О книгах, читателях и переводах. Часть 2
Продолжение интервью внештатного корреспондента гайда.медиа Алексея Скабичевского с писателями Дмитрием Громовым и Олегом Ладыженским, публикующимися под псевдонимом Генри Лайон Олди. Начало беседы тут.
Олег Ладыженский и Дмитрий Громов/Фото: Мир Олди
гайда.медиа: Что изменилось в украинских издательствах за последние 20 лет?
Г. Л. Олди: Если поднять статистику, то вот уже минимум десять лет украинский книжный бизнес, к нашему большому сожалению, демонстрирует падение базовых показателей (количество выпускаемых наименований, средний тираж и т. д.). Эту отрицательную динамику мы в полной мере ощутили, что называется, на собственной шкуре.
В свое время у нас вышло около десятка книг на украинском. Издавались мы в Украине и на русском, участвовали во многих сборниках и антологиях. Увы, в последние шесть-семь лет мы предлагаем издателям наши книги на украинском языке, но результата пока нет. Возможно, он будет позже, вот тогда и поговорим об изменениях в положительную сторону.
гайда.медиа: Поменялось ли что-то за последние годы во взглядах Минкульта Украины на массовую культуру?
Г. Л. Олди: Про Минкульт ничего сказать не можем. Они с нами никогда не связывались, предложений от них не поступало, а угадывать мысли министров и чиновников мы не умеем. Вот, к примеру, написали мы роман «Нюансеры», где фактически объяснились в любви к родному городу Харькову, описав его, каким он был в конце XIX века, с многими выдающимися личностями и событиями. 60 рецензий и развернутых откликов, но только не от министерств и ведомств. Мы с ними живем в параллельных непересекающихся реальностях. Ну и хорошо, у каждого своя работа.
гайда.медиа: Кого из современных украинских авторов вы можете порекомендовать?
Г. Л. Олди: Говоря о тех, кого принято называть фантастами, мы не можем не вспомнить наших друзей и коллег Андрея Валентинова, а также Марину и Сергея Дяченко (сейчас они живут в США, но тем не менее).
Далее: Владимир Аренев, Андрей Дашков, Наталья Щерба в сегменте детско-юношеской фэнтези; Симона Вилар. Прекрасные поэты Александр Кабанов, Сергей Жадан и Борис Смоляк.
Наверняка кого-то сходу подзабыли, за что сразу извиняемся. Впрочем, это наши личные вкусы. У кого-то другого список будет иной.
Генри Олди на встрече с читателями/Фото: author.today
гайда.медиа: Как вы относитесь к своей аудитории?
Г. Л. Олди: Свою почтенную публику мы уважаем и ценим. Читатель всегда прав, когда делится субъективным впечатлением от книги. Когда же он претендует на объективность («Мне не нравится» превращается в «Это чтиво отстой!»), он из читателя превращается в критика и литературоведа. А к критикам мы уже относимся по-разному, в зависимости от уровня их профессиональной подготовки и умения анализировать материал.
гайда.медиа: Какие из ваших книг не были поняты массовым читателем?
Г. Л. Олди: Что это за зверь «массовый читатель»? Каждая книга понимается или не понимается конкретным человеком, причем в разной степени. Тут не работает магия больших чисел. И не писателю оценивать: поняли его или нет? Время покажет.
Скорее, здесь можно говорить о книгах более популярных, более востребованных читателем («Путь Меча», «Ойкумена», «Герой должен быть один») и менее востребованных («Шутиха», «Маг в Законе», «Нюансеры»).
Впрочем, на «Нюансеров» уже написано столько рецензий, что меньшая популярность отлично компенсируется активнейшей реакцией тех, кто приобрел и прочитал.
гайда.медиа: Насколько читателю интересен наш мир, наше время?
Г. Л. Олди: Должны признаться, что читатель все-таки предпочитает костюмированные спектакли в ярких декорациях. Иногда приходится сегодняшние реалии заворачивать в обертку эпичности, фэнтези, космической оперы, историчности другой эпохи, иначе читатель готов уйти от книги. Тем не менее, мы регулярно пишем книги про «здесь и сейчас», хотя бы для того, чтобы не терять форму. Нарисовать петуха, как говаривал китайский художник, гораздо сложнее, чем дракона: дракона не видел никто, а петуха видели все.
гайда.медиа: Когда вы пишете про нынешние реалии, насколько это интересно вам, как авторам, и что может быть интересного снаружи? Всё-таки классик писал: «Не выходи из комнаты...»
Г. Л. Олди: Когда умер Алексей Толстой, в его кабинете обнаружилось сотни три эскизов-зарисовок, написанных по-разному, в разной стилистике. Это все было описание вида из окна кабинета. Так что о чем бы мы ни писали, будь это далекая галактика или Древняя Греция, мы пишем о нашей с вами обыденности. Иначе не умеем.
гайда.медиа: Собираетесь ли вы продолжать цикл «Ойкумена»?
Г. Л. Олди: Этого ответа мы сейчас не дадим. В данный момент мы сказали все, что хотели. Ну, почти все. Продолжать ради гонораров, на волне спроса мы не станем. Но если вдруг идеи оформятся в новое художественное решение —все может быть.
Обложка книги «Ойкумена. Космическая симфония»/Иллюстрация: Владимир Бондарь
гайда.медиа: Ранее вы озвучивали идею опубликовать в электронном формате историю написания «Ойкумены».
Г. Л. Олди: Читатели просили нас опубликовать планы к эпопее, каких набралось на хорошую книжку, мы размышляли на эту тему вслух в интернете — и пока что решили не делать этого.
гайда.медиа: Ваше увлечение рассказами вначале превратилось в цикл «Смех дракона» — своеобразный трибьют Роберту Говарду, автору «Конана», — а позже и вовсе в роман «Циклоп». В следующем году вашему последнему рассказу исполнится 10 лет. Неужели этот жанр исчерпал себя для вас?
Г. Л. Олди: Для рассказов нужно особое состояние. Видимо, оно нас не посещает, поэтому рассказы не пишутся. Зато пишутся повести: «Заря над Содомом», «Право первородства». Весь наш новый роман «Карп и дракон» собран из повестей, прошитых единым сюжетом, временем и местом действия. Еще пишутся стихи и миниатюры, которые собираются в циклы и временами публикуются. Тоже рассказы, только маленькие.
Обложка книги «Карп и дракон»/Иллюстрация: Владимир Бондарь
гайда.медиа: 23 декабря вышла в электронном виде первая часть вашей дилогии «Повести о карме». Главный герой — подающий надежды японский детектив со слугой-иностранцем. Каково вам работать в этом литературном направлении?
Г. Л. Олди: Мы не впервые вплетаем детективную канву в свои книги. Ни одна из наших книг не была «чистым» или «классическим» детективом. Но элементы детектива в большей или меньшей степени мы использовали во многих. К примеру, «Бык из машины» — нуар-киберпанк-детектив; «Мессия очищает диск» — историко-авантюрный фэнтези-детектив на материале средневекового Китая; «Шерлок Холмс против марсиан» — ироничный литературоцентричный мэшап-стимпанк-детектив.
И вот — «Карп и дракон», мистический детектив на материале альтернативной Японии конца XVII века. Да, пожалуй, детективная составляющая в «Карпе и драконе» проявлена сильнее, чем в названных выше книгах. Но, в принципе, детективное расследование — лишь один из множества литературных приемов, которыми мы пользуемся. В «Карпе и драконе» детективную интригу мы использовали в большой степени, что называется, «на полную катушку». Очень интересный и полезный опыт.
гайда.медиа: Если говорить про детектив, как литературное направление, вы ориентировались только на японскую школу?
Г. Л. Олди: Мы не ориентировались только и исключительно на «японскую школу детектива». На общие принципы построения детективного расследования и сюжета — да, в значительной степени (хотя и не только на них). На реалии и декорации Японии XVII века — тоже да.
Но Япония у нас альтернативная: за 100 лет до описываемых нами событий будда Амида явил людям чудо, коренным образом изменив дальнейшую историю Страны Восходящего Солнца, превратив ее в Чистую Землю. В этих-то условиях (которые для них, в отличие от читателя, вполне естественны и привычны) нашим героям и придется действовать. Так что снова мы работаем на стыке жанров -- альтернативной истории, исторического романа, мистики, фэнтези, детектива и психологической прозы.
гайда.медиа: Под вашим пером масоны вербовали Пушкина для убийства царя, а Станиславский стал настоящим магом мизансцен. Мало верится, что вы не можете справиться с написанием романа «Говард и Говард», посвященного двум праотцам современной фантастики — Говарду Лавкрафту и Роберту Говарду. Когда вы понимаете, что книгу не стоит даже начинать?
Г. Л. Олди: Книга должна созреть. Некоторые замыслы вылеживались у нас по 10-15 лет. Для книги надо собрать материал. Это тоже долгий и утомительный процесс. Если мы видим, что книга не созрела, а материал для нее не собран в достаточной степени, мы не пишем эту книгу. Опять же, мы вполне можем перегореть, утратить интерес к теме, которая волновала нас когда-то.
гайда.медиа: Что бы вы посоветовали читателю, который впервые читает ваши книги и понимает, что это не его?
Г. Л. Олди: Для читателя, который впервые взял в руки нашу книги и понял, что это «не его», есть два варианта.
1. Сделать еще одну попытку. Взять другую книгу, третью. Они у нас разные. Глядишь, другая окажется «его».
2. Не читать больше Олди и не мучать себя. Писателей много, книг еще больше – всегда можно найти что-то на свой вкус.
гайда.медиа: Встречали ли вы фанатов довольных вообще всем вашим творчеством?
Г. Л. Олди: Фанатов (мы, скорей, назовем их преданными читателями), которые довольны всем нашим творчеством, мы встречали. Их не слишком много, но они есть. Относимся мы к ним дружелюбно, но излишние публичные восторги не снизят нашего собственного критического отношения к себе-любимым.
гайда.медиа: Можете ли вы представить себе роман Стивена Кинга «Мизери» в реальном мире?
Главная героиня романа «Мизери» Энни Уилкс в исполнении Кэти Бэйтс/Режиссер: Роб Райнер
Г. Л. Олди: Легко! Книги Кинга очень реалистичны и талантливо, убедительно написаны. Фактически мы давно живем в сходной ситуации: Кинг просто заострил проблему, которая хорошо знакома любому творческому человеку — обоюдная зависимость публики и актера, слушателей и музыканта, читателей и писателя.