Котовье поголовье-8⁠⁠

В Питере потепление, и астрологи объявили неделю птич и запаха свежей листвы. Частота забегов с утробными воплями у Гадислава увеличилась втрое. Громкость мякмяканья на птич - впятеро.

Зимой коты все-таки не так активны. Кусама большую часть времени обнимается с любимой батареей. Жирный ходит за людьми и требует от них грелку в кровать. Гадислав спит в консьержечной в коридоре (у него там ортопедическая подушка в стеллаже, не жук насрал) и только изредка изволит снизойти оттуда до пожрать или попить воды из крана (эй, человеки!).

Весной все меняется. Не в марте и даже не в апреле, потому как тогда еще слишком холодно, чтобы постоянно держать окна открытыми, а вот начало мая - самое то. Да чего далеко ходить, прямо сейчас, извините за неровный почерк, Гадислав сидит на окне, делает мякмякмяк и колотит хвостом.

Напротив окна на дереве сидят две здоровенные вороны и с интересом за этим наблюдают. Между ними и котом металлическая сетка, обе стороны в безопасности, вороны об этом явно знают, а кот, похоже, нет. Дайдайдайдай, бубнит Гадя, дайдайдайворону дайдайдайвкуснуюворону.

Вкусная ворона (размером с кота, а то и поболе) издевательски перелетает на веточку поближе. Гадислав мякает и колотит хвостом так быстро, что пора, кажется, вызывать экзорциста. Ворона некоторое время ждет, взорвется ли кот или, может быть, хотя бы перейдет в другое измерение, но кот ее надежд не оправдывает, и обе вороны улетают. Гадя перестает мякать и разочарованно идет в туалет.

Не знаю, почему, но раскопки Гаденьку всегда воодушевляют. Прорыв туннель к хоббитам и закопав его обратно, он вылетает из лотка на третьей космической и по стенам уходит на кухню, оря при этом, как вполне себе космолет. Жирный и Кусама провожают его равнодушными взглядами: когда Гадя летит в ту сторону, он безопасен. А вот на обратном пути - не факт, не факт. Может снести кошку, она опять тюфяк, может покусать Жирного (я б его сама покусала, такой он мягонький, тьфу, тьфу, скотина волосатая), да что там, бывали случаи, когда он и дочь сносил.

Войдя на бреющем полете обратно в спальню (на этот раз все успели убраться с его траектории), Гадя запрыгивает на створку окна и вопит наружу что-то невразумительное. Вернувшаяся ворона крутит крылом у виска.

И так по сто раз в день.

Весна.