. На тот момент группа Каста уже состоялась. Мы регулярно давали концерты и снимали клипы. Все шло хорошо, вот только денег такая деятельность приносила меньше, чем хотелось. На повестке дня стоял вопрос, где подзаработать?
Я жил тогда, как впрочем и сейчас, в РостовенаДону. Мой друган работал в местной типографии. И вот однажды мы с ним задумались, как бы воспользоваться её возможностями для собственного обогащения? Идею печатать деньги мы, конечно, всерьез не обсуждали. Среди вариантов значились производство игральных карт, подделка кормов для попугайчиков, календарики, настольные игры. Но арифметика показывала, что добавочная стоимость такой продукции слишком мала. Проще говоря, это не особо выгодно.
И вот както мой товарищ откопал на работе негативы для печати коробочек “Майского чая”. То есть ктото их на типографии уже воспроизводил. Ну то есть подделывал.
Мы поехали на ростовский базар, нашли на задних рядах громкую грузинку, продававшую ароматный крупнолистовой грузинский чай на развес, договорились о хорошей цене, прикинули экономику и поняли — это то, что нам нужно!
Производство организовали на кухне у моего друга. Прикупили вечерком пивка и взялись за процесс. Чай мы фасовали в пакеты, которые запаивали разогретыми на плите ножницами. Потом рассовывали их по коробкам и запаковывали. Результат выходил просто загляденье! От оригинала не отличить! За ночь мы долбанули три сотни коробок.
Это, напомню, происходило во времена стихийной коммерции. Мы быстро нашли точку сбыта на одном из оптоворозничных рынков. Хозяин торговой палатки с радостью забрал весь товар, благо мы не ломили высокую цену. Деньги вышли хорошие, и весь заработок мы с партнером пустили в оборот. То есть купили еще грузинского чая, пакетиков, и напечатали очередной тираж упаковок.
Через недельку я вновь пришел к нашему покупателю с новой партией чая. Однако в этот раз коммерсант почемуто встретил меня с нескрываемой злобой.
— Нет уж, ребятки! — заявил он. — До сих пор каюсь, что с вами связался! На меня покупатели толпами пишут жалобы в администрацию рынка. И деньги требуют вернуть.
— А в чем собственно дело? — опешил я.
Продавец посмотрел на меня, как на идиота.
— Ты самто свой чай пробовал?
Я понял, что произошла какаято неожиданная лажа. Вернувшись на “производство”, мы с товарищем распечатали одну из новеньких коробочек “Майского чая”. Принюхались. Запах отличный! Положили щепотку в стакан, залили кипятком и дали настояться несколько минут. Вода в стакане приобрела характерный красноватокоричневый оттенок. Я сделал глоток. Что за дерьмо?! От запаха чая не осталось и следа. Жидкость в стакане приобрела сильнейший аромат козла. Вот так подстава!
В общем это был провал. Мы с товарищем многозначительно посмотрели друг на друга и больше к чайной теме не возвращались
Я жил тогда, как впрочем и сейчас, в РостовенаДону. Мой друган работал в местной типографии. И вот однажды мы с ним задумались, как бы воспользоваться её возможностями для собственного обогащения? Идею печатать деньги мы, конечно, всерьез не обсуждали. Среди вариантов значились производство игральных карт, подделка кормов для попугайчиков, календарики, настольные игры. Но арифметика показывала, что добавочная стоимость такой продукции слишком мала. Проще говоря, это не особо выгодно.
И вот както мой товарищ откопал на работе негативы для печати коробочек “Майского чая”. То есть ктото их на типографии уже воспроизводил. Ну то есть подделывал.
Мы поехали на ростовский базар, нашли на задних рядах громкую грузинку, продававшую ароматный крупнолистовой грузинский чай на развес, договорились о хорошей цене, прикинули экономику и поняли — это то, что нам нужно!
Производство организовали на кухне у моего друга. Прикупили вечерком пивка и взялись за процесс. Чай мы фасовали в пакеты, которые запаивали разогретыми на плите ножницами. Потом рассовывали их по коробкам и запаковывали. Результат выходил просто загляденье! От оригинала не отличить! За ночь мы долбанули три сотни коробок.
Это, напомню, происходило во времена стихийной коммерции. Мы быстро нашли точку сбыта на одном из оптоворозничных рынков. Хозяин торговой палатки с радостью забрал весь товар, благо мы не ломили высокую цену. Деньги вышли хорошие, и весь заработок мы с партнером пустили в оборот. То есть купили еще грузинского чая, пакетиков, и напечатали очередной тираж упаковок.
Через недельку я вновь пришел к нашему покупателю с новой партией чая. Однако в этот раз коммерсант почемуто встретил меня с нескрываемой злобой.
— Нет уж, ребятки! — заявил он. — До сих пор каюсь, что с вами связался! На меня покупатели толпами пишут жалобы в администрацию рынка. И деньги требуют вернуть.
— А в чем собственно дело? — опешил я.
Продавец посмотрел на меня, как на идиота.
— Ты самто свой чай пробовал?
Я понял, что произошла какаято неожиданная лажа. Вернувшись на “производство”, мы с товарищем распечатали одну из новеньких коробочек “Майского чая”. Принюхались. Запах отличный! Положили щепотку в стакан, залили кипятком и дали настояться несколько минут. Вода в стакане приобрела характерный красноватокоричневый оттенок. Я сделал глоток. Что за дерьмо?! От запаха чая не осталось и следа. Жидкость в стакане приобрела сильнейший аромат козла. Вот так подстава!
В общем это был провал. Мы с товарищем многозначительно посмотрели друг на друга и больше к чайной теме не возвращались