Когда дома две собаки...⁠⁠

Собак у нас две. мужнин ирландский сеттер, рыжий красавец Шерлок и моя староанглийская овчарка Букля. Когда любимый муж уплывает в рейс, у меня начинается интересная жизнь. Особенно ближе к ночи.
Обычно Шерлок спит у мужа в ногах, Букля - подо мной под кроватью. Но вечером оба этих шерстяных товарища нуждаются в обнимашках. Когда муж дома - все просто, каждая собака обнимается со своим человеком. А когда муж в рейсе - собак две, а я одна. И тут начинаются шаманские ритуалы.
Шерлок любит умоститься по боком и прижаться спиной ко мне, зазывно приподняв заднюю лапу, чтобы ему чесали пузо. Букля любит устроиться под боком, прижавшись всей своей тушкой, притершись по максимуму, и водрузить голову мне на плечо, чтобы романтишно смотреть в глаза. При этом мою руку она закидывает себе на голову. А я люблю прижаться к стеночке одним боком, чтобы собаки не наваливались на меня с двух сторон и у меня была возможность дышать хотя бы через раз. Соответственно, свободный для обнимашек бок с вакантным местом у меня остаётся один.
И тут начинается. Если Букля успела первая занять место "у тела", Шерлок нависает над нами, как платеж по кредиту, стоит минут пять и уходит. За игрушкой. Провокационно машет ею перед носом у Бу и одним движением башки запускает игрушку по дуге в сторону двери. Букля - святая простота - ведётся и бежит за игрушкой. Шерлок, не будь дурак, тут же укладывается рядом со мной, заняв теплое местечко.
Букля возвращается с игрухой, видит этот беспредел и сначала пытается выпихнуть Шерлока. Но тот укоренился и прикинулся ветошью. Бу пытается вклиниться между нами, но терпит поражение. В итоге она просто заваливается сверху - на меня и Шерлока. Думаете все? Как бы не так. Она начинает ЁРЗАТЬ. Шерлоку пофиг, он лишь плотнее вжимается спиной в мой бок. А я лежу, погребенная под собаками, ребра болят от позвоночника рыжего (кто обнимался с легавыми - поймет, все равно, что с радиатором), во рту, в носу и глазах - Буклина волосня.
Весь этот, простите за яркую аллегорию, собачий петтинг продолжается до тех пор, пока я не наору на обоих и они оба не свалят с кровати с весьма оскорбленным видом.
И после всего этого я чувствую себя очень виноватой и угощаю своих зайчиков сушеным лёгким.
А утром они снова хотят обниматься. И все это повторяется изо дня в день утром и вечером.
Фото старое, но ничего не изменилось. Ждут порцию вечерних обнимашек...