Не судите строго))
Звук из иного пространства
Иногда, в свободное от работы время, я со своим другом, местным диггером – Саней, люблю посещать старые заброшенные строения. Их внешний вид настолько завораживал меня, что я не раз сам возвращался в эти пустые помещения, наполненные всевозможными воспоминаниями о прошлой жизни этих мест. Так, мы с Саней облазили все заброшки, туннели и подземелья своего города. Ну, мы так думали… Пока Саня не обнаружил заброшенный клуб творчества и саморазвития, по крайней мере, он именно так мне его и описал, сказал, что здание заброшено ещё со времён Советского Союза и несколько раз горело, причём, ни причастных к поджогам, ни причин, по которым оно горело, не нашли… Странно было, то что его мы за эти годы ни разу, даже мельком глаз не замечали, а находилось оно всего-то через пару кварталов от моего дома.
Так уж вышло, что выбраться из дома я смог лишь в Рождественскую ночь. Вооружившись маленьким, но довольно мощным фонариком, шёкером и Саней, я отправился на изучение, пока месть неизведанного, но очень устрашающего по россказням здания. Ходят слухи, что ночью в его окнах можно увидеть женщину с изувеченным лицом, держащую в руках голову, какого-то младенца, медленно бредущую и исчезающую в следующем оконном проёме. Скажу так: я эту легенду слышал не про одно, а про десятки различных заброшенных архитектурных сооружений, поэтому имею полное право, назвать эту историю полной несусветной чепухой. Хотя, кое-что меня крайне зацепило. Старик, с которым мой друг разговаривал несколько дней назад, заявил, что если не хотеть замечать это сооружение, то про его существование можно даже и не знать, даже если будешь проходить по этой улице каждый день от роду, но если уж заметишь, то, мол, никогда не забудешь. Сказать, что хотел побывать внутри – ничего не сказать, но факт о том, что ни мои знакомые диггеры, ни соседи, дома которых расположились, прямо возле самого проклятущего клуба, даже не догадывались о его существовании, меня всерьёз захватил.
Дошедши до участка, на котором собственно и расположилось злополучное строение, я остановился и на мгновение замер. Передо мной возвышалось действительно габаритное двухэтажное здание, глупо было не задаться вопросом, о том, как можно было его не заметить. Все окна первого этажа были намертво забиты деревянными досками, а окна второго этажа были наполнены сумрачным мраком, который казалось, сейчас вырвется из своей обители и поглотит всё окружающее его, начиная с близлежащих районов, заканчивая всем мировым пространством. На пустых участках стен были изображены мифические герои, такие, как Геракл, Посейдон, Прометей и Ясон, а угловые части были закруглены некими подобиями колонн. Под крышей виднелись какие-то узоры, которые даже не походили на орнамент, возможно, это был и вовсе не узор, а текст на непонятном мне языке. Крыши не было вовсе, поэтому снег, лежащий сейчас повсюду, полностью укутал второй этаж. Странно, что даже при полной луне и снежной погоде, здание было неестественно мрачным и вовсе не подпускало к себе природный свет. Благо, что этот мрак с лёгкостью развеял мой фонарик. Саня выбил одну из досок в задней части здания, лишний раз, демонстрируя свои пречудесные берцы, и мы вошли.
…Перед тем, как усесться в громоздком помещении первого этажа, полностью расписанного на древнегреческий мотив, я закрепил свой фонарик в вертикальном положении двумя близлежащими кирпичами так, чтобы луч фонаря стремительно бил в потолок, а свет рассеивался по всему помещению. Это была самая большая аудитория на первом этаже, по-видимому – театр, так как выделялись, какие-то самодельные допотопные прожектора, а в центре было место, как раз под театральную люстру. Мы находились на сцене, вернее на том, что от неё осталось, где расположилась немалая полуметровая куча всякого строительного мусора. В помещение было не меньше трёх входов, а места где должны находиться сидения, попросту обвалены, то есть просто дыра в полу, на дне которой лежали какие-то ветки, по-видимому, свежие… Изучить пока месть успели лишь первый этаж – два туалета, ванную комнату, кладовую, холл и театральную аудиторию. На второй этаж желание лезть отсутствовало, ибо холодно. Я ещё раз внимательно осмотрел «узоры» и пришёл к заключительному выводу, что это вовсе не рисунок, а слова переходящие в предложения, которыми заполнены все, чёрт возьми, стены этого сооружения. Спросив у Сани, что он обо всём этом думает, он лишь поднял плечи и развёл руки. Затем сказал, что зданию сто процентов более тысячи лет (но не чем полторы тысячи), ещё добавил, что создано оно из какого-то необычного материала, какого-то слишком чёрного и шершавого. Причём сам материал был тёплым, даже я бы сказал, слегка горячим, что в принципе могло объяснять моё восприятие второго этажа, как самого тёмного и мрачного, блокирующего любое природное свечение, где снег попросту таял.
Неожиданно, где-то сверху, раздался шорох и что-то, видать с силой, упало на пол и раскололось, как массивный кусок шифера, но мы не обращая внимания, продолжили своё занятие. Если там, кто и есть, то пусть спускается, поговорим. А, может что-то и упало, в самом деле, здание то старое, не вечно же ему стоять. Однако всё затихло, и шум далее не продолжился. Прекрасно! Я провёл пальцем по краю обваленной стены и обнаружил, что материал, из которого сделано всё сооружение самый, что ни на есть обыкновенный уголь. Теперь я ничего не понял. Почему же здание не сгорело во времена прошлых поджогов, а лишь слегка обвалилось? И почему, чёрт подери, эти стены такие тёплые, как будто их кто-то или, что-то специально нагревает? Но всё равно в здании было достаточно холодно, теплее конечно чем на улице, но всё же не так тепло, как должно было быть по логике вещей…
Внезапно послышался стандартный рингтон Nokia, всё с того же неизведанного и таинственного второго этажа, что вне всяких сомнений утверждало наличие человека в помещении. Телефон продолжительно стонал, однако трубка так и не была поднята, что показалось мне немного странноватым. Мне всё здесь казалось необычным, однако что-то с явным усилием давило на голову. Было чувство ужасающего неизведанного, таинственно скрывающегося в своей мрачной обители, готовое тут-же напасть и уволочь в свой мир, такой же ужасающий, как и оно само. Тем не менее, здравый смысл яростно сопротивлялся с моей бурной фантазией и похоже побеждал, ибо я отчасти даже не обратил особого внимания на посторонний шум. На языке крутилось много вопросов, которые хотелось, было задать нужным людям, а кроме нас двоих, наверху бродил, какой-то неизвестный тип, поэтому Саня, не мешкая предложил пойти да составить компанию, как он выразился «местному обитателю». Я согласился, взял фонарик, и побрёл вслед за диггером.
В самой дальней части холла располагались самые обыкновенные ступеньки, ведущие в «тёмное логово», под ними был спрятан вход в кладовую, через которую мы сюда и проникли. Немного приподнявшись, Саня тут же остановился и позвал меня. То, что я увидел, повергло меня в шок и отправило в нокаут мой здравый смысл и адекватную логику. Ещё даже не поднявшись на уровень верхнего этажа, было видно, что наверху всё укрыто снегом и излучает своеобразное свечение, снег хоть и испарялся, но не таял, а на самом снегу не было ни единого следа, не животного, не человека. Глупо не догадаться, что наверху ничего нет, и не было, а странные звуки Саня списал на банальные галлюцинации. Он махнул рукой, и мы побрели обратно в театральную аудиторию. По пути я снова услышал какой-то шорох, но уже где-то в районе кладовой, и мгновенно направил туда луч фонаря. Пусто. На повторный шум диггер вовсе не отреагировал, а последующие звонки на таинственный Nokia - попросту отрицал.
Я занимался своим делом, изучая таинственные рисунки на стенах, явно повествующие о истории времён их возведения, как неожиданно диггер куда-то исчез. Я мог только предполагать, когда он успел уйти, ибо никаких громких шорохов и шагов в других комнатах я не услышал. Я молниеносно достал свой мобильный и набрал номер. Гудок… «Я ушёл. Не знаю «куда?», и в каком районе сейчас. От клуба уже далеко…» - сброс. Сидя на самодельном стуле из кирпичей, я ошарашено смотрел в глубины мрака неосвещённого холла и боялся промолвить даже слово. Тишина, давящая на уши будто парализовала меня, пока не раздался очередной звонок проклятущего Nokia. Всё это доводило меня до истерики, и я решил подняться на второй этаж, дабы почувствовать дуновение зимнего ветра и немного прийти в себя, заодно найти этот, чёртов телефон. Я сорвался с места, подхватил фонарик и устремился к ступенькам.
О Господи Милосердный! Меня охватил благоговейный ужас, когда я увидел то, что творилось за окнами здания. Я будто ощутил, как на моей ничтожной голове седеют все волоски, а поджилки начали трястись и я с трудом держался на ногах. Я сжал фонарь в руке настолько сильно, что тот треснул от давления. Бесконечный планетный и звёздный хаос во главе вечно мечущегося огненного ужаса предстал передо мной. Он был похож на Чёрную Дыру, бесконечно высасывающую пространство и время, однако в неземные разы больше любой той которую мы, даже можем себе представить в своей невообразимой безграничной фантазии. Прямо возле меня беспорядочно кружились в диком танце все знакомые и незнакомые нам планеты и звёзды, до жути прекрасны и до мерзости уродливы, и я застыл, пытаясь закричать. Благо я почувствовал этот смрад! Температура в здании поднялась, и снег начал разъедать мои прорезиненные сапоги. Вонь привела меня в чувства, и я бросился прочь! Прочь из здания! Прочь из хаоса затеянного неизведанным чудищем, породившим столь богомерзкий парад! Я выпрыгнул из окна кладовой и, пробежав несколько метров, почувствовал слабость в ногах. Вы даже представить не можете, насколько это приятно видеть небо над головой. Ещё минуту я лежал на земле и смеялся во весь голос, ибо был попросту рад белому снегу, яркому диску полной луны, хоть и тёмным, но никак не мрачным облакам. Затем клуб внезапно вспыхнул ярким красным пламенем, что заст
Иногда, в свободное от работы время, я со своим другом, местным диггером – Саней, люблю посещать старые заброшенные строения. Их внешний вид настолько завораживал меня, что я не раз сам возвращался в эти пустые помещения, наполненные всевозможными воспоминаниями о прошлой жизни этих мест. Так, мы с Саней облазили все заброшки, туннели и подземелья своего города. Ну, мы так думали… Пока Саня не обнаружил заброшенный клуб творчества и саморазвития, по крайней мере, он именно так мне его и описал, сказал, что здание заброшено ещё со времён Советского Союза и несколько раз горело, причём, ни причастных к поджогам, ни причин, по которым оно горело, не нашли… Странно было, то что его мы за эти годы ни разу, даже мельком глаз не замечали, а находилось оно всего-то через пару кварталов от моего дома.
Так уж вышло, что выбраться из дома я смог лишь в Рождественскую ночь. Вооружившись маленьким, но довольно мощным фонариком, шёкером и Саней, я отправился на изучение, пока месть неизведанного, но очень устрашающего по россказням здания. Ходят слухи, что ночью в его окнах можно увидеть женщину с изувеченным лицом, держащую в руках голову, какого-то младенца, медленно бредущую и исчезающую в следующем оконном проёме. Скажу так: я эту легенду слышал не про одно, а про десятки различных заброшенных архитектурных сооружений, поэтому имею полное право, назвать эту историю полной несусветной чепухой. Хотя, кое-что меня крайне зацепило. Старик, с которым мой друг разговаривал несколько дней назад, заявил, что если не хотеть замечать это сооружение, то про его существование можно даже и не знать, даже если будешь проходить по этой улице каждый день от роду, но если уж заметишь, то, мол, никогда не забудешь. Сказать, что хотел побывать внутри – ничего не сказать, но факт о том, что ни мои знакомые диггеры, ни соседи, дома которых расположились, прямо возле самого проклятущего клуба, даже не догадывались о его существовании, меня всерьёз захватил.
Дошедши до участка, на котором собственно и расположилось злополучное строение, я остановился и на мгновение замер. Передо мной возвышалось действительно габаритное двухэтажное здание, глупо было не задаться вопросом, о том, как можно было его не заметить. Все окна первого этажа были намертво забиты деревянными досками, а окна второго этажа были наполнены сумрачным мраком, который казалось, сейчас вырвется из своей обители и поглотит всё окружающее его, начиная с близлежащих районов, заканчивая всем мировым пространством. На пустых участках стен были изображены мифические герои, такие, как Геракл, Посейдон, Прометей и Ясон, а угловые части были закруглены некими подобиями колонн. Под крышей виднелись какие-то узоры, которые даже не походили на орнамент, возможно, это был и вовсе не узор, а текст на непонятном мне языке. Крыши не было вовсе, поэтому снег, лежащий сейчас повсюду, полностью укутал второй этаж. Странно, что даже при полной луне и снежной погоде, здание было неестественно мрачным и вовсе не подпускало к себе природный свет. Благо, что этот мрак с лёгкостью развеял мой фонарик. Саня выбил одну из досок в задней части здания, лишний раз, демонстрируя свои пречудесные берцы, и мы вошли.
…Перед тем, как усесться в громоздком помещении первого этажа, полностью расписанного на древнегреческий мотив, я закрепил свой фонарик в вертикальном положении двумя близлежащими кирпичами так, чтобы луч фонаря стремительно бил в потолок, а свет рассеивался по всему помещению. Это была самая большая аудитория на первом этаже, по-видимому – театр, так как выделялись, какие-то самодельные допотопные прожектора, а в центре было место, как раз под театральную люстру. Мы находились на сцене, вернее на том, что от неё осталось, где расположилась немалая полуметровая куча всякого строительного мусора. В помещение было не меньше трёх входов, а места где должны находиться сидения, попросту обвалены, то есть просто дыра в полу, на дне которой лежали какие-то ветки, по-видимому, свежие… Изучить пока месть успели лишь первый этаж – два туалета, ванную комнату, кладовую, холл и театральную аудиторию. На второй этаж желание лезть отсутствовало, ибо холодно. Я ещё раз внимательно осмотрел «узоры» и пришёл к заключительному выводу, что это вовсе не рисунок, а слова переходящие в предложения, которыми заполнены все, чёрт возьми, стены этого сооружения. Спросив у Сани, что он обо всём этом думает, он лишь поднял плечи и развёл руки. Затем сказал, что зданию сто процентов более тысячи лет (но не чем полторы тысячи), ещё добавил, что создано оно из какого-то необычного материала, какого-то слишком чёрного и шершавого. Причём сам материал был тёплым, даже я бы сказал, слегка горячим, что в принципе могло объяснять моё восприятие второго этажа, как самого тёмного и мрачного, блокирующего любое природное свечение, где снег попросту таял.
Неожиданно, где-то сверху, раздался шорох и что-то, видать с силой, упало на пол и раскололось, как массивный кусок шифера, но мы не обращая внимания, продолжили своё занятие. Если там, кто и есть, то пусть спускается, поговорим. А, может что-то и упало, в самом деле, здание то старое, не вечно же ему стоять. Однако всё затихло, и шум далее не продолжился. Прекрасно! Я провёл пальцем по краю обваленной стены и обнаружил, что материал, из которого сделано всё сооружение самый, что ни на есть обыкновенный уголь. Теперь я ничего не понял. Почему же здание не сгорело во времена прошлых поджогов, а лишь слегка обвалилось? И почему, чёрт подери, эти стены такие тёплые, как будто их кто-то или, что-то специально нагревает? Но всё равно в здании было достаточно холодно, теплее конечно чем на улице, но всё же не так тепло, как должно было быть по логике вещей…
Внезапно послышался стандартный рингтон Nokia, всё с того же неизведанного и таинственного второго этажа, что вне всяких сомнений утверждало наличие человека в помещении. Телефон продолжительно стонал, однако трубка так и не была поднята, что показалось мне немного странноватым. Мне всё здесь казалось необычным, однако что-то с явным усилием давило на голову. Было чувство ужасающего неизведанного, таинственно скрывающегося в своей мрачной обители, готовое тут-же напасть и уволочь в свой мир, такой же ужасающий, как и оно само. Тем не менее, здравый смысл яростно сопротивлялся с моей бурной фантазией и похоже побеждал, ибо я отчасти даже не обратил особого внимания на посторонний шум. На языке крутилось много вопросов, которые хотелось, было задать нужным людям, а кроме нас двоих, наверху бродил, какой-то неизвестный тип, поэтому Саня, не мешкая предложил пойти да составить компанию, как он выразился «местному обитателю». Я согласился, взял фонарик, и побрёл вслед за диггером.
В самой дальней части холла располагались самые обыкновенные ступеньки, ведущие в «тёмное логово», под ними был спрятан вход в кладовую, через которую мы сюда и проникли. Немного приподнявшись, Саня тут же остановился и позвал меня. То, что я увидел, повергло меня в шок и отправило в нокаут мой здравый смысл и адекватную логику. Ещё даже не поднявшись на уровень верхнего этажа, было видно, что наверху всё укрыто снегом и излучает своеобразное свечение, снег хоть и испарялся, но не таял, а на самом снегу не было ни единого следа, не животного, не человека. Глупо не догадаться, что наверху ничего нет, и не было, а странные звуки Саня списал на банальные галлюцинации. Он махнул рукой, и мы побрели обратно в театральную аудиторию. По пути я снова услышал какой-то шорох, но уже где-то в районе кладовой, и мгновенно направил туда луч фонаря. Пусто. На повторный шум диггер вовсе не отреагировал, а последующие звонки на таинственный Nokia - попросту отрицал.
Я занимался своим делом, изучая таинственные рисунки на стенах, явно повествующие о истории времён их возведения, как неожиданно диггер куда-то исчез. Я мог только предполагать, когда он успел уйти, ибо никаких громких шорохов и шагов в других комнатах я не услышал. Я молниеносно достал свой мобильный и набрал номер. Гудок… «Я ушёл. Не знаю «куда?», и в каком районе сейчас. От клуба уже далеко…» - сброс. Сидя на самодельном стуле из кирпичей, я ошарашено смотрел в глубины мрака неосвещённого холла и боялся промолвить даже слово. Тишина, давящая на уши будто парализовала меня, пока не раздался очередной звонок проклятущего Nokia. Всё это доводило меня до истерики, и я решил подняться на второй этаж, дабы почувствовать дуновение зимнего ветра и немного прийти в себя, заодно найти этот, чёртов телефон. Я сорвался с места, подхватил фонарик и устремился к ступенькам.
О Господи Милосердный! Меня охватил благоговейный ужас, когда я увидел то, что творилось за окнами здания. Я будто ощутил, как на моей ничтожной голове седеют все волоски, а поджилки начали трястись и я с трудом держался на ногах. Я сжал фонарь в руке настолько сильно, что тот треснул от давления. Бесконечный планетный и звёздный хаос во главе вечно мечущегося огненного ужаса предстал передо мной. Он был похож на Чёрную Дыру, бесконечно высасывающую пространство и время, однако в неземные разы больше любой той которую мы, даже можем себе представить в своей невообразимой безграничной фантазии. Прямо возле меня беспорядочно кружились в диком танце все знакомые и незнакомые нам планеты и звёзды, до жути прекрасны и до мерзости уродливы, и я застыл, пытаясь закричать. Благо я почувствовал этот смрад! Температура в здании поднялась, и снег начал разъедать мои прорезиненные сапоги. Вонь привела меня в чувства, и я бросился прочь! Прочь из здания! Прочь из хаоса затеянного неизведанным чудищем, породившим столь богомерзкий парад! Я выпрыгнул из окна кладовой и, пробежав несколько метров, почувствовал слабость в ногах. Вы даже представить не можете, насколько это приятно видеть небо над головой. Ещё минуту я лежал на земле и смеялся во весь голос, ибо был попросту рад белому снегу, яркому диску полной луны, хоть и тёмным, но никак не мрачным облакам. Затем клуб внезапно вспыхнул ярким красным пламенем, что заст
